ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  прогноз для России на 2020-е годы 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Роксана усмехнулась.– Можно определить и так. – Она разломила кусочек хлеба и опустила его в соус. Тоцци улыбнулся: она была что надо.Тоцци тоже обмакнул хлеб в соус и принялся есть, стараясь не капнуть на рубашку.– Ну, а теперь, если уж играть в Шерлока Холмса, – сказал он, вытирая рот салфеткой, – я должен заметить, что твоя мать не англичанка. Для стопроцентной британки ты слишком красива.– Боже Всевышний! – произнесла Роксана с подчеркнутой иронией. – Неужели моя цыганская кровь так бросается в глаза?– Цыганская?– Да, моя мать – русская цыганка. С Украины.Тоцци проглотил еще кусочек хлеба и кивнул. Цыганская кровь... Пожалуй, не следовало думать так, как он думал, но мысли сами лезли в голову.К концу тарантеллы дуэт на полной громкости изобразил драматическое крещендо, и аккордеон забренчал, как серебряные ножи и вилки. Бутылки из-под кьянти задребезжали тоже. Все это напомнило Тоцци итальянскую свадьбу.Тоцци даже вздрогнул. В самом деле, она что надо.– У нас сейчас перерыв, – возвестил гитарист, вжав губы в самый микрофон, – но мы скоро вернемся и исполним программу, посвященную мистеру Синатре. Согласны?Раздались жидкие хлопки. Старикан, перед которым лежала горка золотистых жареных кальмаров, постучал ножом по стакану с водой.– Жду не дождусь, – сказала Роксана, закатывая глаза к потолку.Плохи наши дела. Тоцци любил Синатру, но эти два парня могут все испортить...– Извини за концертную программу. Мне нравится, как здесь кормят, вот я тебя и привел.Роксана отхлебнула вина.– Не извиняйся. Мне это знакомо. Чем скверней ресторанчик, тем лучше там кормят. В Трентоне я знаю пару таких местечек.Крепко сложенный официант подошел к ним, забрал грязные тарелки и поставил салаты. Казалось, он приходился сродни музыканту, игравшему на аккордеоне.– Все хорошо? – осведомился он.– Прекрасно, – кивнул Тоцци.– Вы ничего не хотите заказать оркестру? После программы, посвященной Синатре, разумеется.– А они знают песню «Луна в ночи круглится, как большая пицца»? – спросила Роксана.– Ну еще бы. – Официант улыбнулся, как довольный бульдог. Ему, наверное, тоже показалось, что Роксана что надо. Наконец он забрал миску со створками мидий и ушел восвояси.– Эту песню они должны спеть хорошо, – сказала Роксана, заговорщически подмигнув.Глотнув вина, Тоцци вспомнил, как по-настоящему называется песня.– "Amore". – Он решил пока не форсировать события. – Итак, Роксана, раз уж ты была так добра и согласилась изображать мою жену на этой встрече, я отплачу тебе той же монетой и постараюсь решить твою проблему с японскими нянечками.Она глубоко вздохнула и оперлась щекой на руку.– Я просто не знаю, что делать. Если так и дальше будет продолжаться, нам не выстоять и трех месяцев.– Расскажи поподробнее.– Рассказывать особенно нечего. Мне перебежали дорогу. Не знаю точно, сколько берут эти япошки, но уж точно меньше нашего, потому что переманили всех наших клиентов.– Откуда они берутся?Роксана пожала плечами.– Мне бы и самой хотелось знать. У нас в стране совсем немного школ, где готовят нянь, и я представляю их все.– Ты хочешь сказать, что Академия Истлейк на самом деле не готовит нянь? Ты просто агент?– Именно. То, что моя контора называется Академией, конечно, ерунда, зато привлекает клиентов. Публику вроде мистера Халбасиана такое наименование впечатляет. – Последнюю фразу она произнесла с британским акцентом, потом рассмеялась, но смех звучал невесело. – Сдается мне, что японочки – нелегальные иммигрантки.– Возможно. Но работают ли они сами на себя или за ними стоит какая-то организация?– О да, у них есть агентство... если это можно так назвать. Одна болтушка из моих бывших клиенток вынуждена была мне все о них рассказать, когда позвонила, чтобы отказаться от няни, которую я ей нашла. Дама болтала о какой-то миссис Д'Урсо из Шорт-Хиллс – как та ей прислала чудесную японочку, которая делает абсолютно все – вплоть до того, подумала я, что ублажает супруга. Насколько я поняла, эта миссис Д'Урсо действует полулегально, у себя на дому – ни рекламы, ни объявлений з справочниках, все из уст в уста. И налоги, полагаю, тоже не платит. Она, судя по всему, ввела этих японочек в обиход и, насколько я слышала, прекрасно умеет убедить зарвавшихся, наглых потаскушек, жен новоиспеченных богачей, что им просто необходимо иметь одну из таких девиц. Богатые дамочки всегда давали мне кусок хлеба, даже с маслом, а в этом году я их теряю пачками.Тоцци подцепил на вилку аругулу и подумал, не рассказать ли Роксане, что ему известно, но потом решил, что это подождет. Может, он ошибается. Но если догадка его верна, конкурент у Роксаны еще более мощный, чем она предполагает. Он знал одного Д'Урсо, который жил как раз в Шорт-Хиллс, и это был самый агрессивный саро из семьи Антонелли. Но если эта миссис Д'Урсо – жена Джона Д'Урсо, на черта ей далось агентство по найму нянечек? Интересно, все ли ее нянечки японки? Интересно, не была ли убитая девушка из «жука смерти» одной из них? Тут вообще много интересного.– Из твоего молчания я могу заключить, что дело мое дрянь, – заметила Роксана.Тоцци покачал головой.– Нет... не обязательно. Ты не можешь узнать адрес этой миссис Д'Урсо? Я бы его передал в Службу иммиграции и натурализации. Им было бы любопытно проверить у девчушек документы.– Конечно, узнаю. Снова разговорю ту бывшую клиентку. Язык у нее без костей.Роксана повеселела. У Тоцци слегка закружилась голова. И вправду хотелось помочь ей.Он съел еще немножко аругулы и одобряюще улыбнулся Роксане, однако у него не было намерения беспокоить Службу иммиграции и натурализации. Они тут же устроят свой чертов рейд – им это принесет пользу, а ему, Тоцци, один только вред. Его заботило двойное убийство, а они попросту все изгадят. Пусть порезвятся позже.И тут вернулся дуэт и снова взялся за инструменты. Тоцци надеялся, что гитарист подтянет струны, но он и не подумал этого сделать. Он просто перебросил ремень через плечо и ухмыльнулся в микрофон, пока его напарник настраивал синтезатор и задавал ритм.Аккордеон внезапно взревел, как торнадо, наполнив зал вступлением к «Чужим в ночи». Бутылки из-под кьянти задребезжали. Тощий гитарист запел. Тоцци поглядел Роксане в глаза. Роксана поглядела в глаза Тоцци. Глаза у нее были, как тающий шоколад. Влажные губы полуоткрыты. Переплетенные пальцы лежат на столе. Оба вдруг начали отчаянно смеяться. Все как в кино. Тоцци был на седьмом небе. Роксана была великолепна.– Роксана, можно я спрошу у тебя кое-что?– Ну спроси у меня кое-что. – Она казалась ветреной и озорной.– Ты бы не могла зайти ко мне, когда я перееду, – посоветовать насчет обстановки?Она взглянула на Тоцци поверх бокала.– Создать «атмосферу»? – Глаза у нее по-настоящему смеялись.– Нет, в самом деле, чтобы обставить квартиру, нужен женский глаз. – Он тоже не мог сохранять серьезную мину.– Ну что, перехитрили мы друг друга?О да, еще как.Аккордеон рычал что есть мочи. Бутылки дребезжали. Роксана была просто чудо. Тоцци никогда ещё не было так хорошо. Глава 14 Тоцци чувствовал себя полным идиотом. Все тело болело, и в голове было пусто. Костяшки пальцев были ободраны, спина ныла, и никак не удавалось сосредоточить внимание на том, как Нил Чейни показывает приемы айкидо. Стоило классу разбиться на пары и начать практиковаться, как Тоцци снова и снова убеждался в своем полном идиотизме. И то, что Нил называл каждый прием по-японски, отнюдь не помогало – наоборот, запутывало вконец. И уж вовсе не помогало то, что каждый в классе беспрестанно его поправлял. Тоцци знал, это они не со зла, но ему вовсе не улыбалось выслушивать, что он и стоит не так, и сидит не так, и не так делает захват, и не так падает, и не так нападает, даже кулаками машет не так. Сколько раз в жизни приходилось ему вступать в рукопашный бой – даже сосчитать-то трудно, – и вот теперь он должен выслушивать от девчонки восемнадцати лет, что он не так сжимает кулак. Умом он понимал, что девчонка права, что в айкидо все делается по-особому, что он начинающий и должен учиться. Понимать-то он понимал, а все же чувствовал себя весьма паскудно.Хорошо бы ему иметь такое терпение, как у Гиббонса. Гиббонс знает, как вести расследование, как дать фактам вызреть, как возвращаться на одно и то же место снова и снова, пока не обнаружится все, что там скрыто. Тоцци же – как малое дитя Ему нужно немедленно вознаграждение. Нащупываешь путеводную нить, следуешь за ней, обнаруживаешь неопровержимую улику, и – бац! – дело раскрыто. По здравом размышлении Тоцци понимал, что в реальном мире все по-иному. Но способность мыслить трезво никогда не входила в число его сильных сторон. Он предпочитал висеть между небом и землей, создать сумятицу, торопить события. Во всяком случае, ему самому нравилось так о себе думать.Нил-сенсей – так все называли учителя, едва ступали на маты, – показывал прием вместе с другим обладателем черного пояса, ширококостным парнем с бледным, одутловатым лицом. Обладатель черного пояса с самым свирепым видом норовил ударить Нила-сенсея кулаком ниже пояса. Нил-сенсей отходил в сторонку, нежно захватывал запястье верзилы, покрывал его руку своей, разжимал ему пальцы и опрокидывал навзничь. Очень просто.Ха! Тоцци уже знал: в айкидо никогда ничего не бывает просто. Ты не только должен правильно выполнять движения, правильно перемещаться – ты при этом должен держать в уме четыре главных принципа айкидо. Плакат на стене напоминал вам о них в случае, если подвела память: «Держись одной точки», «Совершенно расслабься», «Перенеси Вес на нижнюю часть тела», «Распространяй ки». Сегодня вечером Тоцци узнал, что «одна точка» находится где-то под пупком и, если ты ее ощущаешь, это делает тебя сильным и уравновешенным и заставляет твою энергию изливаться потоком. То, что вес нужно перенести на нижнюю часть тела, казалось разумным – тяжесть, конечно, должна быть в ногах, а не в голове. Совершенное расслабление тоже вроде бы мысль неплохая, но Тоцци было как-то трудно расслабиться, когда ему метили кулаком поддых. (Нил-сенсей твердил, что напряжение его проистекает из того факта, что он не держится «одной точки», во всяком случае, учителю так казалось, а Тоцци казалось, что это-то как раз он выполняет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   принципы идеальной Конституциисхема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииполная теория гражданских войн и  национальная идея для русского народа
загрузка...

Рубрики

Рубрики