науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 

Что стало бы плохим прецедентом. Ни в коем случае нельзя открывать такого рода дискуссию до того, как правительство придет к соглашению по данному вопросу. Иначе последствия могут стать просто непредсказуемыми. И даже необратимыми!
По мнению Бернарда, премьер-министр, судя по всему, уже принял решение. И если это так, значит, надо заставить его перерешить. Я поручил ему проследить за этим.
БВ выразил сомнение, что сможет выполнить мое поручение. Заметил, что ПМ это ПМ и в качестве такового обладает определенными правами и полномочиями.
Да, права премьер-министра, само собой разумеется, безусловны и весьма обширны. Ему предоставляется собственная машина с личным водителем, неплохой дом в центре Лондона, загородная резиденция, практически бесконечная реклама во всех СМИ и пожизненная пенсия. Что еще может хотеть ПМ?
– Думаю, он хочет управлять Британией, – ответил Бернард.
А вот этого ни в коем случае нельзя допускать! Не тот уровень компетентности».


7 февраля

Сегодня я чувствую себя намного лучше и наконец-то переговорил с Хамфри, с которым после своего возвращения из Америки, как ни странно, пока еще не виделся. Встреча с ним оказалась на редкость приятной и по-своему даже плодотворной.
Прежде всего мы пригласили нашего пресс-атташе Малькольма, чтобы обсудить детали моего первого обращения к народу. Причем выяснилось немало интересных вопросов и проблем, о которых я, будучи простым членом Кабинета, даже и не подозревал.
Он начал с вопроса о том, в какой форме мы хотели бы проводить обращение. Как обычное интервью или прямо «на камеру»? Не сразу поняв различие, я просто сказал «да».
– Нет-нет, господин премьер-министр, вместе нельзя. Либо то, либо другое, – покачав головой, объяснил он. – Иного не дано.
Тогда я предложил обычное интервью. Так, наверное, будет полегче. Однако Малькольм тут же поинтересовался, кого я предпочитаю в качестве интервьюера: Робина Дея, Брайена Уолдена, Терри Вогана или Джимми Янга? (Хорошо известные тележурналисты во время премьерства Джима Хэкера, но сейчас, к сожалению, почти совсем забытые. – Ред.)
– Многое зависит от того, господин премьер-министр, кем вы хотите выглядеть: мыслителем, властелином, другом простых людей или просто хорошим, нет, очень хорошим парнем? Так сказать, своим!
– Вообще-то и тем, и другим, и третьим, – не совсем уверенно сказал я, но он почему-то неправильно меня понял, потому что, недоуменно пожав плечами, заметил, что одновременно все они взять у меня интервью, увы, просто не смогут.
Да, но мне совершенно не нужны все они одновременно… То есть мне нужны не они сами, а все эти качества! И если они будут должным образом продемонстрированы народу то никаких проблем не будет.
Малькольм понимающе кивнул головой.
– Да, создание имиджа политического деятеля во многом зависит от выбора интервьюера, – многозначительно заметил он. – На что именно, господин премьер-министр, вам хотелось бы сделать упор?
Я, как мне казалось, высказал вполне логичное предположение, что раз меня надо прежде всего представлять мыслителем, то честь брать у меня интервью, думаю, принадлежит Брайену Уолдену. Оказалось, Малькольм придерживался иного мнения.
– К сожалению, Брайен слишком много знает, господин премьер-министр. Не забывайте, когда-то он ведь и сам был членом палаты общин.
– Ну и чем это плохо?
– Только тем, что если вы не ответите на его вопрос, он повторит его. И так будет снова и снова. А после третьего раза Брайен заявит в открытом эфире, что вы почему-то так и не ответили на его вопрос, хотя он задавал его целых три раза.
Что ж, немного подумав, я пришел к выводу: да, наверное, Брайен Уолден – действительно не самый оптимальный вариант. Может, лучше представлять меня не столько мыслителем, сколько властелином? Тогда почетное право на интервью надо предоставить Робину Дею…
По мнению Малькольма, в таком случае мне придется взять инициативу в свои руки. Самым решительным образом. Без компромиссов. Что с Робином совсем не просто. Но если этого не сделать, премьер-министром на экране, скорее всего, будет выглядеть он, а не я.
БВ тактично заметил, что с Робином Деем вообще-то немного попроще, поскольку у него уже есть рыцарское звание. Так-то оно так, но, пожалуй, лучше не рисковать.
– А может, мне лучше побыть просто очень хорошим парнем? – предложил я.
– Значит, Воган, – коротко ответил Малькольм. – Но вам придется с ним спорить. В жестком режиме. Иногда даже в очень жестком, господин премьер-министр.
В очень жестком режиме? Что это значит?
– Это значит, что вы должны быть сообразительным, – пояснил Бернард. – Время от времени даже очень сообразительным.
Ну, с этим проблемы не будет. Чего-чего, а сообразительности мне не занимать. Но Малькольм и Бернард почему-то выглядели озабоченными. Очень озабоченными. С чего бы это?
– Видите ли, господин премьер-министр, дело в том, что ему нравится грубо шутить. Вплоть до оскорбительных замечаний.
Невероятно.
– Даже в отношении премьер-министра?
– Вообще-то, он готов оскорбить любого. Если, конечно, сочтет для себя нужным.
– Ну а если ему тоже предложить рыцарство? – подал я идею.
БВ удивленно поднял брови.
– Сэр Теренс Воган? Нет, нет… Вряд ли, господин премьер-министр…
Ничего не поделаешь, пришлось согласиться. Рыцарство для него, само собой, многовато. Хотя… Если ему удастся обойтись без оскорблений, то кто знает, может и стоит попробовать?
Бернарду моя идея, похоже, не очень понравилась.
– Да, но он… Господин премьер-министр, он ведь ирландец! А они, как мне кажется, не совсем правильно воспринимают наши почести. Во всяком случае, в торфяных болотах, откуда он родом. Особенно рыцарство королевства Ее Величества.
В каком-то смысле он, может, и прав. Значит, остается всего один выбор: надо выбирать Джимми Янга.
– Да, но с ним тоже могут возникнуть проблемы, – слегка улыбнувшись, заметил Малькольм. – Рано или поздно он наверняка затащит вас в обсуждение проблем финансовой отчетности, ДТП, потребительской корзины, ну и тому подобной, с позволения сказать, «бытовухи».
Бернард с готовностью согласился.
– Джимми, конечно, ужасно обаятельный парень, но в политическом смысле выглядит, увы, легковесом. К тому же работает только на радио.
К этому времени мне уже полностью разонравилась сама идея с интервью, и я окончательно решил выступать прямо на камеру. Тогда, по крайней мере, ход событий буду определять я сам, а не все эти неудавшиеся депутаты или самоуверенные клоуны.
Малькольм предложил, чтобы мое выступление носило партийно-политический характер. Но это же нелепо! Это же чистейшая агитка! Причем на редкость занудная. Во всяком случае, на мой взгляд. Нет, это должно быть обращением премьер-министра к своему народу!
– Да, но в таком случае это будет правительственным выступлением, и тогда лидер оппозиции будет иметь право на немедленный ответ, – заметил Бернард.
Абсурд какой-то. Ответ на что? На то, что премьер-министр желает обратиться к своему народу?
Однако, по мнению моего главного личного секретаря, с конституционной точки зрения лидеру оппозиции такое право должно быть предоставлено. Я, нахмурившись, поинтересовался, на чьей он стороне.
– Ни на чьей. Я просто пытаюсь думать на два шага вперед, господин премьер-министр, – уклончиво ответил он. – Лидерам оппозиции всегда хочется иметь право на ответ…
Но у меня нет ни малейшего желания снова становиться лидером оппозиции. Во всяком случае, в ближайшем будущем. Однако определенный смысл в его словах, видимо, есть. Значит, придется уступить. Я сказал Бернарду, что мое выступление будет носить партийно-политический характер.
– Но вы же сами говорили, что это чистейшая агитка. Причем на редкость занудная.
Мне все это начинало несколько надоедать.
– Но ведь я, кажется, не говорил, что лично я буду на редкость занудливым, разве нет? – Последовало молчание. – А что, кстати, об этом думаете лично вы, Бернард? – Он снова ничего не ответил.
Тут в разговор вмешался Малькольм. Спросил, часто ли мне приходилось выступать в прямом эфире. Я отрицательно покачал головой. Тогда он предложил провести одну или даже две репетиции. Что ж, совсем неплохая идея!
Затем наш пресс-атташе задал мне последний вопрос:
– Господин премьер-министр, а о чем вы, собственно, собираетесь говорить в своем обращении?
На какой-то момент я, честно говоря, даже растерялся. Как это о чем? Обо мне, конечно! Он, надо отдать ему должное, сразу же уловил суть проблемы, но, тем не менее, предложил прояснить одну небольшую деталь: что именно я собираюсь сказать и какие именно политические цели должны стать приоритетными? Я терпеливо объяснил, что все будет, как всегда: вместе пойдем вперед к лучшему будущему; вместе потуже затянем пояса; сплочение нации; будем вместе зализывать раны; ну и тому подобная партийно-политическая шелуха…
В принципе, его это вполне устроило, но он, тем не менее, настоятельно попросил меня уточнить, на чем я намерен поставить особенное ударение. Но я же точно выразился: в каком-то смысле потуже затянем пояса; в определенном смысле будем вместе зализывать раны… По-моему, яснее некуда.
А Малькольм продолжал давить на меня. Требовал, чтобы я сказал хоть что-нибудь по-настоящему новое. Честно говоря, о по-настоящему новом я никогда и не думал. Но затем до меня вдруг дошло: господи, это же просто уникальная возможность поведать нации о моем великом почине! Я тут же сказал нашему пресс-атташе, что передам ему текст своего выступления в должное время. А он в ответ сказал, что, как только я передам ему тот самый текст, он также в должное время найдет нужного продюсера для нашей телепередачи и организует должные репетиции. В принципе, все это выглядит вполне многообещающе. А почему бы и нет.

8 февраля

Сегодня трудная встреча с самого утра. С секретарем Кабинета. По его настоятельной просьбе. Причем как можно раньше. Поэтому не успел я войти в свой кабинет, как он тут же там появился.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики