науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 


До него наконец-то дошло: мои вопросы касаются прежде всего лично его!
– Вы хотите сказать… Неужели… – снова растерянно залепетал он и смертельно побледнел.
Я заметил ему, что все это выглядит на редкость подозрительным, и заодно поинтересовался, почему он не провел расследование, как положено. Ведь, судя по данным секретного досье, того самого совершенно секретного досье, в распоряжении Хамфри были все свидетельства на удивление долгого пребывания Хальстеда в Югославии. А вскоре после его возвращения оттуда несколько наших агентов из «МИ-5», работавших за железным занавесом, почему-то были сразу же арестованы и бесследно исчезли.
Кроме того, в деле также фигурировала одна не совсем обычная переводчица, с которой сэр Хальстед проводил очень много времени. Я попросил Хамфри рассказать мне, что ему удалось про нее выяснить.
– Она оказалась русским агентом, и мы знали об этом. Русскими агентами являлись почти все югославские переводчики. Если, конечно, они не работали на ЦРУ.
– И вы даже не удосужились проследить ее дальнейшую судьбу?
– У меня было полно куда более важных дел!
Я обвиняюще посмотрел на него.
– Через три месяца после тех событий она переехала в Англию и поселилась в Оксфорде, всего в ста пятидесяти ярдах от дома сэра Джона Хальстеда. Они были добрыми соседями все последующие одиннадцать лет.
Хамфри был полностью деморализован. Хотя сдаваться, судя по всему, не собирался.
– Но за всем же не уследишь, все не проверишь, сами понимаете… К тому же, никогда не известно, что именно может стать известным. Ну а если вдруг возникают очень серьезные подозрения, то следует… то лучше всего…
Он почему-то запнулся, но я помог ему закончить предложение.
– Провести соответствующее внутреннее расследование. Вы, кажется, это имели в виду?
Короче говоря, вся защита Хамфри сводилась к тому, что сэр Хальстед дал ему свое слово. Слово джентльмена. А слово джентльмена проверке не подлежит. Особенно если вы вместе учились в Оксфорде!
Я поинтересовался, проверял ли он Энтони Бланта.
– Но это же совершенно иное дело, – возразил он. – Ведь Блант закончил Кембридж!
Терпеливо выслушав все его не совсем внятные оправдания, я счел необходимым довести до его сведения, что данная проблема затрагивает не только покойного сэра Джона Хальстеда, но и ныне действующего секретаря Кабинета.
Мои слова повергли его в ужас.
– Но вы же не думаете… Вы просто не можете думать… То есть… Я же совершенно не говорю по-русски. Ни единого слова!
– И тем не менее, вы должны признать, – прервал я его, – что все это выглядит, по меньшей мере, как некомпетентность или даже сговор. В любом случае…
Я намеренно оставил предложение незаконченным, поскольку его подтекст был и без того предельно ясен. Сэр Хамфри выглядел полностью убитым.
– Сговор? Господин премьер-министр, я даю вам слово, что ни о каком сговоре не может быть и речи.
– Слово джентльмена? – не скрывая иронии, переспросил я.
– Естественно. Слово оксфордского джентльмена! – торопливо поправился он.
Лично меня это не очень устраивало, поэтому я как бы мимоходом поинтересовался, как поживает его любимый цветочный садик.
Он немного расслабился и даже начал с увлечением рассказывать мне о своих великолепных розах, но потом до него дошел весь скрытый смысл моего вроде бы невинного вопроса.
– Нет-нет, господин премьер-министр, все что угодно, только не отпуск по уходу за садиком, заклинаю вас! – взмолился он.
– А почему бы и нет?
– Потому что речь идет о моей репутации.
– Мне кажется, вы уже поставили ее под сомнение своими категорическими заверениями в невиновности сэра Джона Хальстеда, не так ли?
Затем я предупредил его, что мне придется много и серьезно думать о своих дальнейших действиях. Например, о необходимости встретиться с предыдущим секретарем Кабинета сэром Арнольдом Робинсоном, послушать, что он скажет о том, как следует проводить подобные внутренние расследования в отношении секретаря Кабинета. В заключение я настоятельно порекомендовал сэру Хамфри ни в коем случае не обсуждать этот вопрос с Арнольдом до тех пор, пока я сам не переговорю с ним.
Он всячески заверил меня, что даже не подумает об этом.
(Что заставило Хэкера предупредить сэра Хамфри о том, что он намерен обсудить этот вопрос с сэром Арнольдом? Почему он поверил его заверениям, что тот сам не переговорит с сэром Арнольдом первым? Эти вопросы до сих пор остаются для историков чем-то вроде вечной загадки. Достаточно сказать, что сэр Хамфри встретился с сэром Арнольдом буквально в тот же вечер за дружеским ужином в клубе «Атенеум». Подробную запись их беседы нам посчастливилось отыскать в личном архиве сэра Арнольда. – Ред.)

«Встретился с Эплби в нашем клубе. Он был необычно возбужден и обеспокоен. Причины своего чуть ли не панического настроения он раскрыл мне уже после первой рюмки бренди. Очевидно, премьер-министр и Джефри Гастингс из „МИ-5“ думают, что Хамфри тоже может быть русским шпионом, поскольку именно он в свое время снял с Хальстеда все подозрения, а тот сейчас почему-то во всем признался.
Хамфри попросил меня дать ему совет. Я ответил ему, что все зависит от того, являлся ли он вражеским агентом на самом деле или нет. Мои сомнения, похоже, его здорово шокировали, но я объяснил ему, что надо всегда смотреть на вещи шире и с открытыми глазами.
Хамфри выдвинул в свою пользу несколько довольно сильных аргументов.
1. Он не из Кембриджа.
2. Он семейный человек.
3. Он один из нас.
4. Он провел на государственной службе всю свою сознательную жизнь.
5. В отличие от Джона Хальстеда, он никогда не верил в такие понятия, как Дело с большой буквы. Более того, по его собственному признанию, он вообще никогда ни во что не верил.
6. В отличие от Хальстеда, у него никогда не было собственных идей – особенно оригинальных идей.
Все эти аргументы можно считать довольно убедительными, но не окончательными.
Вместе с тем, однако, вопрос о том, является ли сэр Хамфри Эплби на самом деле шпионом или нет, в краткосрочном плане не имеет особого значения. В силу чего я полностью с ним согласен в одном: мы должны проследить за тем, чтобы это ни в коем случае не стало достоянием гласности.
Конечно, теперь, когда я являюсь президентом Движения „За свободу информации“, мне значительно легче предотвратить утечку информации в прессу. Да, предоставление секретных сведений русским – это серьезно. Но не менее серьезно предоставление таковой кому бы то ни было! Собственно говоря, предоставлять информацию даже Кабинету может быть делом куда более серьезным, чем передавать ее Москве.
Ключевым здесь можно считать то, что скандал подобного рода может серьезнейшим образом ослабить авторитет нашей госслужбы. Это, в свою очередь, неизбежно приведет к тому, что они, политики, как и в Америке, обязательно захотят назначать своих партийных бонз заместителями или даже постоянными заместителями министров. А потом высшие должности в госаппарате постепенно заполнятся людьми, которые будут послушно исполнять все то, о чем их попросят политики. Это чудовищно! Нет таких секретов, переданных Москве, которые смогли бы причинить хоть одну десятую того ущерба Британии, какой неизбежно следует ожидать, если ею будут управлять так, как того захочет Кабинет. Соответственно, Хамфри ни в коем случае нельзя признаваться, даже если он полностью виноват. Я ему так и сказал.
Он упорно продолжал стоять на своем, мол, ему совершенно не в чем признаваться. Так это или не так, не так уж и важно. Но сейчас ему необходимо всячески отрицать свою вину. Так сказать, в интересах дела. Что я ему и порекомендовал.
Он меня пространно поблагодарил. Я повторил, что исходил исключительно из интересов Британии. Не более того. Правда, если он не виновен в шпионаже, то уж в некомпетентности виновен несомненно.
Впрочем, признать свою очевидную вину в некомпетентности он тоже отказывается. Причем счел необходимым напомнить мне, что именно я назначил его тогда исполнительным секретарем внутреннего расследования по делу Хальстеда. Более того, высказал предположение, что я весьма прозрачно намекнул ему о нежелательности обнаружения каких-либо прямых свидетельств виновности Хальстеда.
Естественно, я категорически опроверг это – у него нет никаких письменных доказательств! Нет и не может быть, поскольку я всегда тщательно заботился об этом. Кроме, само собой разумеется, стандартного меморандума, который в подобных случаях я рассылаю всем без исключения, напоминая о необходимости не упускать ни единой мелочи, не „благоговеть“ перед чинами и титулами, следовать духу и букве закона и добиваться правды, какой бы неприятной она ни казалась.
К тому же копия того меморандума имеется в архивах Кабинета, поэтому возможное устное обвинение Хамфри фактически не может иметь юридической силы.
Тем не менее, я попросил его дать мне требуемые заверения, что мы больше ничего не услышим о моей якобы причастности ко всей этой крайне досадной истории. Затем мы вернулись к вопросу его некомпетентности. Я сказал ему, что хотя мы оба, возможно, знаем, что он сделал именно то, чего от него ожидали, объяснить это политикам будет довольно трудно.
Он спросил меня, обязательно ли политикам об этом знать. Мы оба согласились, что этого, по возможности, следует всячески избегать. Но оставалась главная опасность – наш премьер-министр, который может захотеть делиться всем этим с любым, кого встретит.
Этого Хамфри ни в коем случае не должен допустить! ПМ вполне может сообщить обо всем этом Кабинету, а те, в свою очередь, могут захотеть отстранить Хамфри от должности секретаря Кабинета и даже лишить председательства в комиссии по военным захоронениям!
Хамфри, видно, никогда, не рассматривал такие поистине ужасные последствия. А следовало бы! Честно говоря, мне все равно, что случится с ним лично. Им вполне можно пожертвовать, чего я не стал от него скрывать. Ему это, конечно же, очень не понравилось, однако, увы, так оно и есть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики