науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 

Эта кофейная чашка будет лестницей к вашему кабинету, это блюдце – мужской туалет, а вот это – мой кабинет, то есть было моим кабинетом, – она поставила пепельницу рядом с папкой, изображавшей рабочий кабинет ПМ.
– Итак, мой письменный стол стоял прямо напротив входной двери, которая практически всегда была открыта. И что, по-вашему, мне было там видно?
– Ну, наверное, вам было видно, как кто-либо входил или выходил из моего кабинета или из кабинета секретаря Кабинета, или поднимался или спускался по лестнице, – медленно и осторожно ответил я.
Последовала многозначительная пауза, затем Дороти подняла блюдце и снова поставила его на место.
– Кроме того, я сидела напротив мужского туалета. Мне просто положено находиться против этого туалета.
Я поинтересовался, не стоит ли ей обратиться к доктору, но, похоже, чего-то недопонял.
– Мужского туалета, Джим, – напомнила она мне. – И поскольку практически все члены Кабинета – мужчины, то мне удавалось услышать почти все, о чем они говорили, входя туда. Тем самым я имела прекрасную возможность информировать вашего предшественника о всех их недостатках и слабостях.
– А его это интересовало? – удивленно спросил я.
– Когда они готовили против него очередную интригу или даже заговор, то, естественно, да!
Потрясающе! Теперь понятно, почему Хамфри превратил ее кабинет в приемную, а саму Дороти сослал на чердак.
Я вызвал Бернарда, который практически немедленно вошел через двойные белые двери своего кабинета и сказал:
– Послушайте, Бернард, я хочу, чтобы вы вернули Дороти в ее кабинет.
– Вы хотите сказать, отправить ее туда? – он ткнул пальцем в потолок.
– Нет, я хочу сказать, отправить ее в нашу приемную рядом с моим кабинетом.
– Вы хотите сказать, до того, как она вернется в свой кабинет? – озадаченно спросил он.
– Нет, Бернард, я хочу сказать – в нашу приемную, которая раньше была ее кабинетом и которая снова будет ее кабинетом, – терпеливо объяснил я своему главному личному секретарю.
– Ну а как же тогда быть с приемной?
Все еще сохраняя спокойствие, я попросил его напрячься, внимательно слушать и смотреть на движения моих губ.
– При-ем-ная сно-ва станет ка-би-не-том Дороти Уэйнрай!
Он вроде бы понял, но почему-то продолжал спорить.
– Да, конечно же, господин премьер-министр, но ожидание…
Потеряв терпение, я рявкнул:
– Нет, нет, никаких ожиданий, Бернард, немедленно!
И все равно до него, похоже, не все дошло. Потому что он продолжал упрямо стоять на своем.
– Да, я понимаю, господин премьер-министр, немедленно, никаких ожиданий, но если нет приемной, то где же люди будут ждать, пока их пригласят пройти?
Ах, вот что он, оказывается, имеет в виду… Наша короткая перепалка была не более чем небольшим недоразумением, только и всего. Хотя его вопрос, честно говоря, был не самым умным.
– В здании полно комнат, где можно ждать, – назидательно заметил я. – Например, все залы для приемов, которыми редко кто пользуется, вот этот холл, – я ткнул пальцем на свой письменный стол.
– Где-где? – недоуменно переспросил Бернард.
– Вот тут. Между пепельницей, чашкой и блюдцем, видите?
Он удивленно посмотрел сначала на письменный стол, затем снова на меня.
– Между кофейной чашкой и блюдцем?…
Иногда мой главный личный секретарь такой тупой! Не может понять с первого раза.
– Блюдце – это мужской туалет, Бернард. Проснитесь!
Иногда мне даже приходит в голову странная мысль: а соответствует ли он своей должности.

Вспоминает сэр Бернард Вули:

«Я, само собой разумеется, незамедлительно выполнил указание своего премьер-министра. Ведь лично у меня не имелось никаких корыстных намерений. На перемещении миссис Дороти Уэйнрайт с ее стратегической позиции напротив мужского туалета на „чердак“ настоял никто иной, как секретарь Кабинета сэр Хамфри.
На следующий день он сам позвонил мне и потребовал объяснений. Я сказал ему, что объяснять, собственно, нечего – какой-то пустяковый, самый обычный рутинный вопрос, не заслуживающий особого внимания.
Буквально через час от него пришла записка, написанная его собственной рукой».



«28 февраля
Бернард, объяснению подлежит все. Мы несколько лет безуспешно пытались выселить эту невыносимую женщину из ее стратегического офиса, а теперь, когда нам это почти удалось, вы превращаете нашу настоящую победу в пиррову победу! Тот факт, что этого потребовал ПМ, ничего не означает. Не стоит потакать каждому капризу премьер-министра. Ваша задача – доходчиво объяснить ему, что далеко не все его желания соответствуют его собственным интересам, хотя большинство из них таковыми являются.
Проследить за тем, чтобы ПМ не запутался в понятиях, наша прямая обязанность. Политики – довольно простые люди. Они предпочитают простые решения и четкие наставления. Им не свойственны ни сомнения, ни противоречия. А эта женщина заставляет его сомневаться во всем, что мы ему говорим.
X. Э.
P. S. Пожалуйста, уничтожьте эту записку сразу же после прочтения».

(К счастью для историков, сэр Бернард Вули, неизвестно почему, не выполнил настоятельную просьбу сэра Хамфри немедленно уничтожить эту записку. – Ред.)

Вспоминает сэр Бернард Вули:

«Но я ее, конечно же, не уничтожил, поскольку счел своим долгом встать на защиту интересов ПМ. Предчувствуя это, сэр Хамфри немедленно заскочил ко мне в офис, чтобы, так сказать, продолжить разговор… Похоже, ему явно не понравился мой, с его точки зрения, слишком независимый подход.
Я прямо сказал ему, что Хэкеру миссис Уэйнрайт явно понравилась, но этот аргумент, похоже, его не убедил. „Самсону тоже нравилась Далила“, коротко заметил он. К счастью, в кабинете, кроме нас, никого не было, так как Хамфри предусмотрительно зашел ко мне в самом конце рабочего дня, поэтому я мог не стесняться в определениях. Прежде всего сказал ему, что, на мой взгляд, Дороти не представляет серьезной опасности хотя бы потому, что не очень много знает. Мы всегда старались держать ее как можно дальше от наиболее важных и деликатных документов.
Секретаря Кабинета моя точка зрения явно не устроила. Он тут же напомнил мне, правда, вполне корректно, что главная обязанность государственного аппарата заключается в обеспечении надежного правления Британией, в то время как единственная обязанность миссис Уэйнрайт – обеспечить переизбрание Хэкера на следующий срок.
Лично мне казалось, что если Хэкеру удастся править Британией, принимая популярные решения, он практически наверняка будет переизбран. В этом-то, собственно, и состояла суть наших разногласий с секретарем Кабинета. Он до конца своих дней упорно настаивал на том, что популярные решения и правильные решения не только не одно и тоже, а наоборот – вряд ли вообще хоть в чем-нибудь совпадают. По его глубочайшему убеждению, если бы Хэкер принимал нужные или „правильные“ решения, он бы с треском провалился на выборах. Поэтому каждый раз, когда мы будем подводить ПМ к правильному решению, Дороти неизбежно будет предупреждать его о потенциальной потере голосов. Тем самым практически сводя нашу работу на нет.
Короче говоря, основной тезис сэра Хамфри Эплби заключался в следующем: политике не место в работе правительства, в силу чего Дороти Уэйнрайт самое место не рядом с кабинетом ПМ, а на „чердаке“!
Он не успел закончить свою последнюю фразу, как двойные двери позади него вдруг открылись, и из кабинета ПМ вышла… Дороти Уэйнрайт. Собственной персоной. Вот уж поистине: „Вспомни о черте, и он тут же появится“. Впрочем, сэр Хамфри справился с этой весьма неожиданной ситуацией. Со свойственным ему апломбом.
– О, это вы! Добрый вечер, госпожа главный политический советник, – произнес он, оборачиваясь к ней. – Какая приятная встреча…
На нее это не произвело ровно никакого впечатления.
– Привет, Хамфри. Ждете, когда вас пригласят к ПМ?
– Увы, жду, само собой разумеется.
– А почему не в приемной?
Ответить ему было нечего. Мне этот маленький диалог показался весьма забавным, но я, как всегда, должен был скрыть свое удовольствие.
Чтобы достойно выйти из неудобного положения, секретарь Кабинета повернулся ко мне и проинформировал, что не далее как вчера в Номере 10 был обнаружен „чужак“. Причем этим „чужаком“ оказался член избиркома округа Хэкера, которому удалось проникнуть сюда без положенного спецпропуска.
На мой взгляд, Хамфри просто валял дурака. Все охранники прекрасно знали этого человека в лицо. Никакой опасности он не представлял. Тем не менее, секретарь Кабинета напомнил мне – скорее, в несколько унизительной манере отчитал, как школьника, – что в мои прямые обязанности входит обеспечение того, чтобы любой визитер, подходящий к воротам Номера 10, имел либо спецпропуск, либо соответствующее официальное приглашение.
Какое-то время миссис Уэйнрайт молча слушала наши препирания, но затем, когда я собирался высказать свои соображения, она меня перебила:
– Бернард, извините, что вмешиваюсь в вашу высокоинтеллектуальную беседу, но господин премьер-министр настоятельно попросил меня сделать все необходимые приготовления для возврата в мой старый кабинет.
И что теперь делать? Хамфри в упор смотрел на меня пронизывающим взглядом, явно ожидая моего решительного отказа. Но как отказать, если просьба исходит лично от самого ПМ?!
Я, конечно, попытался уклониться от прямого ответа, сказав ей, что сначала должен заняться требованием секретаря Кабинета навести порядок со спецпропусками, но она просто отмахнулась. Сказала, что требование Хамфри может подождать. Он тут же возразил, что не может, поскольку речь идет о вопросах безопасности.
– Нет, может! – категорически заявила она.
Сэр Хамфри молча повернулся к ней спиной и вошел в кабинет премьер-министра…
Должен заметить, что за все годы моего пребывания в Уайтхолле мне никогда не приходилось видеть столь откровенной грубости в отношениях между сэром Хамфри и миссис Уэйнрайт.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики