науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В литературе? Искусстве? В прогулках галопом вдоль Тахо? Приемах при дворе? Ее существование окажется лишенным всякого смыла, потому что не будет самого главного: с кем разделить свою жизнь. Красота пейзажа будет радовать лишь ее душу. Находка какой-нибудь прекрасной рукописи или картины будет вызывать восторг только у нее одной. Конечно, она свободна. Но зачем нужна эта самая свобода, если кругом пустота?Мануэла, ослепшая от слез, не заметила впереди двух всадников. А может, просто ей не пришло в голову встревожиться. Лишь в самый последний момент, когда до них оставалось буквально несколько туазов, в ее голове зазвенел тревожный колокольчик.Они перекрыли ей путь. Мануэла резко остановилась. Один из всадников, улыбаясь, направился к ней. Мендоса… Здесь? Изумленная Мануэла выговорила его имя одними губами.— Добрый день, сеньора…Молодая женщина настороженно молчала.— Гордая всадница, а? — обратился человек с птичьей головой к своему приятелю. — Какая осанка, какая выдержка…Его напарник цинично хохотнул. Мануэла взяла себя в руки.— Что вы тут делаете? Разве вы не должны преследовать вашу дичь?— А вы, сеньора?— Вы отлично знаете: я возвращаюсь в Толедо.Мендоса присвистнул.— Гордая всадница, да к тому же еще и решительная. Вы и впрямь редкостное создание. Во всех смыслах. — Не сходившая с его лица улыбка превратилась в мерзкую ухмылку. — Но всему этому пришел конец, сеньора… Я получил приказ.— Приказ?Он вытащил из ножен кинжал. Лезвие сверкнуло на солнце. — Поверьте, я тут ни при чем. Я заступался за вас. Но ваше решение оч-чень расстроило Великого Инквизитора.Голос Мендосы прямо-таки сочился елеем, являя собой классический образчик лицемерия.У Мануэлы душа ушла в пятки. Повлажневшими руками она вцепилась в поводья и сжала коленями бока лошади. Нет, она не умрет здесь. Не от руки этой омерзительной скотины.— Слазьте с лошади, сеньора! И не пытайтесь бежать. Я попадаю в куропатку со ста шагов. Верно, амиго? — повернулся он к напарнику. — Скажи сеньоре…Мануэла тут же воспользовалась моментом. Вставшая на дыбы лошадь ударом копыт чуть не вышибла Мендосу из седла, и молодая женщина пустила скакуна в галоп, вихрем промчавшись между двумя всадниками.Мужчины, оправившись от изумления, понеслись за ней.Мануэла мчалась вперед, буквально слившись с лошадью. Умное животное, поощряемое всадницей, словно летело над землей. Подвернувшиеся на дороге заросли кустарника они с легкостью перемахнули. Справа возвышался неровный склон. Мануэла рванула туда, взлетела на вершину и припустила еще сильней. Казалось, ничто ее не остановит. Стороннему наблюдателю могло показаться, что в отчаянной гонке она стремится подняться к небу, нависающему над ландшафтом.Мануэла быстро оглянулась. Преследователи вроде бы уступали ей в скорости, но упорно продолжали висеть у нее на хвосте. Сколько времени она сможет выдержать этот бешеный темп? И до какого места? До деревни еще далеко, а вокруг, насколько хватал глаз, ни единой живой души. По лицу хлестнула ветка. Мануэла, поглощенная скачкой, даже не почувствовала боли. Ею владело лишь одно чувство: ужас. Она до смерти боялась, что человек с птичьей головой ее нагонит.Бешеная гонка длилась уже больше часа. Лошадь начала проявлять признаки усталости. Мануэла снова обернулась. Преследователи не отставали. Ей даже показалось, что они ее нагоняют.«Этого не может быть! Я не могу умереть. Это слишком глупо!»Внезапно земля под лошадью разверзлась, небо покачнулось, и Мануэла со страшной силой полетала на землю. Что это? Обрыв? Дерево? Она не могла понять, обо что споткнулся конь. Мануэла ударилась виском о камень. Перед глазами стоял образ Мендосы. Она попыталась подняться, но ноги не слушались. В висках стучала кровь. Стучала так сильно, что казалось, голова сейчас лопнет.Мануэла поняла, что вот-вот потеряет сознание.И буквально за мгновение до того, как погрузиться во тьму, Мануэла услышала встревоженный крик:— Сеньора!.. Сеньора!.. Вы можете встать?Вокруг нее нарисовались силуэты в мундирах. Она узнала солдат Ее Величества Изабеллы, королевы Кастилии.И тогда Мануэла перестала сопротивляться и уплыла во мрак.
Над пустой равниной нависало вечернее небо, превратив окружающий пейзаж в бесформенные пятна. По настоянию Эзры они остановились возле смоковницы на берегу Турий, в нескольких лье от небольшого городка Торребаха. Над ними повис только-только появившийся месяц, но вскоре должны были замерцать и звезды.Сарраг, лицом к Мекке, в последний раз коснулся земли лбом, затем встал, аккуратно скатал коврик и уселся рядом с Варгасом и Эзрой.— Вижу, вы снова обрели вкус к молитве, — заметил, чуть улыбаясь, раввин. И добавил, словно опасаясь возражений: — Я тоже. Мы все, кстати говоря.Францисканец согласился с этим утверждением. После отъезда из Теруэля он действительно ощутил потребность возобновить диалог с Господом. Естественно, первая молитва, пришедшая ему на язык, была «Отче наш». «Да будет воля Твоя…» Никогда еще эти слова не казались ему столь глубокими, никогда не черпал он в них такую сильную поддержку.Теплый ветерок стих, и воздух стал прозрачен и неподвижен.— Давно известно — когда не можешь найти на что-то ответа, то не остается ничего другого, как спросить Создателя, — медленно проговорил Сарраг.— Конечно, — кивнул Эзра. — Только вот захочет ли Адонаи нам ответить? А если и ответит, то услышим ли мы его? Через своего слугу, я имею в виду Абена Баруэля, Он показал нам путь, ведущий к посланию, которое Он хочет нам передать, но и одновременно делает его недостижимым.— Недостижимым — неточное выражение, — внезапно заявил Варгас. — Более подходящее — невидимым. Мы призываем Господа. Так почему же мы перестали доверять ему? Смущенные словом «Брейшит», разочарованные тем, что проехали по всем этим городам лишь ради того, чтобы вернуться в начало, мы позволили себе усомниться. Мы сами признали, что вот уже некоторое время, устав и морально, и физически, мы перестали обращаться к Господу. А ведь каждый из нас отправился в этот поиск, уверенный в том, что был избран стать хранителем или — кто знает? — вестником чудесного события. А на протяжении истории человечества удостаивались этой редкостной привилегии лишь очень необычные люди. Я имею в виду пророков, будь то Моисей, Илия, Мухаммед или Иоанн Креститель. Думается мне, что сейчас, оказавшись в тупике, нам стоит задаться лишь одним вопросом: а достойны ли мы все еще той священной миссии, которую возложил на нас Господь?— Рафаэль, друг мой, а были ли мы вообще когда-нибудь ее достойны? — Араб говорил с искренним смирением. — Вы упоминали необычных людей. Вы правда считаете, что раввин, вы или я — из их числа? Мы заблудились. Наша вера непоколебима, но в процессе поисков, сами того не заметив, мы начали опираться лишь на наше знание Писаний. Мы полагались только на холодное Знание, забыв основную истину: мозг ближе человеку. А сердце — ближе Господу.Некоторое время все молчали.— Коль уж мы заговорили о мозге, — нарушил тишину Сарраг, — я тут снова поразмыслил о Чертоге, связанном с Каравакой. В городе, который видел явление Святого Креста. Там, где отдыхали кони равных Отроку, лежит также и 3. Пьющий воду сию, возжаждет опять. Слово «Отрок» привело нас к вам, следовательно, оно касается непосредственно вас, вам не кажется?Варгас кивнул.— Я над этим поразмыслил. Фразу «равные Отроку» можно толковать двояко. Либо это намек на моих братьев по церкви, сиречь францисканцев. Либо это намек на моих предков-тамплиеров. Но определить, какая из этих версий правильная, мы сможем только на месте. Что же касается воды и жажды, то, по-моему, это связано со встречей Иисуса с самарянкой. Но еще рано это с уверенностью утверждать.— Францисканцы или тамплиеры? — нахмурился Сарраг. — Монастырь или замок?Шейх повернулся к Эзре, чтобы узнать его мнение, но вынужден был отложить это дело. Пока он беседовал с францисканцем, раввин набросил таллит и тихим голосом затянул: «Слушай, Израиль».
Рассвет они встретили в дороге. После Торребахи была Альягилья, а три дня спустя они пересекли реку Кабриэль и в пятницу въехали в Виллатою. Поскольку Эзра выразил желание соблюсти шаббат, они снова двинулись в путь лишь в воскресенье утром. И в тот же вечер оказались в окрестностях Альбасеты, которую Сарраг всю дорогу упорно называл на арабский лад Аль-Басит. Каким-то образом сбившись с пути, они оказались посреди вонючего болота, которое не смогли высушить ни ирригационные, ни дренажные работы, веками непрерывно проводимые маврами. Невыносимая вонь, исходившая от трав и стволов деревьев, не давала дышать. То ли от усталости, то ли из-за нехватки воздуха, то ли потому, что был самым слабым из них, но раввин свалился с лошади и ушел под черную воду. Он непременно утонул бы, не приди ему на помощь Варгас с Саррагом. Им пришлось раздеть Эзру догола, а одежду выбросить, настолько она воняла. Поскольку раввина нужно было во что-то переодеть, францисканец тут же предложил ему свою запасную сутану, а араб — шерстяную накидку. Эзра без колебаний выбрал накидку.Ночь они провели в городе и на следующий день отправились через залитые солнцем поля в направлении Торрабы.Два дня спустя, в окрестностях Лас-Минас, появились первые следы войны. Сожженные крестьянские дома, вытоптанные поля, арабские крестьяне, тупо сидящие на обочине. Здесь царила такая же атмосфера, с которой они столкнулись несколько недель назад, выехав из Гранады. Когда уже виднелся Каравака-де-ла-Крус, им повстречалась королевская армия, направляющаяся на юг, в Андалусию. Тысячи пехотинцев, арбалетчиков, кавалеристов шли более или менее стройными рядами. Замыкали колонну лошади, тащившие бомбарды.— Давайте отъедем в сторону. — У Саррага в горле стоял комок.— Сохраняйте спокойствие, — порекомендовал Варгас. — С чего вдруг этим людям интересоваться тремя безоружными путешественниками?— Не будьте так наивны. Вы ведь отлично знаете, что сейчас моим соотечественникам, не важно, вооруженным или нет, не стоит привлекать к себе внимание. Мне вовсе не улыбается закончить жизнь без головы или повешенным. Мы вам не рассказывали, но, когда мы ехали в Ла-Рабиду, нас задержало подразделение насридов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики