ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На лошадей они снова сядут лишь после двух часов дня.
Ее, как обычно после верховой езды, ждала приготовленная горничной ванна. В воду был добавлен ароматный шампунь, а полотенца пахли лавандой. Вытираясь, Кандида подумала, что еще никогда не жила в такой роскоши.
Она не только наслаждалась комфортом, но и восхищалась красотой самого поместья Манвилл.
Сады, утопавшие в цветах, красота ее спальни, где стояла огромная кровать с пологом на четырех столбиках и висели портьеры, вышивка на которых была сделана еще во времена Чарлза Великого; зеркало с позолоченными купидонами; мебель, покрытая инкрустацией и отполированная воском; стоявшая возле кровати ваза с первыми летними розами, будто сделанными из розового бархата, – все это приводило Кандиду в восторг.
– Я счастлива! Я счастлива! – вслух произнесла Кандида и вдруг почувствовала, что ей необходимо срочно увидеть лорда Манвилла, быть с ним.
Она не пыталась объяснить себе этого чувства, но знала лишь, что должна торопиться. Песчинки времени падали и падали, она не должна терять ни единого мгновения этого волшебного чувства, которое обнаружила в себе.
Горничная застегнула на ней платье из темно-зеленого шелка с бесчисленными кружевными оборками на широкой юбке. Кружева были также на коротких рукавах с буфами и по линии выреза.
Когда Кандида жаловалась, что вырез слишком глубок, миссис Клинтон и мадам Элиза лишь посмеивались над ее недовольством. Сейчас ей снова захотелось, чтобы вырез был выше, но вскоре она забыла об этом.
Ей хотелось быстрее спуститься вниз, увидеться с лордом Манвиллом, и, едва дождавшись, пока горничная закончит приводить в порядок ее золотистые волосы с огненно-рыжими вкраплениями, она выскочила из спальни и побежала вниз по главной лестнице, направляясь в библиотеку.
Открыв дверь, она испытала разочарование: комната была пуста. Кандида подумала, что он, наверное, снова куда-нибудь вышел, и тут вспомнила, что обещала Адриану поискать книгу греческих поэм, которая должна была стоять где-то в библиотеке.
Названия она не помнила, но Кандида была уверена, что непременно узнает обложку, как только увидит ее.
Она обвела взглядом заставленные полки и на самом верху увидела, как ей показалось, нужную книгу. Из другого конца комнаты она притащила тяжелую лестницу красного дерева.
Взобравшись, Кандида взяла книгу с полки, но обнаружила, что это не та, которую она искала. Все же книга показалась ей интересной.
Она листала страницу за страницей, когда услышала, как открылась дверь позади нее, и, взглянув вниз, увидела лорда Манвилла. Он тоже переоделся и выглядел чрезвычайно элегантно. Она почувствовала, как сердце ее забилось быстрее в приятном волнении, и, держа книгу в руке, начала спускаться.
– Что вы искали так высоко? – спросил лорд Манвилл с ноткой веселья в голосе. – Что, чем труднее плод сорвать, тем он слаще?
Кандида уже добралась до середины лестницы. Она повернула голову, чтобы улыбнуться ему, и, оступившись, потеряла равновесие. Какое-то мгновение она пыталась удержаться, а затем не то упала, не то соскользнула прямо в его руки.
– Вам надо быть осторожнее, – заметил он. – Вы могли ушибиться.
Он взглянул ей в лицо. Кандида вдруг почувствовала, с какой силой он держит ее, осознала, что они стоят очень близко друг к другу. Ее голова была на уровне его плеча, и, когда она подняла глаза, их взгляды встретились.
Окружающий мир как будто исчез, и они остались вдвоем. Между ними словно пронеслось что-то волшебное и совершенно необыкновенное – столь необыкновенное, что Кандида затаила дыхание и не могла пошевелиться.
Его руки напряглись, и она, вся трепеща, почувствовала его губы рядом со своими.
Затем она, должно быть, пошевелилась, потому что услышала тихий звук, который разрушил охватившее их очарование и отвлек ее внимание. Оказалось, кружево на ее платье зацепилось за лестницу. Быстро, чувствуя робость и боясь собственных чувств, Кандида высвободилась из его объятий.
– О, я… порвала свое… платье! – тяжело дыша, воскликнула она, и звук ее голоса даже ей самой показался странным.
– Я дам вам другое.
Он не отрывал глаз от ее лица и говорил как-то механически, будто не думая. Кандида отцепила платье от лестницы.
– Я не могу… позволить вам… это, – ответила она. – Это было бы… нехорошо.
– Почему? – с улыбкой спросил лорд Манвилл. – Мне совсем нетрудно было заплатить за то платье, что сейчас на вас.
Кандида повернулась к нему, и выражение ее лица поразило его.
– Вы… заплатили… за это… платье? – медленно спросила она, едва шевеля губами.
Лорд Манвилл уже собрался было ответить, когда оба они вдруг вздрогнули от звука голосов и смеха. Казалось, не меньше сотни ртов говорят одновременно, и через секунду дверь библиотеки распахнулась.
Видны были смеющиеся лица, шляпки, украшенные перьями; сверкающие драгоценности, шелк и кружева, кисея и бархат; кринолины, такие большие, что с трудом прошли бы в дверь.
Затем от толпы отделилась подвижная и изящная маленькая фигура с кожей цвета магнолии, и взгляд ее темных, восточного разреза глаз, пройдясь по комнате, остановился на лорде Манвилле.
– Лэйс!
Он почти выкрикнул это имя, и мгновение спустя две руки обвили его шею, а веселый голос приговаривал:
– Ну как, хорош сюрприз? Ты разве не рад нас видеть? Мы не могли больше позволить тебе торчать тут в деревне без нас.
Поверх украшенной перьями шляпки Лэйс лорд Манвилл бросил взгляд на толпу женщин, входивших в библиотеку. Он всех их знал. Вот Фанни, вышедшая из ливерпульских трущоб. Блестящее умение ездить верхом сделало ее одной из самых известных и, конечно, самых дорогих наездниц.
Вот Филис, дочь деревенского пастора, влюбившаяся в женатого человека, под чьим покровительством и жила несколько лет. Затем, когда он вернулся к брачным узам, она стала ходячей легендой среди прелестных наездниц, и считалось модным появляться в ее компании.
Вот Дора со своим детским личиком и белокурыми кудряшками, о которой было известно, что она, объезжая лошадей, так сурово обходится с ними, что юбка ее амазонки постоянно запачкана кровью. Заниматься же с ней любовью было все равно что нырять в чашку с густыми, жирными, приторными сливками.
Вот Нелли, Лоретта и Мэри-Анна – красивые, остроумные и веселые женщины, с которыми он когда-то развлекался и манеры которых находил гораздо предпочтительнее респектабельности Прекрасной Благонамеренности. Теперь же по какой-то непонятной причине, которой даже сам не знал, ему совсем не хотелось видеть их в Манвилл-парке.
За женщинами вошли их спутники – три офицера из придворной кавалерии: герцог Дорсетский – довольно неуклюжего вида краснолицый молодой человек, пивший сверх меры; капитан Уиллогба, к двадцати пяти годам промотавший в игорных домах состояние и вновь вернувший его; и граф Фестон, дававший самые дорогостоящие ужины, которые когда-либо имели место в Арджилльских меблированных комнатах, – ужины, заканчивавшиеся обычно тем, что он платил за обновление всего интерьера.
Сзади к ним фланирующей походкой подошел, с улыбкой на багровом лице, сэр Трешэм Фокслей.
– Мы остановились у Фокси, – объяснила Лэйс, пытаясь перекричать шум, который производили прелестные наездницы, толпившиеся возле лорда Манвилла, чтобы поприветствовать его. – Он нас пригласил, и мы взяли с собой нескольких лошадей. У него возникла великолепнейшая идея устроить сегодня после обеда соревнования на твоей площадке для верховой езды. И не вздумай сказать, что не угостишь нас обедом: мы умираем с голоду.
Лорд Манвилл не знал что ответить. Он не видел, как Кандида при виде сэра Трешэма оцепенела и огляделась вокруг в поисках другого выхода, кроме двери, через которую все вошли.
Но другого выхода из библиотеки не было, и ей ничего не оставалось, как лишь смотреть и слушать, зная, что взгляд сэра Трешэма, направляющегося в ее сторону, прикован к ней и только к ней.
И тут сквозь суматоху и шум до лорда Манвилла донеслись слова сэра Трешэма:
– Мисс Кандида, поверьте, единственное, чего я хочу, – это извиниться перед вами в надежде, что вы простите меня.
С каким-то почти безрассудным, неожиданно нахлынувшим гневом лорд Манвилл спросил себя, каким образом Кандида могла знать сэра Трешэма и почему он извинялся перед ней. Ему хотелось услышать, что она ответит, но этого ему не удалось, потому что Лэйс продолжала что-то говорить ему на ухо. Лишь сэр Трешэм услышал слова Кандиды:
– Мне нечего сказать, сэр.
– Но, право же, вы должны поверить мне, – упорствовал сэр Трешэм, – что я глубоко опечален тем, что расстроил вас, и что я, честное слово, смиренно раскаиваюсь.
Кандида не отвечала, и он настойчивым голосом добавил:
– Я отдаю себя на вашу милость. Не можете же вы быть столь жестокосердной, чтобы не простить искренне кающегося грешника.
– Ну хорошо, я принимаю ваши извинения, сэр, – тихим голосом сказала Кандида. – Но теперь, с вашего позволения, я…
– Нет… подождите! – умоляющим тоном произнес он. Но она уже проскользнула мимо него и, увидев, что путь к двери свободен, выбежала из библиотеки и помчалась вниз по ступеням, в холл. На середине лестницы она встретила Адриана.
– Что случилось? – спросил он. – Что это за шум?
– Приехало много людей, – ответила она. – И этот человек… этот ужасный, отвратительный человек! Я надеялась, что больше никогда его не увижу.
– Кто это? – спросил Адриан. – И что он вам сделал?
Кандида ничего не ответила, и он сказал:
– Скажите же мне, что он вам такого сделал, что вы… О, да вы вся дрожите! Так кто же он?
– Его имя… сэр Трешэм Фокслей, – запинаясь, выдавила Кандида.
– Я слышал о нем! – с презрением в голосе сказал Адриан. – Это совершенно невоспитанный человек. Никогда не имейте с ним дела!
– Если удастся этого избежать, то конечно, – дрожащим голосом ответила Кандида. – Но зачем он здесь? Лорд Манвилл говорил мне, что тот живет неподалеку, однако сказал также, что не любит его.
– Не думаю, что он пробудет здесь долго, – успокоил ее Адриан. – Чем он вас так напугал?
– Он без приглашения вломился в дом миссис Клинтон в Лондоне, – тихо ответила Кандида.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики