науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но я же попыталась. Он просто не стал слушать…
Можно и просто промолчать. Но это значит, что мне вообще плевать на моего брата - пусть себе катится в пучину и гибнет, пусть доходит до прямого прелюбодеяния, пусть даже устанавливает связи с врагами Эдоли. И на Агнес плевать, за кого она в конце концов выйдет замуж. Нет, и этот выход - очень уж плохой. Даже еще хуже, чем просто пойти и сообщить…
Я совсем придумала было - пойти к Агнес и рассказать все ей. Пару минут я тихо радовалась этой мысли, и чуть было не ушла, не дождавшись священника, но потом… Ведь это получится переложить ответственность на подругу, а ей будет тяжелее. Для меня Феликс в общем, посторонний, а она его любит. И вот для нее уже пойти в ректорат на самом деле будет предательством. Даже если она порвет с Феликсом - а легко ли ей будет рвать? Ведь невыносимо тяжело. И вероятно, она даже и не сможет порвать, и будет ходить с такой раной на душе.
А если Агнес уже знает об этом? И уже решила для себя, что ладно, пусть так, пусть он смотрит эти картинки, пусть грешит… Если на ее душе уже есть эта рана? Эта мысль показалась мне просто кошмарной.
Нет, ей говорить нельзя. Это мое дело, и я сама должна принять решение.
Господи Иисусе, и ведь совсем недавно еще все было так хорошо, так просто! Ну зачем я подняла те листки? Зачем вообще задержалась - можно было на кафедру к Бенге позже заскочить… К тому моменту, как меж колонн появился слегка запыхавшийся отец Тимо, я пришла к единственному выводу: лучшее, что можно сделать в такой ситуации - это вообще никогда в нее не вляпываться.
— Кристиана? Слава Иисусу Христу, - сказал отец Тимо.
— Слава вовеки, - поспешно ответила я, - мне бы исповедаться, если можно.
— Ну что ж, если сейчас нужно, то давайте. Может быть, в кухню пойдем?
Я подумала, что отец Тимо наверняка еще не обедал сегодня и вообще устал как собака, а я тут… Мне как обычно, стало очень стыдно - но не идти же обратно. Исповедоваться мне не так уж надо - скорее спросить совета. Исповедаться я могла бы и завтра, там ничего такого страшного, все, как обычно. Только вот и для меня, и для отца Тимо будет лучше, если об этом щекотливом случае он узнает именно на исповеди, с обязанностью, понятное дело, хранить тайну.
Отец Тимо сел на табуретку, вытащил и надел столу. Я встала на колени и после положенных молитв и вступления стала перечислять свои грехи за неделю - ну всякие там, как обычно, лень, саможаление, обиды на девчонок, отсутствие уважения к некоторым преподавателям, уныние, в общем, много чего. Отец Тимо устало кивал, и у меня даже промелькнула такая мысль, что наверное, надоели мы ему со всеми этими мелочами, и какая, наверное, тягомотина все это постоянно выслушивать, а он, может быть, есть хочет и вообще устал… Наконец я сказала.
— Еще я… я узнала о том, что один из братьев с нашего отделения совершает грех. Тяжелый… ну… в общем, правильно было бы пойти и сообщить об этом в Инквизицию. Ну то есть… но я не знаю, что мне делать.
Отец Тимо как будто проснулся. Или мне так казалось, и он вовсе не был вялым? Он внимательно посмотрел на меня и указал на табуретку рядом с собой.
— Присядьте пока, Кристиана. Какого рода грех совершает этот брат?
Исповедь, напомнила я себе. Но говорить о таком было… просто стыдно как-то. Ведь отец Тимо - он же все-таки тоже мужчина, хоть и священник.
Краснея и давясь, я все же рассказала о случившемся.
Отец Тимо тяжело вздохнул. Он смотрел куда-то в пол перед собой, устало сложив руки на коленях. Мне показалось, или на лице его в самом деле было что-то вроде отчаяния? Устал он от нас… наверное… Да, тяжело. Мне тоже тяжело, что есть люди, которые вот такими вещами занимаются. Как Феликс…
— Вы не можете промолчать и забыть об этом. Но пойти и сообщить тоже кажется вам неправильным, - заговорил он, я поспешно кивнула, подтверждая эти мысли, - ну что же, Кристиана… Часто бывает очень трудно отличить в своей душе голос совести от других голосов - от того, что нам ложно внушают окружающие люди, демоны или от того, что мы сами воображаем себе. Часто происходит так, что поступив по совести, мы подвергаемся насмешкам или презрению со стороны близких. Ведь то, что происходит здесь и сейчас - так очевидно и понятно, а то, что будет происходить с нами в вечности - до этого еще далеко, и ничего наверняка об этом неизвестно. У нас нет знаний о том, что произойдет после смерти - у нас есть только вера. Трудно жить, опираясь только на веру. Невыносимо трудно, Кристиана… Давайте с вами призовем Святого Духа и помолимся, чтобы Господь сам помог вам разрешить эту проблему…
Я снова встала на колени, и священник возложил руки мне на голову.
Нет, я не понимала ничего. Я даже не понимала, почему мне не хочется идти в ректорат. По уму - надо. Жалко Феликса? Но будет еще хуже, если он так и продолжит грешить. Его надо, необходимо остановить. Боюсь за себя? Да нет, чего бояться… Ничего я не боюсь на самом деле, никаких там насмешек и презрения, да и кто это будет меня презирать? Не в этом дело. Я сама не понимала, почему мне не хочется туда идти.
Отец Тимо молился, и мне казалось, что прохладный ветер пронизывает мою голову, ветер от его рук, и пробирает насквозь, и становится легче… легче… совсем легко. Даже смеяться хочется от этого ветра. И вдруг я поняла, что мне нужно сделать. И чуть не заплакала от этой легкости. Всего-то - как это просто! Ведь есть человек, который не только может, но даже и должен взять на себя эту ношу. И по своей профессии, и потому что он… он ведь станет мне мужем! Главой, значит.
— Я расскажу Йэну об этом! - вырвалось у меня, - он наверняка что-нибудь решит.
Отец Тимо кивнул.
— Возможно, это правильный выход, Кристиана. Хорошо…
Он произнес формулу отпущения, я перекрестилась и, неловко попрощавшись, пошла домой.
Йэн очень внимательно выслушал меня. Я не стала тянуть, и рассказала сразу же, только мы вышли из церкви.
Все было очень хорошо, просто замечательно. Может, это после службы так казалось? После Причастия? Голова слегка кружилась от счастья. Высоко в голубом небе кружила пара истребителей, оставляя замысловатый инверсионный след. Было тепло - я накинула только легкий спарвейк. Воскресенье. Не совсем просохшая после дождя мостовая. Нежная еще, не запылившаяся долгим летом листва. Городской парк. Йэн. Еще не перебит ничем вкус Святого Хлеба на языке, не забылось чувство вечного покоя и света, так любимое мной в церкви, тихая струнная музыка еще звучит в ушах. По сравнению со всем этим тягостная, так измучившая меня вчера история с Феликсом казалась незначащим пустяком.
Йэн выслушал меня и кивнул спокойно.
— Хорошо, Крис. Это правильно, что ты мне решила рассказать. Ты больше об этом не думай, выбрось из головы. Не беспокойся. Я этим займусь…
Ничего другого от него и нельзя было ожидать. Он всегда был такой. Мой Йэн. Мой любимый, мой… почти муж. Мой жених. Сразу стало совсем уж легко и весело на душе, я сбросила заботу, и мне действительно больше не надо об этом думать. Я еще попросила его.
— Но Йэн, я не хочу, чтобы с Феликсом что-то случилось плохое…
Он кивнул и чуть улыбнулся.
— Ничего дурного с ним не будет. Не переживай, - он взял меня за руку, и я сразу растаяла от счастья. Так, рука в руке, мы вошли в резные чугунные парковые ворота.
Народу в парке было много по случаю воскресного дня. Компании друзей и подружек, парочки вроде нас с Йэном, целые семейства. Справа от нас гремела веселая музыка и многоголосый детский гвалт, из-за верхушек деревьев видны были только самые высокие разноцветные конструкции - там тянулись детские городки развлечений и площадки. Семьи с ребятишками направлялись туда. Невольно я подумала, что может быть, пройдет несколько лет - и мы тоже, войдя в парк, сразу будем сворачивать направо, и поведем на эти площадки своих детей. Йэн хочет не меньше четырех. При этой мысли мне стало радостно, но неловко, и я как-то почувствовала, что Йэн думает о том же самом и избегала смотреть на него.
— Светик, а вон жаренки продают, хочешь?
Йэн взял мне на свою карту длинную жаренку из орехов и меда, на палочке. Мы направились в самую глубь парка, где сегодня должны были выступать "Странники". За тем, собственно, и пришли. Скамейки все были уже заняты, но нам удалось удобно устроиться на длинном и толстом изогнутом стволе старой ивы. Рядом с нами примостились какие-то мальчишки, судя по форме - еще школьники. Я грызла орехи, болтала ногами, и Йэн, за недостатком места, был вынужден довольно тесно прижаться ко мне, и даже положить свою руку почти что мне на спину, во всяком случае время от времени его рука касалась моей спины, и я тихо млела от счастья. Еще мне ужасно хотелось положить голову Йэну на плечо, но в публичном месте все-таки следует вести себя скромно. Мы о чем-то болтали, кажется, о паломничестве, эстрада от нас была не видна, ее заслонял какой-то неудачно поставленный фургон, но слышно хорошо. Как-то внезапно наступила тишина, и в тишине разноголосо заговорили струны, перебивая друг друга, волнуясь, как море. "Странники" запели, и было это чудесно - слушать их пение, и рядом ощущать Йэна, и молчать, просто молчать и слушать.
Надо мною небо Твоё, (1)
Но мне больно в него смотреть.
Надо мною кружит вороньё,
В двух шагах ожидает смерть.
Не вини меня, что упал,
Что я не продолжаю бой.
Господин, я просто устал
Воевать за себя с собой.
(1) стихи Ирины Ермак
Три голоса - два мужских и женский, вьющийся вокруг них, словно звенящая, отчаянная спираль, разбивали тишину, повисшую над площадью, словно в миг Пресуществления, полное внимания и напряжения, полное слуха молчание.
Битве всё не видно конца,
А из ран - где течёт, где льёт.
Что ж не выбрал Ты храбреца? -
Защитил бы Царство Твоё…
Мои руки не держат меч,
Привалил меня мой же щит.
Ты не хочешь меня сберечь?
Кто ж тогда меня защитит?
Йэн нашарил свободной рукой мою ладонь, и сжал ее, и на миг я перестала ощущать что-либо, кроме этого прикосновения теплых и сильных пальцев. Мой Йэн.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики