науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— А я буду, — упрямо сказала Оливия.
— Боже праведный, солдат, поэт и ученый! Хорошенькое трио женщин-неудачниц! — расхохоталась Порция.
Фиби рассмеялась вместе с ней. Ей хотелось запеть, вскочить на ноги и пуститься в пляс со своими новыми знакомыми. Даже Оливия улыбнулась, и колючее выражение, служившее ей защитой, исчезло из ее глаз.
— Мы должны заключить соглашение, что станем поддерживать друг друга, если нас будут искушать сойти с намеченного пути и стать такими, как все. — Порция вскочила на ноги. — Оливия, в твоей маленькой сумочке найдутся ножницы?
Оливия развязала шнурки висевшей у нее на поясе маленькой сумочки, отделанной кружевами, извлекла оттуда крошечные ножницы и протянула их Порции, которая очень осторожно отрезала три рыжих локона от копны спутанных волос, окружавших ее веснушчатое лицо.
— А теперь, Фиби, дай я возьму три пряди твоих чудесных белокурых волос, а потом займусь Оливией. — За словами последовало действие, после чего девушка отложила ножницы. — Смотрите.
Широко раскрытыми от любопытства глазами две девочки смотрели, как длинные тонкие пальцы Порции с неопрятными обломанными ногтями ловко сплели разные пряди в три трехцветных колечка.
— Ну вот, каждой достанется кольцо. У меня будет с рыжей полоской снаружи, у Фиби — со светлой, а у Оливии — с черной. — Она протянула им кольца. — Если вы когда-нибудь почувствуете, что забываете о своем предназначении, просто взгляните на кольцо… О, а еще мы должны скрепить свой договор кровью.
Ее зеленые глаза слегка прищурились, как у кошки, и в них сверкнуло воодушевление и веселье.
Порция взяла ножницы, повернула запястье вверх, сделала надрез, выдавила капельку крови и протянула ножницы подруге:
— А теперь ты, Фиби.
Фиби покачала белокурой головой.
— Я не могу. Сделай это сама, — сказала она, крепко зажмурилась и протянула руку запястьем вверх.
Порция проткнула ей кожу, а затем повернулась к Оливии, которая уже протягивала ей руку.
— Ну вот. Теперь мы соединим запястья, чтобы наша кровь смешалась. Таким образом мы скрепим свое обязательство поддерживать друг друга в радости и горе.
Оливия понимала, что Порция играет, но тем не менее, когда ее кожа коснулась кожи остальных, она ощутила странный трепет и некую общность, показавшиеся ей чем-то большим, чем простая игра. Однако она не была романтичным ребенком и решительно отбросила подобные глупости.
— Если кто-нибудь из нас попадет в беду, то может послать свое кольцо другой и быть уверенной, что получит помощь! — с воодушевлением воскликнула Фиби.
— Все это очень г-глупо и романтично, — заявила Оливия и нахмурилась, что было попыткой — она это сама понимала — скрыть волнение.
— А что плохого в романтике? — пожав плечами, возразила Порция, и Фиби ответила ей быстрой благодарной улыбкой.
— Ученым романтика ни к чему, — сказала Оливия. Она нахмурилась еще сильнее, так что ее черные брови почти сошлись над глубоко посаженными карими глазами, а затем вздохнула: — Л-лучше я вернусь на свадьбу.
Она положила витое колечко в маленькую сумочку на поясе, затем бессознательным движением — как будто для того, чтобы придать себе смелости, — быстро коснулась запястья, слегка измазанного их смешавшейся кровью, и направилась к двери.
Когда дверь открылась, в полутьму лодочного сарая ворвался шум расположенного на другом берегу реки города. Оливия вздрогнула от диких грубых звуков.
— В-вы слышите, что они кричат?
— Они кричат: «Голова с плеч, голова с плеч!», — объяснила Порция. — Только что казнили графа Страффорда.
— За что? — спросила Фиби.
— Боже праведный, неужели вы ничего не знаете? — Порция была прямо-таки потрясена их неведением. — Страффорд был ближайшим советником короля, а парламент восстал против короля и отстранил графа, и теперь они отрубили ему голову.
Оливия почувствовала, как волосы зашевелились у нее на голове, когда тихий майский воздух прорезал грубый восторженный рев толпы, а над городом и его окрестностями начал подниматься густой и удушливый дым костров, зажженных в честь насильственной смерти человека.
— Джек говорит, что будет гражданская война, — продолжала Порция, упоминая об отце с привычной фамильярностью. — Он обычно не ошибается в таких вещах… в отличие от многих других, — добавила она.
— Гражданской войны не может быть! — Оливия была в ужасе.
— Посмотрим, — пожала плечами Порция.
— А мне хотелось бы, чтобы она началась прямо сейчас и избавила меня от необходимости возвращаться на свадьбу, — мрачно сказала Фиби. — Ты идешь, Порция?
Порция покачала головой и резко махнула рукой в сторону двери.
— Возвращайтесь на вечеринку. Для меня там нет места. — Фиби застыла в нерешительности, а затем последовала за Оливией, крепко зажав в руке колечко.
Порция осталась стоять в полутьме. Она наклонилась и подобрала остатки имбирного пряника, о котором Фиби забыла из-за произошедших в последние полчаса событий. Девушка медленно и с огромным наслаждением принялась грызть его, по возможности растягивая удовольствие. Солнце стало садиться, тени удлинились, а доносившиеся из города крики и шум веселья со свадьбы постепенно стихли.
Пролог
Остров Уайт, июнь 1648 года
В этот темный предутренний час дождь нескончаемым потоком обрушивался на мокрые утесы, и потоки воды низвергались в бурлящее пенистое море. Родившись в Ла-Манше и обогнув мыс Святой Екатерины, огромные волны теперь с неослабевающим ревом терзали острые скалы и в темноте терялись мириадами белых брызг.
На небе не было ни звезд, ни луны. Только редкие огоньки освещали остров у входа в Солент, холмы и долины которого почернели от дождя. Меланхоличный звук колокола со скалистого мыса, прорезая яростный шум ветра, предупреждал суда, сражающиеся с кипящим от шторма Ла-Маншем, об опасности и в то же время возвещал о том, что земля близко.
Маленькая лодка ныряла в волнах, и сидящие на веслах суровые мужчины изо всех сил старались удержать на плаву свое утлое суденышко. Наконец они добрались до бакена с колоколом; один из гребцов тут же зацепился за бакен и стал причаливать. Вот лодка коснулась качающегося буя, и оглушительные удары колокола перекрыли рев воды, ветра и нескончаемую барабанную дробь дождя.
Гребцы молча закрепили весла в уключинах, кормчий крепко привязал лодку к бакену, и тотчас один из его спутников быстро и ловко — видно, что не впервой, — обмотав куском толстой ткани язык колокола, заглушил его надоедливый тревожный звук.
Спустя мгновение маленькое суденышко уже двигалось назад к берегу. Один из гребцов вдруг поднял руку, показывая на вершину утеса. Там сначала замерцал, а затем ровно разгорелся огонь маяка.
Чьи-то ловкие руки помогли им выбраться на берег, вытащив лодку на песок. Промокнув до нитки, мужчины с жадностью пили из протянутых им фляжек. На берегу собралось человек двадцать — неясные фигуры в темной одежде. Прислонившись к скалам и слившись с черными утесами, они в поисках добычи шарили взглядами по бушующему морю.
Внезапно огонь на вершине утеса вспыхнул ярче, и все, как по команде, двинулись вперед.
С изорванными в клочья хлопающими парусами под аккомпанемент скрипящих снастей из тьмы вынырнул корабль. Он шел прямо на свет, обещавший безопасную гавань, и с ужасающим грохотом и скрежетом врезался в скалы мыса Святой Екатерины.
Громкие крики перекрыли вой ветра. По палубе растерянно заметались люди; один за другим они срывались с борта судна и падали в кипящий котел моря. Еще миг — и корпус корабля раскололся, как яичная скорлупа. Наблюдатели на берегу со сверкающими глазами и торжествующими криками тотчас бросились в пену прибоя. Уцелевших после кораблекрушения добивали абордажными саблями, обломками мачт — всем, что под руку подвернется.
Пираты тащили на берег сундуки, ящики, мертвые тела; срезая с трупов кольца и срывая дорогую одежду, они словно безумные кружились на песчаном берегу в кровожадном танце алчности.
А на вершине утеса, рядом с огнем предательского маяка, плотно запахнув плащ, стоял человек. Взглянув на обреченный корабль, он улыбнулся. Его люди знали свое дело: этой штормовой ночью здесь, на скалах, они поймали в силки жирного голубя.
Он повернулся и потушил огонь. Все снова погрузилось во тьму, и только звуки происходящего на пляже безумия соперничали с ревом ветра, дождя и моря.
За мысом с бурей сражался еще один корабль. Судно лишилось паруса, и теперь капитан только с помощью руля удерживал его в открытом море. За обманчивой стройностью морского волка скрывались крепкое тело и руки, которые не желали отдавать корабль на волю стихии.
— Маяк пропал, сэр! — крикнул ему прямо в ухо кормчий, пытаясь перекрыть рев бури.
Капитан взглянул на вершину мыса, где только что горел предательский огонь, и почти сразу же стали слышны звуки, ничуть не похожие на крики чаек штормовой ночью, а еще через мгновение яркая вспышка молнии осветила останки разбившегося о скалы судна.
Колокол на мысе Святой Екатерины не звонил.
На судне воцарилось тягостное молчание, экипаж впал в оцепенение. Все здешние моряки с детства бороздили эти воды и знали обо всех грозящих им опасностях. Знали и то, что самая страшная опасность притаилась на берегу.
— Да сжалится Господь над их душами, — пробормотал кормчий и непроизвольно перекрестился.
— Судно похоже на торговое, — откликнулся капитан сухо и отстраненно. — Богатый будет улов. Они выбрали, подходящую ночь.
— Угу, — опять пробормотал кормчий, и мурашки пробежали у него по спине, когда вопли умирающих заглушил треск тонущего судна.
Глава 1
Над тихими водами Ла-Манша теперь ослепительно сияло жаркое солнце. Оливия Гренвилл прогуливалась по узкой каменистой тропинке над мысом Святой Екатерины, на какое-то время забыв и о том, где находится, и о прелести сменившего ночную бурю тихого утра. Надкусив яблоко, она нахмурилась над мудреной греческой книгой, которую держала в руке.
Ступая в сандалиях по мокрой траве, девушка уже намочила подол своего муслинового платья, однако только яркая бабочка адмирал, севшая на белую страницу книги, отвлекла ее от чтения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики