науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И через тридцать секунд командная радиостанция космодрома передала уверенное разрешение технического руководителя полёта:
— Включайте ручное управление. Ориентируйтесь и запускайте тормозную установку вручную…
Общеизвестно, что спуск «Восхода-2» окончился, если не считать отдельных неточностей, благополучно. Тысячу раз продуманная, подробно расписанная в инструкции и тщательно отработанная со всеми экипажами на тренажёре методика ручного управления кораблём успешно прошла практическую проверку. На высоте оказались и космонавты, в частности командир «Восхода-2» Павел Беляев. Но и от руководителя полёта тут потребовалось немало!
Говоря о космических (да и не одних лишь космических) полётах, мы обычно подчёркиваем, с одной стороны, талант, работоспособность, знания людей, остающихся на Земле, — и, с другой стороны, волю, выдержку, решительность улетающих. Оказывается, эта раскладка качеств, хотя, в общем, и справедливая, несколько односторонняя.
Воля, выдержка, решительность — причём самой высокой пробы — порой нужны людям, остающимся на Земле, в не меньшей степени, чем космонавтам.
…Замечу в скобках: попадались мне и другие варианты изложения этого эпизода. Так сказать, иные редакции. Вот как рассказал о нем один из участников собеседования с журналистами, посвящённого воспоминаниям о Юрии Гагарине:
"Когда во время полёта Беляева и Леонова появилась неисправность в системе ориентации и космонавты запросили у «Земли» разрешение перейти на систему ручного управления, Гагарин находился на связи… Рядом сидели члены Государственной комиссии, сидел Королев. Думали. Юрий Алексеевич взял микрофон и сказал:
— "Алмаз", ручную посадку разрешаю, — и обернулся к Королеву.
Королев молча кивнул. Потом Сергей Павлович посмотрел на членов Государственной комиссии и сказал:
— Вот так надо руководить…"
Услышав про этот вариант, отличающийся — пусть не принципиально, но все же достаточно, чтобы это было небезразлично для истории, — от того, который был известен мне, я решил попытаться уточнить: как все все-таки было дело в действительности?
Мне весь этот эпизод был известен со слов его очевидца.
Но, исходя из старого принципа, что и показания очевидцев бывает полезно проверить, я обратился ещё к одному свидетелю — заместителю Главного конструктора Б.Е. Чертоку, тоже находившемуся в момент, о котором идёт речь, непосредственно в помещении командного пункта управления полётом «Восхода-2». И он вновь изложил мне интересующий нас эпизод в том же виде, в каком я знал его раньше, а именно — что решение о ручной посадке корабля принял не кто иной, как лично Королев.
Единственное, в чем свидетели этого эпизода несколько расходились, были пресловутые «тридцать секунд». Некоторые мои собеседники вспоминали, что вроде бы назван был другой срок: минута. Впрочем, я думаю, разница тут невелика. Принять столь ответственное решение за минуту — тоже неплохо!..
Почему я придал такое значение точному восстановлению всех подробностей этой, в общем, далеко не первостепенно важной истории? Не все ли, в конечном счёте, равно: кто именно принял решение? Важно, что оно было принято и оказалось правильным! Почему нужно до чего-то ещё тут докапываться?
И все-таки, я думаю, докапываться стоит.
Стоит хотя бы потому, что в данном случае свидетельства очевидца очень уж хорошо согласуются со всем обликом и широко известными особенностями характеров основных действующих лиц.
Никто, знавший Королева и имевший возможность наблюдать его в деле, ни на минуту не может допустить мысли, чтобы Сергей Павлович, лично отвечая за некоторую операцию (а тут он был ответственным лицом номер один по всем статьям: и как технический руководитель полёта, и как заместитель председателя Государственной комиссии, и как Главный конструктор корабля), позволил кому бы то ни было в своём присутствии принимать сколько-нибудь принципиальные решения, не спросясь у него — Королева! Руководства из своих рук он не выпускал никогда. А в обстоятельствах острых — тем более.
С другой стороны, общеизвестно — и я тоже уже говорил об этом, — что одной из характерных черт Гагарина была дисциплинированность. В склонности к превышению своих прав он замечен не был… Да и взаимоотношения этих двух людей — Гагарина и Королева — были взаимоотношениями ученика и учителя. Причём учителя достаточно строгого! Поэтому-то и трудно поверить, чтобы Гагарин, даже находясь на связи, то есть держа в руках микрофон, позволил себе обойти Королева, приняв самостоятельно решение по вопросу, явно входящему в компетенцию находящегося тут же рядом руководителя полёта.
Другое дело, что это решение могло уйти в эфир «с голоса» Гагарина, репутации которого, кстати, все сейчас сказанное, конечно, ни в малейшей степени не задевает: он и сам был человеком волевым, собранным, вполне способным принять верное решение в сложной, неожиданно создавшейся обстановке. Просто в данном случае он не имел на это права. Не было бы на месте действия технического руководителя полёта — другое дело. А так — не имел!..
В отличие от некоторых других обладателей высоких волевых качеств, Королев умел ценить их не только в себе самом, но и в окружающих. Человеку твёрдому, не пасующему перед ним, он спускал многое, чего никогда в жизни не спустил бы более податливому. Причём твёрдость характера в людях распознавал мгновенно, как бы ни была она замаскирована внешней мягкостью, шутливостью или видимым легкомыслием манеры поведения (когда один из подобных «мягких» людей вдруг занял непреклонную позицию по некоторому конкретному вопросу, Королев, в отличие от большинства окружающих, удивился лишь на мгновение, а потом спокойно выслушал все высказанные ему доводы, после непродолжительного раздумья согласился с ними и лишь на прощание бросил своему неожиданно жёсткому оппоненту: «А вы, оказывается, обманщик…»).
Столкнувшись с проявлением настоящей решительности, Королев обязательно запоминал это и не упускал возможности рано или поздно выдать по сему случаю свои комментарии.
Руководитель стартовой службы космодрома А.С. Кириллов имел возможность убедиться в этом после пуска одного из кораблей «Восток».
Уже дана команда «Пуск». Дальнейшие события — отход кабель-мачты, включение водяных инжекторов системы охлаждения, зажигание, выход двигателей сначала на предварительный, потом на промежуточный и, наконец, на главный режим работы — все это должно было следовать одно за другим автоматически.
Дав команду, Анатолий Семёнович уткнулся в перископ и увидел, что в положенный момент не отошла кабель-мачта — эта пуповина, питающая ракету, пока та стоит на своих земных опорах! Уже хлынули из инжекторов водяные струи, перед которыми бледновато выглядел бы любой петергофский фонтан, сейчас сработает зажигание, под ракетой появятся клубы дыма и отсветы пламени от вышедших на предварительный режим двигателей, а проклятая кабель-мачта стоит будто приклеенная!
Ещё есть возможность отставить пуск. Это можно сделать ещё в течение целых восьми секунд. Нет, уже семи… шести… пяти… Но отставленный пуск — это почти наверняка слив топлива, снятие ракеты со стартовой площадки, отправка её назад, в монтажный корпус, разборка, новая сборка, — в общем, дела на многие недели. Да и космонавту, приготовившемуся к старту, изрядная моральная травма от такой, как выражаются, психологи, сшибки…
А с другой стороны, не отойди эта чёртова мачта — и так она пропашет по борту уходящей вверх ракеты, что шансов на нормальный ход последующих событий останется не очень-то много.
Руководитель стартовой службы громко доложил:
— Не отошла кабель-мачта.
Однако отбоя не дал, потому что всей силой своих знаний и инженерной интуиции чувствовал: заработают двигатели на полную — и отойдёт мачта. Не может не отойти!
Он бросил взгляд на Королева. Тот стоял молча — понимал, что говорить в этот момент что-то под руку пускающему не следует.
Но вот сработал главный клапан, поднялась тяга двигателей, усилилась вибрация — и кабель-мачта отскочила. («Как ей, негодяйке, и было положено», — комментировал впоследствии герой этого эпизода её недостойное поведение.)
А ещё через мгновение ракета снялась с опор и пошла вверх.
На кремлёвском приёме, устроенном по случаю завершения полёта космических кораблей «Восток-3» и «Восток-4», Королев сказал про Кириллова:
— Железной выдержки человек!
В его устах такая характеристика стоила немало!..
Да, есть такие виды человеческой деятельности, которые порой заставляют принимать ответственные решения в условиях, как сейчас принято выражаться, неполной информации, да ещё к тому же при остром дефиците времени. Так приходится сплошь и рядом действовать полководцу в сражении, лётчику в полёте, хирургу у операционного стола. Не минует чаша сия, как мы видели, и конструктора космических кораблей, и участников их пусков.
Королев был в этом отношении очень силён.
Но не следует, конечно, понимать сказанное в том смысле, будто он прямо стремился к решениям подобного рода. Чуть ли не удовольствие от них получал. Нет, всегда, когда возможно (а возможно это в подавляющем большинстве случаев), он охотно советовался с людьми, которых считал компетентными в возникшем вопросе, и вообще старался действовать, опираясь на точные, многократно и всесторонне проверенные данные, на детально проработанные варианты, в многообразии которых вариант оптимальный редко бросается в глаза с первого взгляда. А свою исключительную интуицию пускал в ход в дополнение, но не в замену этих данных.
Особенно — при всем своём уважении к теоретическим расчётам, без которых в наше время, как известно, ни в одной отрасли знания не проживёшь, — любил он то, что называется прямым экспериментом. Прибегал к нему всегда, когда было возможно.
Вот, к примеру, одна из историй, которую сотрудники королёвского КБ особенно охотно рассказывают, когда речь заходит об инженерной практичности и остро развитом здравом смысле их шефа.
Но тут, наверное, нельзя обойтись без одной существенной оговорки. О Королеве в космических и околокосмических кругах ходило множество рассказов, фактическая основа которых обрастала таким количеством «дополнений» и «уточнений», порождённых полётом вольной фантазии рассказчиков, что отделить одно от другого становилось практически невозможно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики