науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

так сказать, где верх — где низ, где нос — где хвост. В атмосферной авиации в качестве естественной вертикали такой системы выступает линия действия силы тяжести. В условиях невесомости этой линии нет. Приходится придумывать что-то другое, более сложное, — например, использовать в качестве осей системы координат направления на несколько крупных далёких звёзд.
Академик А.Ю. Ишлинский рассказывает о том, как создатели одного из приборов космической ориентации столкнулись с явлением «спекания» в вакууме зубчатых колёс, что, естественно, влекло за собой отказ — поначалу необъяснимый — этого прибора.
Выходит, не всякой технике так уж хорошо в космосе, и возникавшие на сей счёт сомнения нельзя сказать чтобы были полностью высосаны из пальца. Но, расширяясь наподобие снежного кома, сомнения стали затрагивать и такие механизмы, которые до того были, как жена Цезаря, вне подозрений.
Дело дошло до того, что начались — правда, преимущественно среди специалистов нетехнического профиля — споры о том, будут ли работать в космосе часы. Обыкновенные пружинные часы! А это, между прочим, дело весьма существенное: часовой механизм может найти применение во многих элементах конструкции космического корабля и его оборудования.
Доктор Абрам Моисеевич Генин — по профессии авиационный медик, в силу чего и занимался в те годы преимущественно существами живыми: начиная от мушек дрозофил и кончая космонавтами. Вопрос о том, будут или не будут работать часовые механизмы в невесомости, его, как говорится, прямо по службе ни в малейшей степени не касался.
Но тем не менее, когда корабль-спутник облетел по космической орбите земной шар, благополучно приземлился и из его кабины была извлечена оказавшаяся в добром здравии Чернушка, на ней были обнаружены… часы. Обыкновенные наручные часы марки «Победа» с потёртым кожаным ремешком, на скорую руку примётанные к собачьей попонке.
Установление личности хозяина этих контрабандных часов ни малейшей трудности не составило, привлекать к расследованию Шерлока Холмса оснований не было: на задней часовой крышке невооружённым глазом легко читалась чётко выгравированная дарственная надпись. Часы принадлежали Генину.
Проехав незаконным образом 9 марта 1961 года вокруг нашей планеты и пробыв более часа в невесомости, они продолжали бодро тикать — ничуть не хуже, чем до своего экзотического путешествия.
Для чего предпринял Генин такой самодеятельный эксперимент? Прогрессивная общественность космодрома усмотрела причину этого в том, что доктору очень уж набили оскомину бесконечные дискуссии на тему о работоспособности часов и вообще всякой техники в невесомости.
Через несколько лет, когда я напомнил Генину об этой истории, он сказал: «Я просто хотел от них избавиться. Они мне надоели…»
Но по свежим следам на доктора крепко навалились за «самовольное внесение изменений в установленный комплект бортового оборудования», что считалось (и, в общем, считалось справедливо) криминалом достаточно серьёзным. Однако чувствовалось, что ругали его тогда в основном с позиций официальных, больше для порядка. А в частном разговоре Королев сказал:
— Вот так и надо ставить эксперимент: прямо брать быка за рога. — Хотя, конечно, понимал, что особенно большого смысла в постановке такого эксперимента не было — уже по одному тому, что работа пружинных механизмов в невесомости сомнений у технических специалистов, как было сказано, не вызывала.
…Когда же со времени описываемых событий прошло более десятка лет, выяснилось — в порядке явки нарушителя закона с повинной, — что хотя владельцем знаменитых часов был действительно А.М. Генин, но отправила их в космическое путешествие, собственноручно подшив к попоне Чернушки, врач Адиля Ровгатовна Котовская — человек, тоже очень много сделавший для становления нашей космической биологии и медицины, участник подготовки первых космонавтов, доктор медицинских наук. Когда предпринятый подпольно эксперимент приобрёл незапланированно широкую огласку, пойманный с поличным Генин галантно взял грех на себя, тем более, что если не единоличным ответчиком, то уж соучастником преступления так или иначе в любом случае оставался — часы-то свои он для этого дела дал.
Так что единственный корректив к рассказанной истории, который следует внести, состоит в том, что одобрительное резюме Королева: «Вот так и надо ставить эксперимент: прямо брать быка за рога», — заслужил не один, а сразу два человека — Абрам Моисеевич Генин и Адиля Ровгатовна Котовская.
Королев был всегда очень занят: чересчур уж много дел оказывалось так или иначе завязанными через него. В этом отношении его образ жизни мало отличался от образа жизни большинства других известных мне руководителей конструкторских бюро, исследовательских институтов и прочих учреждений подобного рода.
Немудрёно, что пробиться к нему было непросто. Особенно трудно бывало поговорить с ним в Москве; на космодроме круг возможных собеседников резко сужался, это несколько облегчало дело, но тоже нельзя сказать, чтобы в очень сильной степени: сама работа на космодроме диктовала предельно уплотнённый, буквально почасовой график, в котором найти «окно» удавалось редко.
Но если уж он кого-то принимал, то — и здесь начиналось индивидуально присущее его стилю работы — разговаривал с вошедшим в его кабинет спокойно, обстоятельно, неторопливо — так, будто вообще нет у него больше никаких дел и забот, кроме этого разговора. Разговаривал ровно столько, сколько было нужно. Иногда это затягивалось на часы, иногда сводилось к нескольким предельно чётким, до последнего слова продуманным фразам. Но никогда разговор не комкался.
Осенью 60-го года, в ходе подготовки первой группы космонавтов, у меня возникло несколько вопросов, требовавших вмешательства Королева, и я отправился к нему.
Дверь из секретариата Главного конструктора вела в огромный кабинет с большим столом и стульями для доброй сотни участников разного рода совещаний и заседаний, столиками для секретарей или стенографисток и официальными портретами. Когда СП хотел выразить своё особо дружественное отношение к посетителю, то встречал его у дверей в секретариат и вёл через весь этот длинный зал к маленькой — на первый взгляд почти незаметной — двери в дальнем его конце. За этой дверью находился рабочий кабинет — тесная комнатушка, в которой письменный стол, телефонный «комбайн», два кресла, диван и книжный шкаф стояли так плотно, что пробираться между ними приходилось по траектории достаточно извилистой. Войдя в этот кабинет и понимая, как дорого время его хозяина, я после первых же слов взаимных приветствий (так получилось, что мы до этой встречи не виделись добрых полтора десятка лет) сказал:
— Сергей Павлович, я вас задержу минут на пятнадцать.
— Нет, — ответил СП. — Раз уж я выбрал время поговорить с вами, давайте не торопиться. Побеседуем столько, сколько потребуется.
И, взяв телефонную трубку, сказал секретарю:
— Я занят.
Обращаясь к Королеву, я, конечно, отдавал себе отчёт в том, насколько малую долю того, что держит в своих руках он, составляют возникшие у меня проблемы. Но такая у него была манера разговора, что у его собеседника начинало возникать ощущение, будто нет на свете дела важнее того, которым он — собеседник Королева — в данный момент занимается. И что сам СП в этом твёрдо убеждён… Впрочем, он, насколько я понимаю, действительно был убеждён в том, что самое большое дело слагается из множества малых, каждым из которых необходимо заниматься увлечённо, всерьёз, с полной самоотдачей.
Интересное совпадение, может быть, не такое уж случайное. Известный полярник, участник первой зимовки на дрейфующей льдине, в дальнейшем видный учёный, академик Е.К. Фёдоров вспоминал, что академик И.В. Курчатов «никогда никого не подавлял своим огромным авторитетом. Он умел заинтересовать людей так, что каждый учёный считал свою задачу в общей работе — главным делом своей жизни».
«Умел заинтересовать так…» — это в полной мере относилось и к Королеву. Наверное, без этого умения Королев не был бы Королёвым, так же как Курчатов не был бы Курчатовым. Нет, конечно, тут о случайном совпадении речи быть не может… Другое дело, что — в отличие от Курчатова — СП, когда считал полезным для дела, отлично умел и авторитетом своим подавить, и вообще любое средство в ход пустить. Лишь бы — для дела!
…Проговорили мы тогда более двух часов. Давно решили вопросы, ради которых я пришёл, а разговор все продолжался: о космосе и об авиации, о прошлом и о будущем, о проблемах глобальных и делах сугубо личных… Не берусь судить, извлёк ли СП из этого разговора что-нибудь полезное и интересное для себя, но мне он запомнился на многие годы.
Характерной чертой стиля работы СП было великолепное пренебрежение к тому, что именуется установленными пределами прав и обязанностей. Особенно широко понимал он категорию прав, прежде всего — своих собственных: без видимых сомнений распоряжался едва ли не всеми вокруг.
И его команды не повисали в воздухе!
Даже в тех случаях, когда он, что называется, «сильно превышал»…
Как-то раз выяснилось, что, разрабатывая одну из проблем предстоящих космических полётов, три разные организации, входящие к тому же в состав трех разных министерств, делали параллельно одно и то же дело. Все шло тихо и мирно, пока не дошло до ведома СП. Он начал с того, что без разбору наказал («Всем по выговору!») собственных заместителей, от которых, в сущности, и узнал о сложившейся ситуации. А затем, недолго думая, изрёк:
— Головной организацией по проблеме считать такую-то. Ответственность — на ней. Включите это в проект постановления.
Кстати, как показало дальнейшее, выбор Королева оказался не только оперативным, но и совершенно правильным по существу: названная им организация была в деле, о котором шла речь, наиболее компетентной.
Но, как легко догадаться, у этой новоиспечённой головной организации и без того хватало своих собственных, непосредственно относящихся к её основной тематике дел. Немудрёно поэтому, что её руководители, узнав о выпавшей на их долю чести (или, если хотите, новой мороке на их шею, — можно называть и так, и этак), особого восторга не проявили и, как всегда в подобных случаях, обрушились на самую ближнюю мишень — своего собственного сотрудника, ведущего по этой проблеме и, естественно, поддерживавшего связь с КБ Королева:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики