науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Там, при свете маленького фонарика, завернул ее в одеяло.
Он внимательно осмотрел пол в медицинском шкафу и снова запер его. Бесшумно открыв дверь, выходящую на стоянку, двумя пальцами ухватил ключ от багажника. Тихо двинулся к смотровому столу и поднял мертвую женщину. Впереди двадцать секунд, которые могут его уничтожить.
Через восемнадцать секунд он был у машины. Ледяная крупа била по щеке; завернутая в одеяло ноша оттягивала руки. Переместив тело так, чтобы большая часть веса приходилась на одну руку, он попытался вставить ключ в замок багажника. Замок залепило снегом. Он нетерпеливо соскреб его. Через мгновение ключ был в замке, и крышка багажника медленно поднялась. Он взглянул на окна клиники. В центральной палате на третьем этаже с треском поднялись жалюзи. Кто-то смотрел из окна? Желание поскорее убрать тело в багажник, выпустить из рук, заставило его двигаться чересчур поспешно. В ту секунду, когда его левая рука отпустила одеяло, порывом ветра приподняло край, и открылось лицо. Поморщившись, он бросил тело и захлопнул багажник.
Свет падал прямо на него. Кто-нибудь видел? Он снова посмотрел на окно с поднятой шторой. Стоял ли там кто-нибудь? Трудно сказать. Что можно увидеть из этого окна? Позже он разузнает, кто находился в этой палате.
Он подошел к водительской двери, повернул ключ. Быстро вырулил со стоянки и, лишь отъехав подальше, включил фары.
Трудно поверить, что за ночь это его вторая поездка в Чепин-Ривер. Хорошо, что он уходил из клиники как раз в тот момент, когда она выбежала из кабинета Фухито и окликнула его.
Венджи была на грани истерики и ковыляла к нему по крытой галерее, припадая на правую ногу.
— Доктор, я не смогу прийти к вам на этой неделе. Завтра я еду в Миннеаполис. Собираюсь к врачу, у которого лечилась раньше, к доктору Салему. Возможно, я даже останусь там и попрошу его принять ребенка.
Если бы он упустил ее, все было бы кончено.
Он убедил ее пойти с ним в кабинет, поговорил с нею, успокоил, предложил стакан воды. В последнюю минуту она что-то заподозрила, попыталась проскользнуть мимо него. Ее красивое, вечно недовольное лицо, наполнилось страхом.
И его охватил ужас — хоть и удалось ее утихомирить, вероятность того, что все откроется, по-прежнему велика. Он запер тело в медицинском шкафу и принялся размышлять.
Основную опасность представляла ее красная машина. Нужно срочно отогнать ее с больничной стоянки. «Линкольн-континенталь» последней модели, который вызывающе сверкает хромом и привлекает внимание каждой заносчивой деталью, непременно заметят, когда закончится время для посещений.
Он точно знал, где она живет в Чепин-Ривер. Она говорила, что ее мужа, пилота «Юнайтед Эйрлайнс», не будет дома до завтра. Он решил поставить машину около ее дома, подбросить внутрь сумочку, создать видимость того, что она вернулась.
Сделать это оказалось неожиданно просто. Из-за отвратительной погоды дороги были почти пусты. В Чепин-Ривер установили, что минимальный размер прилегающих к домам участков — два акра. Дома стояли вдалеке от шоссе, и к ним вели извилистые подъездные дорожки. Он открыл дверь гаража, нажав кнопку на приборной панели «линкольна», и поставил машину в гараж.
На кольце с ключами от машины висел ключ и от входной двери, но он не понадобился: внутренняя дверь из гаража была отперта. Во всем доме горел свет — возможно, включился автоматически. В поисках хозяйской спальни он поспешил по коридору в спальное крыло. Последняя комната справа, ошибиться невозможно. В доме оказалось еще две спальни, одна переделана под детскую, с яркими эльфами и ягнятами, улыбающимися со свежепоклеенных обоев, и новенькой детской кроваткой и комодом.
Именно тут он понял, что мог бы представить ее смерть как самоубийство. Если она начала обставлять детскую за три месяца до рождения ребенка, угроза потери этого ребенка была убедительным мотивом для самоубийства.
Он пошел в хозяйскую спальню. Широкая кровать застелена кое-как, поверх одеял небрежно брошено тяжелое покрывало из белой синели. Ночная рубашка и халат лежали на кресле рядом с кроватью. Если бы только удалось притащить тело сюда, положить в ее собственную постель! Это опасно, но гораздо меньше, чем бросить его где-нибудь в лесу, — ведь тогда тщательное расследование неизбежно.
Он оставил сумочку на кресле. Машина в гараже и сумочка в спальне, по крайней мере, создадут видимость того, что она вернулась из клиники.
Потом он четыре мили возвращался в клинику пешком. Это было опасно. На дороге, проходящей мимо этих богатых домов, могла появиться полицейская машина. Вдруг бы его задержали? Он бы не сумел объяснить, что делает здесь. Но путь занял меньше часа. Он обошел стороной главный вход и проскользнул в кабинет через заднюю дверь, выходящую на стоянку. Было всего десять часов.
Пальто, ботинки и носки насквозь промокли. Он дрожал. Слишком опасно пытаться вынести тело, пока есть хоть небольшая возможность кого-нибудь встретить. Ночные медсестры заступали на смену в двенадцать. Он решил, что снова отправится в путь далеко за полночь. Вход в отделение скорой помощи находился в восточном крыле. По крайней мере, можно не бояться, что его увидят доставленные на «скорой» пациенты или полицейские из сопровождающей машины.
Он поставил будильник на два часа, улегся на смотровой стол и проспал до самого звонка.
И вот он свернул с деревянного моста на Вайндинг-Бруклейн. Ее дом был справа.
Выключить фары; свернуть на подъездную дорожку; завернуть за дом; подогнать машину задом к двери гаража; снять шоферские перчатки; надеть хирургические; открыть дверь гаража; открыть багажник; пронести сверток мимо стеллажей к внутренней двери. Он вошел из гаража в дом. Тишина. Через несколько минут он будет в безопасности.
Он поспешил по коридору к хозяйской спальне, отдуваясь под весом тела. Положил труп на кровать и забрал одеяло.
В ванной он бросил кристаллы цианида в голубой стаканчик с цветочным узором, добавил воды и выплеснул большую часть содержимого в раковину. Тщательно вымыл раковину и вернулся в спальню. Поставив стакан рядом с рукой мертвой женщины, он вылил последние капли раствора на покрывало. Разумеется, на стакане должны остаться отпечатки ее пальцев. Начиналось трупное окоченение. Руки были холодными. Он аккуратно сложил белое одеяло.
Тело было распростерто на кровати лицом вверх: остановившиеся глаза, перекошенные губы, выражение мучительного протеста. Все, как и должно быть. Большинство самоубийц передумывают, когда ничего изменить уже нельзя.
Не упустил ли он чего-нибудь? Нет. Ее сумочка с ключами на кресле, остатки цианида в стакане. Оставить ее в пальто или раздеть? Пусть будет в пальто. Чем меньше ее трогать, тем лучше.
А туфли? Стала бы она их снимать?
Он приподнял длинное свободное платье и похолодел. На опухшей правой ноге был потертый мокасин. На левой — только чулок.
Другой мокасин, видимо, свалился. Где? На стоянке, в кабинете, в доме? Он выбежал из спальни, поискал по пути в гараж. Мокасина не оказалось ни в доме, ни в гараже. В ярости от того, что вынужден терять время, он выбежал к машине и заглянул в багажник. И там нет.
Возможно, мокасин слетел, когда он тащил тело по стоянке. Было бы слышно, упади он в кабинете, и в медицинском шкафу его тоже не было. Это точно. Из-за опухшей ноги она постоянно носила эти мокасины. Он слышал, как регистраторша шутила с ней на эту тему.
Придется ехать назад, обшарить стоянку, найти мокасин. А если его подобрал кто-нибудь, кто видел ее в этих мокасинах? Когда тело обнаружат, пойдут разговоры. Вдруг кто-нибудь скажет: «Ой, а я видел ее мокасин на стоянке. Наверное, потеряла, когда уезжала домой в понедельник вечером». Но если бы она прошла по стоянке хотя бы несколько футов в одном мокасине, то испачкала бы колготки. Нужно вернуться на стоянку и найти его.
Он бросился в спальню и открыл стенной шкаф. Целая груда женской обуви рассыпалась по полу. В основном — с высоченными каблуками. Смешно предполагать, что кто-нибудь поверит, будто в ее положении и в такую погоду она надела каблуки. Там было три или четыре пары сапог, но ему не застегнуть «молнию» на опухшей ноге.
Потом он увидел туфли на низком каблуке, практичные, как раз такие обычно носят беременные. С виду совсем новые, но их надевали по крайней мере один раз. С облегчением он схватил их. Поспешив к кровати, стащил мокасин и засунул ноги мертвой в эти туфли. Правая оказалась маловата, но все же удалось ее зашнуровать. Спрятав мокасин в просторный карман плаща, он забрал белое одеяло и вышел из комнаты в коридор, потом через гараж наружу, во тьму.
К тому времени, как он въехал на больничную стоянку, ледяной дождь прекратился, но было ветрено и очень холодно. Он припарковался в дальнем углу. Если мимо пройдет охранник и заговорит с ним, он просто скажет, что его вызвали встретить одну из пациенток, у которой начались роды. Если вдруг это станут проверять, он сделает вид, что рассержен, и скажет, что вызов был ложный. Но гораздо безопаснее, если его никто не увидит. Держась в тени кустарника, окаймляющего островок безопасности на стоянке, он поспешно повторил путь от машины до двери кабинета. По идее, мокасин мог соскользнуть, когда он перехватил тело, чтобы открыть багажник. Скорчившись, он обыскал землю. Прокрался по собственным следам. Теперь все окна в этом крыле были темными. Он взглянул на центральное окно на третьем этаже. Жалюзи закрыты. Кто-то закрепил их. Наклонившись, он медленно шел по щебенке. Вдруг кто-нибудь видел его? От гнева и разочарования он не замечал пронизывающего холода. Где этот башмак? Его надо найти.
Стоянку осветили фары вылетевшей из-за угла машины, взвизгнули тормоза. Возможно, водитель направлялся в отделение скорой помощи и понял, что не туда свернул. Он развернулся и уехал со стоянки.
Надо уходить. Оставаться бессмысленно. Он попытался выпрямиться и упал вперед. Рука проехала по скользкому щебню и нащупала что-то кожаное — мокасин. Он схватил его, поднял. Даже при тусклом свете было ясно, что это мокасин.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики