ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  полная теория гражданских войн
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


У начала Хэвен-Роуд желтая металлическая табличка предупреждала о
том, что проезд закрыт. Я остановил машину у обочины, запер дверцы и
двинулся пешком по выбитому асфальту. Далеко стоящие дома были не видны с
улицы, но между ветвей блестели огни. Из темноты раздался приглушенный
голос:
- Лью?
На обочине дороги появился Вилли Маккей. На нем был темный дождевик и
его усатое лицо казалось лишенным тела, словно явление на спиритическом
сеансе. Я вступил за ним под сень деревьев и пожал его затянутую в
перчатку руку.
- Они не появлялись, - сообщил он. - На твою информацию можно
полагаться?
- Более или менее... - надежда, гнавшая меня на север, замерла в моей
груди. - Эллен дома?
- Да. Но кроме нее - никого.
- Это точно?
- Да. Харольд видит ее через окно.
- Что она делает?
- Ничего особенного. Когда я спрашивал его в последний раз, похоже
было, что она ждет.
- Пойду-ка я поговорю с ней...
Вилли взял меня за руку повыше локтя и крепко сжал.
- Правильно ли ты поступаешь, Лью?
- Возможно, она что-то знает о них. Она - мать старшего паренька.
- Ну, не буду тебя задерживать.
Он отпустил мою руку и я двинулся по размытой грязной аллейке к дому.
Дом со своими остроконечными башенками-близнецами, устремленными в
небо, словно сошел со страниц средневекового романа. Но очарование
развеивалось по мере приближения. В полукруглом витражном окне над входом
не доставало части стекол, словно зубов в старческой усмешке. Расшатанные
ступени веранды заскрипели под тяжестью моих шагов. Когда я постучал,
двери сами со скрипом отворились.
В освещенном холле появилась Эллен. Ее глаза и губы остались
настолько неизменными со времен, когда была сделана фотография, что седина
в ее волосах поражала. На ней было шерстяное трикотажное платье с длинными
рукавами и длинной широкой юбкой с пятнами всех цветов. Движения ее были
неосознанно задумчивы. Она подошла к дверям с выражением тревоги на лице,
сменившимся испугом.
- Кто вы такой?
- Мое имя Лью Арчер. Двери сами открылись...
- Нужно починить замок... - она несколько раз повернула ручку. - Вы
сыщик, не так ли?
- Вы неплохо проинформированы.
- Звонила Марта Крендалл. Она сказала, что вы ищете ее дочь.
- Сьюзан не появлялась?
- Пока нет. Но Марта говорила так, словно вот-вот приедет, - она
глянула в темноту за моим плечом. - Кажется, с ней мой сын...
- Видимо да. С ними также внук Лео Броудхаста.
Она казалась потрясенной.
- У Леона Броудхаста есть внук?
- Если вы помните, он оставил сына. У того, в свою очередь, тоже был
сын. Его зовут Ронни, ему шесть лет. Я нахожусь тут из-за него.
- Что они делают с шестилетним мальчиком?
- Этого я не знаю. И хотел бы спросить их об этом.
- Понимаю. Может, вы зайдете? - она широко повела рукой, так, что
дрогнула ее грудь. В этом была какая-то неловкая грация. - Подождем
вместе...
- Очень мило с вашей стороны, миссис Килпатрик.
Это ей не понравилось, словно этим именем я хотел напомнить ей о
прошлом.
- Я бы просила называть меня мисс Стром, - сказала она. - Сначала это
был мой псевдоним, но я уже много лет не пользуюсь другим именем.
- Я слышал, что вы - художница...
- Не слишком хорошая. Но я много работаю...
Она проводила меня в просторную высокую комнату, стены которой были
увешаны картинами, большей частью без рам. Красочные линии и пятна на них
производили впечатление незавершенности, а, может, их и невозможно было
завершить. Окна скрывались за тяжелыми занавесями, исключая трехстворчатое
окно в эркере. Сквозь ветви деревьев на дальних холмах мигали огни
Саусалито.
- Прекрасный вид! - сказал я. - Но вы не будете против, если я
занавешу окно?
- Буду вам очень благодарна. Вы думаете, что за мной наблюдают с
улицы?
Я глянул на нее и понял, что она говорит серьезно.
- Кто за вами наблюдает?
- Ну... Джерри, Сьюзан и этот малыш...
- Это не слишком правдоподобно.
- Да, я знаю. Но у меня весь вечер такое чувство, словно за мной
кто-то наблюдает. Собственно, задергивание штор не слишком поможет, у
того, кто там сидит, глаза как рентген! Все равно, как вы его назовете -
Бог или дьявол...
Я отвернулся от окна и снова заглянул в ее не привыкшее к людским
взглядам обнаженное лицо.
- Я даже не предложила вам присесть...
Она указала на высокое старое кресло с жесткой спинкой.
- Мне хотелось бы присесть где-нибудь, где мы не будем на виду.
- Честно говоря, мне тоже.
Она проводила меня через холл в маленькую комнатку под лестницей,
нечто вроде кабинетика, способного вызвать клаустрофобию своей теснотой.
Скошенный потолок только с одной стороны позволял не наклонять голову. К
стене кнопками был приколот плакат с текстом "Четырех перемен" Гарри
Снайдера [Гарри Снайдер - американский поэт, близкий к движению хиппи, в
творчестве которого переплеталось любование природой северо-восточного
побережья США с мистическими настроениями, почерпнутыми из эзотерических
учений древней Индии и Дальнего Востока]. С ним контрастировало старинное
изображение рыбацкого судна, бившегося в волнах на фоне черного,
ощетиненного скалами мыса Горн. В углу стоял старинный металлический сейф
с надписью на дверце: "Вильям Стром и Ко. Торговля лесом".
Моя спутница присела на угол стола возле телефона, предоставив мне
удобное вертящееся кресло. Вблизи я чувствовал запах ее тела, он был
приятным, хотя слегка неживым, словно запах сухих листьев. Меня волновало
странное любопытство, мучит ли ее по-прежнему та страсть, по приказу
которой она когда-то взбиралась с Лео Броудхастом к домику наверху
каньона? Она увидела вопрос в моих глазах, но ошиблась, толкуя его. А
может, не так уж и ошиблась...
- Я не такая уж сумасшедшая, как вам кажется, мистер. Раза два меня
посещали мистические видения, и я знаю, что каждая ночь - это первая ночь
вечности.
- А как быть с днями?
- Лучшие вещи я делаю ночью, - коротко ответила она.
- Я слыхал...
Она хватала на лету, а потому вскинулась:
- Вам что-то наговорила Марта...
- Она говорила о вас с глубоким почтением. Говорила, что вы спасли ей
жизнь, когда она была молоденькой девушкой...
Это было ей приятно, но она не сменила темы.
- Вы знаете о моем романе с Лео Броудхастом. В противном случае, вы
не произнесли бы этого имени.
- Я только объяснил, кто такой малыш...
- Видно у меня начинается паранойя...
- Возможно, самую малость... Это следствие одинокой жизни...
- Откуда вам это известно, доктор?
- Я не доктор, я лишь пациент. Моя жизнь также одинока...
- По собственной воле?
- Нет, это была не моя воля. Меня не выдержала жена. И я уже смирился
с этим.
- Я тоже. Я полюбила одиночество, - заявила она без достаточной
уверенности. - Временами я рисую ночь напролет. Мои художества не требуют
дневного света. Я не рисую того, что отражает свет. Я изображаю состояния
духа.
Перед моими глазами всплыли картины на стенах ее комнаты. Они скорее
напоминали тяжелые контузии и открытые раны...
- Марта вам не говорила, что Джерри получил травму? Кажется, у него
сломана рука...
На ее выразительном лице отразилась боль.
- Где он может быть?
- В дороге. Если, конечно, не нашел себе лучшего убежища...
- От чего он, собственно, скрывается?
- Вам это должно быть известно лучше, чем мне.
Она покачала головой.
- Я не видела его пятнадцать лет...
- Почему?
Она так развела руками, словно мне все о ней было известно. Это был
жест женщины, отдавшей больше времени раздумьям и фантазиям, чем
разговорам и действиям.
- Мой муж... мой бывший муж так и не простил мне Леона...
- Мне очень интересно, что могло случиться с Леоном...
- Мне также. Я поехала в Рено, чтобы развестись, он должен был
приехать ко мне туда. Но так и не появился. Просто-напросто цинично пустил
меня по ветру... - она говорила это легким, хотя и не лишенным горечи,
тоном, как о чем-то давно перегоревшем. - Я не видала его с тех пор, как
покинула Санта-Терезу.
- Куда же он поехал?
- Откуда мне знать? Я не получала от него никаких известий.
- Похоже, он уехал за границу...
- Откуда вы знаете?
- От Марты. Она утверждает, что ей сказали это вы.
Это слегка сбило ее.
- Возможно, я и говорила что-то такое... Лео часто обещал увезти меня
на Таити или на Гавайи...
- Обещаниями он не ограничился. Насколько мне известно, он
забронировал два места на английском судне, шедшем через Ванкувер в
Гонолулу. Корабль назывался "Свенси Кастл" и отплыл из Сан-Франциско около
6 июня 1955 года.
- И Лео отплыл на нем?
- Во всяком случае выкупил билеты. Вас не было с ним?
- Нет. В это время я уже, по меньшей мере, неделю была в Рено. Видно,
он уехал с другой женщиной...
- Или один, - заметил я.
- О, нет! Лео не выносил одиночества. Кто-то должен был находиться
при нем, чтобы он чувствовал, что живет. Собственно, это и было одним из
поводов к тому, что я вернулась сюда, когда он меня бросил. Я хотела
доказать себе, что смогу жить одна, что не испытываю в нем необходимости.
Я родилась в этом доме, - она говорила так, словно все пятнадцать лет
ожидала слушателя.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   схема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииэтническая структура Русского мира и  национальная идея для русского народа
загрузка...

Рубрики

Рубрики