ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Спасибо за кофе, мистер Блейк, очень рада, что мы встретились.
Я протянула руку. Англичанин взял ее и сказал:
— Пожалуйста, не исчезайте. Когда мы можем встретиться опять?
— Не такой уж я и вольный индивид. Иногда у меня свободно утро, но я так далеко не хожу.
— А вечером?
— Да нет. Иногда по пятницам или воскресеньям.
— Тогда ничего не выходит. — Он выглядел разочарованным. — На этом уикенде я договорился встретиться с приятелями. Может потом?
Филипп тихонько потянул меня за руку.
— Мне правда пора. Давайте не будем забивать себе голову? Наверняка встретимся, долина не такая уж и большая. И спасибо еще раз…
На мосту я обернулась и увидела, как он с деловым видом собирает бинты, пластырь и прочие средства, которые должны сделать приятной жизнь на высоте четырех тысяч футов. Я понадеялась, что он не забудет купить коньяк.
6
Вечером привычный покой нашего существования нарушился. Попили чаю, легкие апрельские сумерки заглядывали в незанавешенное окно на жизнерадостный свет лампы и камина. Филипп играл в солдатиков на ковре, а я, как часто у нас происходило, читала вслух. Вдруг я услышала, что вверх по зигзагу едет машина. Было тепло, и длинные двери на балкон стояли открытыми. Мотор ревел все ближе, менял тон. Я остановилась и посмотрела в сторону окна. Филипп тоже.
— Une autol Quelqu'un vient!
— На английском, — сказала я автоматически, — Филипп, что ты делаешь?
Он не обращал внимания. Вскочил с ковра, разбрасывая игрушки. Вылетел в окно, как ракета, и бросился направо по балкону. Я уронила книгу и поспешила за ним. Он добежал до конца балкона, который нависал над посыпанной гравием площадкой, и наклонился через перила, пылко и неосторожно. Я подавила порыв схватить его за штаны и сказала, как можно мягче:
— Упадешь, если будешь так висеть… Смотри, эта штука совсем расшаталась, вон камень подвинулся, я же вижу. Наверно это как раз они собираются чинить, они говорили… Филипп… — Но он не слушал, а все наклонялся через каменный карниз. Я сказала уже твердо. — Филипп, вернись. Что ты так возбудился?
Автомобиль проехал последний поворот и остановился, заскрипев шинами по гравию. Свет фар ворвался в розовый сад, осветил острые прутья решетки прямо под балконом, аккуратные горшки с цветами, скользнул по арке скотного двора и погас. Я услышала мужской голос, низкий и приятный. Кто-то другой, наверное, водитель, ему ответил, машина медленно отъехала, пришелец пересек двор и направился вверх по ступеням. Со слабым любопытством я ждала, когда откроется огромная дверь, и свет из холла наделит этот голос плотью. Но еще до этого Филипп скользнул мимо меня и отступил по балкону к окнам класса. Худенькие спина и плечи выражали такое острое разочарование, что я пошла за ним молча, села в кресло и подняла книгу. Но мальчик не вернулся к игрушкам. Он стоял на коврике у камина и смотрел на огонь. Похоже, он забыл, что я здесь.
Я перелистнула несколько страниц книги и спросила небрежно:
— Кто это, не знаешь?
Тонкие плечи поднялись:
— Месье Флоримон, я думаю.
— Месье Флоримон? Ты имеешь в виду модельера?
— Да. Он к нам часто приезжал в Париже. Он друг моей тети Элоизы. Про него знают в Англии?
— Конечно. — Даже в приюте мы слышали о великом Флоримоне, его силуэт «Алладин» когда-то породил бурю в Париже и Нью-Йорке и, по слухам, заставил великого Диора что-то, задохнувшись, пробормотать, и разорвать пачку эскизов. — Он здесь побудет?
— Не знаю.
Голос ясно выражал, что его это не интересовало. Но разочарование проявлялось так сильно, что я спросила:
— Ты ждал кого-то еще, Филипп? — Он коротко взглянул на меня, опустил длинные ресницы и ничего не сказал. Я колебалась. Но, в конце концов, это — моя работа, а он — очень одинокий маленький мальчик. Кого же это он так ждет? — Может, твоего кузена Рауля? — Нет ответа. — Кто-то должен приехать? — Он помотал головой. — Тебе не нравится месье Флоримон?
— Почему? Очень нравится.
— Тогда почему?.. — начала я, но что-то в его лице заставило меня остановиться. — Пора идти в салон, petit. Никто обычного порядка не отменял, поэтому, гости или нет, мы отправляемся. Иди помой руки, а я причешусь.
Он подчинился без слов и взглядов. Я медленно пошла закрывать балконную дверь.
В камине маленького салона горели огромные поленья, перед огнем сидели на вышитом розами диване мадам де Валми и месье Флоримон и беседовали. Не знаю, как должен выглядеть один из Большой Пятерки модельеров, но точно не так, как этот образчик. Он оказался толстым, лысоватым и неаккуратным. Отпечаток спокойной меланхолии на лице заставлял вспомнить Белого Рыцаря, но никто бы не усомнился в здравом уме этого мужчины. Очень умные, добрые и проницательные голубые глаза. Своей суперсовременной одежде прекрасного покроя он явно уделял не больше нежного внимания, чем старому пляжному полотенцу. Карманы уютно торчали во все стороны, а на лацканах разлегся сигарный пепел. В большой руке гость сжимал какую-то рукопись и яростно ей жестикулировал, увлеченный собственным рассказом. Мадам смеялась, выглядела более счастливой и живой чем когда бы то ни было. Я резко почувствовала, какая она была красивая до того, как время и трагедия высосали жизнь из ее лица.
Она обернулась, увидела у двери нас с Филиппом, и веселость исчезла. Скука и обеспокоенность наложились на нее оскорбительно явно, даже захотелось ударить мадам по физиономии, но Филипп, скорее всего не заметил. Он торжественно и вежливо шел к модельеру, который встал и производил звуки, выражающие огромное восхищенное удовольствие, достаточно громкие, чтобы заглушить раздражение Элоизы.
— Филипп! Это восхитительно! Как поживаешь?
— Очень хорошо, спасибо, месье.
— Хм, да, — он потрепал мальчика по щеке. — Еще немножко цвета вот сюда, и будет в самый раз. Сельский воздух — это вещь, и здешний воздух подходит тебе, судя по всему.
Он не сказал «больше, чем парижский», но это прозвучало, и мальчик не ответил. Общаясь с этим ребенком, трудно избегать ошибок. Эту Флоримон заметил, но просто добавил дружелюбно:
— И ничего удивительного, что Валми идет тебе на пользу! Когда удается постоянно иметь в качестве компаньона красивую молодую леди, по неволе начнешь цвести.
Безупречная вежливость улыбки Филиппа показала, до какой степени эта галантная вылазка в мою сторону от него далека. Поскольку они говорили на французском, она должна была пролететь и над моей головой, я постаралась принять как можно более необщительный вид и смотреть в одну точку.
Мадам сказала с дивана:
— Не трать зря галантность, Карло. Говорят, французский мисс Мартин улучшается с каждым часом, но мне кажется, она еще не достигла стадии комплиментов. — И перешла на английский. — Мисс Мартин, разрешите представить месье Флоримона. Не сомневаюсь, вы о нем слышали.
Мы пожали друг другу руки.
— Даже в английском приюте мы слышали о вас. Вы достигали нас примерно с опозданием на шесть лет, но все же достигали. — Я улыбнулась, подумав о дешевых готовых платьях. — Хотите верьте, хотите нет.
Он не стал притворяться, что не понимает, сделал широкий взмах книгой, я кстати заметила, что это сказки, и произнес:
— Вы, мадмуазель, украсите все, что наденете.
Я засмеялась:
— Даже это?
— Даже это, — сказал он ничуть не смутившись, но сверкнув голубыми глазами.
— Масштабы этого комплимента, — ответила я, — лишают меня дара речи.
Голос мадам зазвучал более жизнерадостно и естественно, чем раньше.
— Месье Флоримон постоянно грустит, что только старые и увядшие могут позволить ему одевать себя, а молодые и красивые покупают платья prete a porter… Мой английский не пережил удовольствия от твоего общества, Карло. Какое английское выражение применяется, чтобы сказать готовое платье?
— Off the peg, — сказала я, что значит «с крючка», «с вешалки».
— Вы покупаете платья с вешалки, а все равно выглядите лучше нас.
— Английский от вас ускользает, мадам, вы перепутали наречие.
Элоиза де Валми подняла брови, а Флоримон произнес восхищенно:
— Это, chere madam, — настоящий комплимент! Правильный! Такой тонкий, что вы не заметили его приближения, и такой subtil, что вы его не поняли и произнесенным.
Она засмеялась:
— Дорогой Карло, комплименты и сейчас не до такой степени редки, чтобы я их перестала узнавать. Спасибо, мисс Мартин, очень приятно было это услышать.
Она улыбалась, ее глаза были дружескими и почти теплыми, и впервые я увидела в ней очарование, не поверхностное, как у общительных людей, а глубокое, которое зовет навстречу, дает поверить, что вы нравитесь и ваше общество приятно. Бог видит, я очень нуждалась в таком ощущении… Я была готова ответить привязанностью на полужест. Возможно, наконец… Но только я начала улыбаться в ответ, это опять случилось. Теплота вытекла, как вино через трещину, оставив сосуд пустым, холодной туманной скорлупой, ничего не отражающей. Мадам отвернулась и подняла вышивание.
Я стояла с застывшей на губах улыбкой, чувствуя острее, чем раньше, что меня по непонятной причине резко отпихивают. Момент назад я точно нравилась этой женщине, но сейчас… Перед тем, как опустить глаза, она точно посмотрела на меня так, как в первый мой день в поместье.
Я больше не думала, что мадам де Валми боится мужа. Это не проявлялось явно, но было очевидно, что они очень близки. Между ними существовала граница, как между светом и тенью, они очень подходили друг другу. Вероятно, подумала я с жалостью и понимая ее только на половину, отстраненная холодность Элоизы де Валми — побочный продукт самурайского самоконтроля, о котором она никогда не забывает. Молодость не позволяет представить темперамент, отличающийся от собственного, я чувствовала, что жизнь Леона де Валми намного легче, чем его жены. А ее отношение ко мне и Филиппу — должно быть часть ее общей отключки. Нужно время, чтобы сдержанность растаяла, двери открылись. Ее взгляд выражал не понимание, а что-то вроде ожидания, оценки, не больше. Может быть она до сих пор, как и я, думает, с какой стати ее муж сказал, что возможно она сделала «очень большую ошибку».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики