науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Мне же он не давал ни малейшей поблажки, так что в конце концов
мы с Лили стали встречаться лишь как бы случайно. Зато мой брат всегда был
в сквайрском доме желанным гостем. Из-за этого между ним и мной появилась
неприязнь: так всегда бывает, если между друзьями, даже самыми близкими,
становится женщина. Надо сказать, что мой брат тоже влюбился в Лили, как
это случилось бы на его месте со всяким, и у него на нее было, пожалуй,
больше прав, чем у меня: ведь он был на три года старше и его ожидало
наследство!
Может показаться, что мое чувство было слишком скороспелым, ибо в то
время я еще не достиг даже совершеннолетия. Но молодая кровь горяча, а во
мне к тому же была половина испанской крови, которая сделала меня мужчиной
в том возрасте, когда большинство чистокровных англичан еще остаются
мальчиками. Ведь в таких вещах кровь и согревающее ее солнце значат
немало. Я сам в этом убеждался не раз, глядя на индейцев Анауака, которые
в пятнадцать лет брали себе в жены двенадцатилетних девушек. А я в
восемнадцать лет был во всяком случае достаточно взрослым, чтобы полюбить
по-настоящему, один раз на всю жизнь, и я это говорю с уверенностью, хотя
кое-кому может показаться, будто дальнейшая моя история опровергает эти
слова. Однако впечатление это ложно, ибо не следует забывать, что мужчина
может любить многих женщин и все же оставаться верным единственной, самой
лучшей ив всех; он может нарушать букву закона любви и при этом свято
блюсти его дух и суть.
Итак, когда мне пошел девятнадцатый год, я был уже вполне сложившимся
мужчиной, причем мужчиной весьма привлекательным, - теперь, на старости
лет, я могу говорить об этом, отбросив ложную скромность. Не слишком
высокий, всего пяти футов девяти с половиной дюймов ростом, я был зато
крепок, широк в плечах и отличался редкой пропорциональностью сложения.
Даже сейчас, несмотря на седину, я все еще сохранил необычайно смуглый
цвет кожи и большие темные глаза, а мои слегка волнистые волосы были в те
времена черны как смоль. Обычно я вел себя сдержанно и серьезно, так что
даже казался мрачноватым, говорил медленно и обдуманно и гораздо лучше
умел слушать, чем рассказывать. Прежде чем что-либо решить, я все
тщательно взвешивал и обдумывал, но если уже приходил к какому-нибудь
решению, изменить его, будь оно плохим или хорошим, разумным или глупым,
уже не могло ничто, разве что сама смерть! Кроме того, я в те дни мало
верил в бога, частью из-за тайных бесед с отцом, а частью потому, что мои
собственные размышления заставили меня усомниться в учении церкви, как нам
его излагали. Юности свойственны поспешные обобщения, и она зачастую
приходит к выводу, что все на свете лживо лишь потому, что какие-то
отдельные вещи оказались действительно ложными. Так и я в те дни думал,
что бога нет, потому что священник нас уверял, будто образ Девы Марии
Бангийской проливает слезы и творит прочие чудеса, а в действительности
все это было ложью. Теперь-то я хорошо знаю, что есть высшая
справедливость, ибо в этом убеждает меня вся история моей жизни.
Вернемся, однако, к тому печальному дню, о котором шла речь. Я знал,
что в тот день моя любимая Лили выйдет одна на прогулку под большие
остриженные дубы своего парка. Это место называется Грабсвелл. Здесь
росли, да и теперь еще растут кусты боярышника, зацветающие раньше всех в
округе.
Увидев меня в воскресенье у входа в церковь, Лили сказала, что в
среду боярышник, наверное, уже расцветет и она придет сюда под вечер за
его душистыми ветками. Вполне возможно, что она сказала это с определенным
умыслом, ибо любовь пробуждает хитрость даже в душе самой невинной и
правдивой девушки. К тому же я заметил, что хотя рядом стояли ее отец и
вся наша семья, Лили постаралась, чтобы мой брат Джеффри ничего не
услышал, потому что с ним ей встречаться вовсе не хотелось, а мне она
бросила быстрый взгляд своих серых глав. Я тотчас дал себе клятву, что в
среду вечером приду рвать цветы боярышника на то самое место, даже если
мне придется ради этого сбежать от моего учителя и бросить всех бангийских
больных на произвол судьбы. Тогда же я твердо решил, что если мне удастся
застать Лили одну, я больше не стану тянуть и выскажу ей все, что у меня
на сердце. Впрочем, это не составляло такой уж великой тайны, ибо каждый
из нас читал сокровенные мысли другого, хотя мы и не обменялись ни единым
словом любви. Я не рассчитывал при этом, что девушка сразу сделается моей
невестой - ведь мне еще нужно было завоевать себе место в жизни. Я только
боялся, что если буду медлить и не выясню всех ее чувств, мой старший брат
обратится раньше меня к отцу Лили и той придется принять его предложение,
которое бы она отвергла, будь мы тайно помолвлены.
Случилось так, что именно в этот день мне было особенно трудно
вырваться. Мой наставник-лекарь занемог, и мне пришлось вместо него
навестить всех его больных и раздать им лекарства. Лишь в пятом часу
вечера я, наконец, попросту сбежал, ни с кем не простившись.
Милю с лишним я бежал по нориджской дороге, пока не добрался до замка
и поворота к церкви, откуда было уже недалеко до дитчингемского парка.
Здесь я пошел шагом, ибо вовсе не хотел появляться на глаза Лили
запыхавшимся и разгоряченным. Как раз сегодня мне хотелось выглядеть как
можно лучше, и я нарочно надел свое воскресное платье.
Спустившись с невысокого холма на дорогу, за которой начинался парк,
я вдруг увидел всадника: он остановился на перекрестке и нерешительно
поглядывал то на тропу, уходившую вправо, то назад, на путь через общинные
земли к Графскому Винограднику и реке Уэйвни, то вперед на большую дорогу.
По-видимому, он не знал, куда ему ехать. Я все это тотчас заметил, хотя и
соображал в тот миг не очень-то быстро, потому что голова моя была занята
предстоящим разговором с Лили. И еще я заметил, что этот человек был не из
наших краев.
Незнакомец - я дал бы ему на вид лет сорок - казался очень высоким,
имел благородную осанку и был облачен в богатый бархатный наряд,
украшенный золотой цепью, свисавшей у него с шеи. Однако внимание мое
целиком захватило лицо незнакомца, в котором в тот миг проглянуло что-то
страшное. Длинное, тонкое, изборожденное глубокими морщинами, оно было
освещено огромными глазами, горевшими словно золото на солнце; маленький,
красиво очерченный рот его кривила жестокая, дьявольская усмешка: едва
заметный рубец выступал на высоком лбу, изобличавшем недюжинный ум. В
остальном незнакомец имел облик южанина: он был смугл, его черные волосы
слегка вились, так же как у меня он носил остроконечную темно-рыжую
бородку.
К тому времени, когда я все это разглядел, я почтя поравнялся со
всадником, и тут он, наконец, меня заметил. Мгновенно лицо его
переменилось: злобная усмешка исчезла, и теперь оно казалось приятным и
добродушным, Весьма вежливо приподняв шляпу, незнакомец что-то забормотал
на таком ломаном английским жаргоне, что я разобрал только одно слово -
Ярмут. Затем, сообразив, что я его не понимаю, он разразился громкой
бранью на чистейшем кастильском наречии, проклиная английский язык и всех,
кто на нем говорит.
Тогда я тоже перешел на его язык и сказал:
- Если сеньор соблаговолит высказать по-испански, что ему угодно, я,
может быть, сумею ему помочь.
- Что такое? Вы говорите по-испански, благородный юноша! - воскликнул
он с удивлением. - Но ведь вы не испанец, хотя могли бы им быть с вашей
внешностью! Странно, - пробормотал он затем, разглядывая меня. - Черт
побери, весьма странно...
- Может быть, это и странно, сэр, - ответил я, - но я тороплюсь.
Поэтому скажите, что вам угодно и не задерживайте меня.
- А я, кажется, знаю, почему вы так спешите! Вот там, чуть подальше
за ручейком, я заметил белое платьице, - проговорил испанец, указывая
рукой в сторону парка. - Послушайтесь совета старшего я будьте осторожны,
благородный юноша! Делайте с женщиной что хотите, но ни в чем ей не
верьте, а главное - не женитесь, иначе вы доживете до такого часа, когда
вам захочется ее убить!
Я сделал движение, чтобы пройти мимо, но испанец заговорил снова:
- Простите меня за эти слова: в них нет ничего худого. Со временем
вы, может быть, поймете, что я говорил правду, но сейчас я не стану вас
удерживать. Скажите только, по какой дороге я смогу добраться до Ярмута? Я
приехал другим путем и теперь совсем запутался в вашей английской стране,
где полно деревьев и даже на милю вперед ничего не видно!
Я прошел несколько шагов по тропинке, которая в этом месте сливалась
с дорогой, и указал, как ему проехать к Ярмуту мимо дитчингемской церкви.
При этом я заметил, что незнакомец все пристальнее всматривается в меня с
затаенным страхом. Он словно силился его побороть и не мог. Когда я
замолчал, всадник еще раз приподнял свою шляпу, поблагодарил меня и
сказал:
- Не скажете ли вы, как вас зовут, благородный юноша?
- Что вам за дело до моего имени? - ответил я резко, потому что этот
человек мне не нравился. - Вы ведь мне не сказали, как зовут вас!
- Да, в самом деле. Но я путешествую инкогнито. Может быть, у меня
тоже было свидание с одной дамой здесь поблизости!
При этих словах незнакомец странно улыбнулся и продолжал:
- Я только хотел узнать имя того, кто любезно оказал мне услугу, но
оказался на деле совсем не так любезен, как я думал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики