науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я сам вручал ему этот приказ, но, хоть убейте, не знаю, где и на
какой карте искать этот "Бьюлалэнд".
Хаксли сам отсутствовал почти неделю, перепоручив дела генералу
Пеннойеру. Он мне не говорил, куда направляется, но я мог догадываться.
Операция "Бедрок" была психологическим маневром, а не забудьте, что мой
шеф был в свое время преподавателем прикладных чудес и неплохой физик. Я
вполне допускаю, что в эти дни его можно было бы увидеть и с паяльником в
руках, и с отверткой или электронным микрометром: Генерал никогда не
боялся испачкать руки.
Я скучал без генерала Хаксли. Пеннойер иногда был склонен отменять
мои мелкие приказания, совать нос в детали и тратить как свое, так и чужое
время по пустякам, которыми ему и не следовало бы заниматься. Но его тоже
не было большую часть времени. Вообще трудно было поймать на месте хоть
кого-нибудь из руководства.
В эти же дни произошло еще одно событие, которое не имело прямого
отношения к судьбе народа Соединенных Штатов и его борьбе за свободу, но
мои личные дела к тому времени настолько перепутались с общественными, что
я позволю себе отвлечься. Может быть, личная сторона тоже важна. Я
типичный представитель большинства людей, я человек, которого сначала надо
ткнуть носом, и только потом уже он разберет, что к чему, тогда как Магги,
Зеб и Хаксли из того меньшинства, которому даны свободные души, - они
мыслители и вожди.
Я сидел за столом, стараясь разбирать бумаги скорее, чем они
прибывали, когда получил приглашение заглянуть в удобное для меня время к
шефу Зеба. Не теряя времени, я поспешил к генералу.
Новак не стал выслушивать формальных приветствий.
- Майор, у меня для вас письмо, которое я только что получил от
шифровальщиков. Я не знаю, что с ним делать, но по совету одного из
начальников моих отделов я решил вручить его вам. Вам придется его
прочитать здесь.
- Слушаюсь, сэр, - сказал я несколько растерянно.
Письмо оказалось довольно длинным, и я не помню большей его части.
Помню только ту, что произвела на меня наибольшее впечатление. Письмо было
от Юдифи.
"Мой дорогой Джон... я всегда буду вспоминать о тебе с теплотой и
благодарностью и никогда не забуду всего, что ты для меня сделал... мы не
предназначены друг для друга... Сеньор Мендоза все отлично понимает... я
надеюсь, что ты простишь меня... он во мне так нуждается: должно быть, нас
свела сама судьба... если ты когда-нибудь будешь в Мехико, считай наш дом
своим... я всегда буду думать о тебе, как о моем сильном старшем брате, и
останусь твоей сестрой..." Там еще много всего было такого же. Я думаю,
что все эти письма подходят под категорию "мягкого расставания".
Новак протянул руку и взял у меня письмо.
- Я дал его вам не для того, чтобы вы заучивали его наизусть, -
сказал он сухо и выбросил письмо в дезинтегратор. Затем посмотрел на меня.
- Может, вам лучше присесть, майор. Вы курите? Я не присел, но голова
у меня кружилась, и я взял предложенную сигарету и даже позволил ему
зажечь ее. Потом я закашлялся от сигаретного дыма, и противное ощущение в
горле вернуло меня к действительности. Я сдержанно поблагодарил генерала,
вышел из комнаты, прошел к себе и позвонил заместителю, сказав, где меня
найти, если я срочно понадоблюсь. Я объяснил, что неожиданно заболел и
прошу по возможности меня не беспокоить.
Я провел в одиночестве больше часа, лежа на койке лицом вниз, не
двигаясь и даже не думая ни о чем. Раздался тихий стук в дверь. Дверь
открылась. Это был Зеб.
- Ну как ты? - спросил он.
- Ничего, ответил я. В то время мне пришло в голову, что начальник
отдела, который попросил Новака показать мне письмо, был Зеб.
Он сел на стул и посмотрел на меня. Я перевернулся на кровати, лег на
бок.
- Не давай выбить себя из колеи, Джонни, - сказал он. - Люди умирали
неоднократно, но очень редко от любви.
- Ты ничего не понимаешь!
- Нет, не понимаю, - согласился он. - Каждый человек - свой
собственный пленник, в одиночном заключении до самой смерти. Знаешь что,
сделай мне одолжение, постарайся мысленно представить себе Юдифь.
Постарайся увидеть ее лицо, услышать ее голос.
- Зачем?
- Постарайся.
Я старался. Я в самом деле старался и, вы знаете, не смог. Я никогда
в жизни не видел ее фотографии, и теперь лицо ее от меня ускользало.
Зеб наблюдал за мной.
- Ты выздоровеешь, - сказал он уверенно. - Теперь послушай, Джонни.
Мне надо было сказать тебе раньше. Юдифь очень милая женщина и, оказавшись
на свободе, она неизбежно должна была встретить подходящего человека. Но
нет, зачем объяснять все это влюбленному человеку?
Он поднялся.
- Джонни, мне надо идти. Мне очень не хочется оставлять тебя одного в
таком состоянии, но генерал Новак ждет меня, мы уезжаем. Он меня живьем
съест за то, что я заставил себя ждать. И разреши дать тебе еще один
совет...
Я ждал.
- Я советую, - сказал он, - поговори с Магги. Она тебе поможет.
Он уже выходил из комнаты, когда я остановил его вопросом.
- Зеб, а что случилось между тобой и Магги? Что-то похожее?
Он оглянулся и сказал резко:
- Нет. Совсем не то. Это не было... не было то же самое.
- Я тебя не понимаю, я просто не понимаю людей. Ты советуешь мне
поговорить с Магги... А ты не будешь ревновать?
Он посмотрел на меня, захохотал и ответил:
- Она - свободный гражданин, поверь мне, Джонни. Если бы ты
когда-нибудь сделал ей что-то плохое, я собственными руками оторвал бы
тебе голову. Но, думаю, ты ничего плохого не сделаешь. А ревновать? Нет. Я
считаю, что она самый лучший парень из моих друзей, но женюсь я лучше на
горной львице.
Он ушел, оставив меня опять в полном недоумении. Но все же я
последовал его совету. Или, может быть, Магги последовала. Магги все знала
- оказалось, что Юдифь написала ей тоже. Мне пришлось ее разыскивать. Она
сама пришла ко мне после ужина. Мы поговорили с ней обо всем, и я
почувствовал себя куда лучше, настолько, что вернулся в кабинет и полночи
работал, наверстывал упущенное днем время.
Мы с Магги часто гуляли после обеда, но не заходили так далеко, как с
Зебом. Иногда я мог уделить на прогулку минут двадцать, не больше - надо
было возвращаться к работе, но это были лучшие минуты дня, и я ждал их.
Неподалеку от городка у нас было одно особенно любимое место.
Тропинка вилась среди громадных каменных грибов, колонн, куполов и других
пещерных чудес, которым трудно придумать название и которые можно с
одинаковым успехом называть мечущимися душами и экзотическими цветами - в
зависимости от настроения. На этой тропинке стояла каменная скамья.
Тропинка здесь поднималась футов на сто над городком, так что мы могли
сидеть и смотреть на наш мир сверху и молчать, и Магги могла не спеша
покурить. Я привык зажигать ей сигареты, как в свое время Зеб. Она любила,
когда я оказывал этот маленький знак внимания, а я уже научился не
задыхаться от дыма. Месяца через полтора после того, как Зеб уехал, и за
несколько дней до восстания мы сидели там и рассуждали, что будет с нами,
если революция победит. Я сказал, что, наверное останусь в армии, если
армия сохранится.
- А что будешь делать ты, Магги?
Она медленно затянулась.
- Так далеко в будущее я не заглядывала. У меня нет никакой
специальности. Другими словами, мы же с тобой боремся за то, чтобы
профессия, к которой я принадлежала, исчезла навсегда. - Она сухо
усмехнулась и продолжала: "Меня не учили ничему полезному. Правда, я могу
готовить, шить и следить за домом. Постараюсь найти работу экономки или
служанки - ведь хорошие служанки очень редко попадаются, на них большой
спрос."
Мысль о том, что отважный и умный сержант Эндрюс, умеющая обращаться,
если нужно, с виброкинжалом, будут ходить в бюро найма и искать работу,
чтобы прокормить себя, была для меня совершенно неприемлема. Магги, Магги,
которая спасла мою не такую уж ценную жизнь, по крайней мере, дважды и
никогда не задумывалась, чего это может ей стоить. Нет, только не Магги!
Я выпалил:
- Послушай, тебе этого делать не придется.
- Другого пути я не знаю.
- Ну тогда... тогда, как ты отнесешься к тому, чтобы готовить обед
мне? Я надеюсь зарабатывать достаточно, чтобы нас обоих прокормить, даже
если меня после революции понизят до моего прежнего чина. Это будет не
очень жирно, но все-таки...
Она взглянула на меня.
- Ну что ж, Джонни, ты очень любезен. - Она раздавила сигарету и
кинула ее вниз. - Я очень тебе благодарна, но ничего из этого не выйдет.
Твое начальство может не одобрить такого выбора.
Я покраснел и почти прокричал:
- Я совсем не то имел в виду!
Я знал, что хотел сказать, но никак не мог подобрать слов...
- Я имел в виду... Послушай, Магги, мы с тобой друг друга хорошо
знаем, я тебе не противен... и нам неплохо вместе... Поэтому почему бы
нам...
Она поднялась на ноги и обернулась ко мне:
- Джон, ты хочешь жениться? На мне?
Я сказал смущенно:
- Ну, в общем... в этом и была моя мысль...
Мне было неудобно, что она стоит передо мной, и я тоже встал.
Она внимательно посмотрела на меня, как будто увидела впервые, и
потом сказала печально:
- Что ж, я очень благодарна, в самом деле благодарна... и очень
тронута.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики