ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– спросил я глупо. Герт улыбнулся.
– Да как есть, вот так и надо читать. Прямо как там написано.
Я открыл книгу. Посмотрел на Герта.
– Так это что… это на самом деле было, что ли?
– Ну да, это было. На Терре. Поэтому мы и считаем, что Терра – прародина человечества. Это самое весомое доказательство – где еще Бог пожелал бы стать человеком? Только на Прародине.
– А почему же так много планет, Герт? Зачем Бог создал все эти планеты?
– Зачем в Галактике так много одинаковых, очень похожих планет биогенного типа? С благодатным климатом, растениями и животными, с почти одинаковым радиусом орбиты и скоростью обращения, и массой… Действительно – зачем? – ответил Герт вопросом, тем самым, на который никто ответа не знал. Я посмотрел в книгу… и внезапно в глаза мне бросилась фраза, которую я прочел вслух.
– «В доме Отца Моего обителей много, а если бы не так, Я приготовил бы вам».
– Вот именно, – сказал Герт, – но Терра – все же прародина. Там был Эдем, оттуда люди расселились по всей Галактике… возможно, до Потопа еще, ты читал в Библии про Потоп? И там же Господь явился людям.
– Я бы хотел когда-нибудь побывать на Терре.
– И я тоже, – согласился Герт, – может, и удастся…
Может быть, подумал я, на Терре можно ощутить что-то совсем особое. Необычное. Присутствие… чье присутствие?
Я посмотрел на лицо Герта, еще пересеченное тонкими полосками шрамов. Вдруг подумал, что сегодня в его глазах нет страха перед ночью.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил я, – мне кажется, сегодня лучше.
– Да, – согласился Герт, – надеюсь, сегодня ночью ты хоть сможешь поспать по-человечески.

Сразу после того, как Герт вышел из больницы, я решил навестить моих стариков.
Я уже давно про себя называл их так – мои старики. А как же еще?
Дома оказалась только Ирна, хотя я и позвонил заранее. Зато так вкусно пахло домашним печеньем. Ирна схватила меня за руку и потащила в гостиную.
– Ну, Ланс… ты стал такой серьезный, суровый мужчина. Как я вспомню, как ты пришел к нам в первый раз – настоящий цыпленок. Худенький, испуганный. А теперь и не узнать. Садись, и вот тебе кофе.
Я сидел за круглым деревянным столом. Все было как раньше. Печенье хрустящее, тающее во рту, необыкновенно вкусное. Кофе крепкий и ароматный. Солнечные лучи, пробивающиеся через жалюзи, тени решеточкой на полу. За стеклянной перегородкой за циллосом в кресле сидела девочка, пушистый светлый шар волос временами слегка покачивался – одуванчик. Лилль… ей уже одиннадцать. И в отличие от своих беспутных братцев, она занимается физикой всерьез. Ирна проследила направление моего взгляда и пожаловалась.
– Оттаскивать приходится от циллоса… это же ужас, ужас! Девочка ничем не интересуется, кроме подпространства. Ну, там математика еще… ну, элементарные частицы, там, космогония… Но пойти погулять – это мы ее просто выгоняем. Пришлось установить порядок – четыре часа за экраном, два на улице.
– Может быть, она гений, – предположил я. Ирна кивнула.
– Это точно. Я думаю, она решит проблему нуль-транспортировки.
Я улыбнулся.
– Тогда мы сможем разобраться с сагонами.
– Не думаю, – вздохнула Ирна, – до их уровня нам еще очень и очень далеко. Ну, построим мы нуль-станции… хотя и это нереально. А они-то транспортируются усилием воли. Это же не люди, Ланс, это сверхлюди… Ну ладно, что мы все про сагонов…
– А где Ларс? И Лисс? – спросил я.
– Шибаги? Они сейчас живут в школьном общежитии. Решили стать самостоятельными, – пояснила бабушка, – оба готовятся к сдаче минимума. Собираются пойти в навигаторы, причем синхронно. Это что-то поразительное, они ближе друг к другу, чем близнецы. Хотя всего лишь погодки… Навигаторы… Это бандиты, не то, что Лилль. Целыми днями на ландерах гоняют… Боюсь, они себе шеи посворачивают, еще до первой практики. И откуда у интеллектуальных родителей такие дети?
– Да уж, – сказал я скромно. Я и сам не интеллектуал, что тут сделаешь. Всего лишь ско…
– А Кей в рейсе, – сказала Ирна, – вернется через месяц. Родители в длительной экспедиции. Я эту гениальную даму воспитываю…
Я кивнул. Кей стал военным, в какой-то степени его работа тоже была научной, но все же более прикладной – разработка и испытание космического оружия. Кей всегда был серьезным мальчиком…
В комнату из сада вбежал крупный рыжий песик, виляя всей задней частью туловища. Положил голову мне на колени. Я машинально погладил собаку.
– Ты кушай печенье, Ланс… – Ирна подвинула мне вазочку, – ну рассказывай. Я слышала, ты побывал на Анзоре.
Я уставился на нее.
– Слухом земля полнится, – пояснила бабушка. – Дэн, не попрошайничай…
Пес смущенно наклонил голову, но не ушел. Я незаметно сунул ему кусочек печенья.
– Да, побывал, – признался неохотно, – ничего хорошего там нет.
– Вот и я так думаю, – согласилась Ирна, – ну что, досталось там тебе?
– Да уж, – я кивнул, – на полную катушку. Только и я дураком оказался. Еле выбрался.
– Больше не полетишь туда?
Я подумал.
– Только если пошлют.
– Ну да, ты у нас ско, прикажут, и пойдешь, деваться некуда. Но хоть ностальгия прошла?
– Не знаю, Ирна… не знаю, трудно сказать.
Я задумался. В самом деле… я не хочу больше на Анзору. Ни совсем переселяться, ни даже в гости – хватит, налетался. Но… вот как вспомнишь тропинку эту в лесу, или серые корпуса зданий – так снова защемит. Нет, это неизлечимо. И любого лервенца я все же понимаю лучше, чем квиринца. И это, наверное, останется до конца жизни. Эта боль не проходит. Ну что же, это не самое страшное, это можно перетерпеть.
В коридоре вдруг послышался шум, пес выскочил из-под стола, глухо гавкнул и побежал навстречу входящим. Ирна сказала «а, это, наверное, Гер», и встала, но на лице ее возникло некоторое удивление… И действительно, в комнату вошел Геррин, а за ним еще какой-то высокий старик… смутно знакомый. Геррин сразу же облапил меня, поприветствовал, а я пытался вспомнить, где же я видел этого человека. Освободившись от объятий Геррина, я протянул ему руку.
– Ара… Я Ланс Энгиро.
– Ара… подожди-подожди, – прищурившись, старик посмотрел на меня, – у тебя же другое имя было… странное такое.
– Ландзо.
– Да! А я Акман, помнишь?
Вот теперь я вспомнил. Однако память у пилота отнюдь не стариковская, столько лет хранить мое лицо, и узнать теперь, а ведь я здорово изменился…
Старики на Квирине удивительно красивые. Это странно звучит, но факт. Правда, старость, собственно, и не проявляется во внешности так, как, например, на Анзоре. Вот Ирне с Геррином уже под девяносто, а у нас им дали бы ну пятьдесят. Так же и Акман, хотя я не знаю, сколько ему лет.
Но все равно видно как-то, что человек пожилой. Стройная, худощавая сильная фигура, а в глазах – усталая, покойная мудрость. Таким был и старый пилот, стоящий передо мной. Через плечо у него висела гитара в чехле.
– Акман. – Ирна обняла его. – Господи, сколько же я тебя не видела! Садись скорее! Гер, где ты откопал это чудо? Это же рак-отшельник.
Она стала разливать мужчинам кофе. Акман снял гитару с плеча и прислонил ее к стулу. Пес шмыгнул под стол.
– Этот рак и в самом деле стал отшельником, – сказал Геррин, – поселился, представь себе, в лесу… своими руками построил что-то типа хижины. В общем, дикарь.
– Тогда тебе для полного антуража надо было бы переселиться, к примеру, на Скабиак, – заметила Ирна. Акман покачал головой.
– Привык к Квирину.
Он отхлебнул кофе и посмотрел на меня.
– Ты изменился… Ландзо. Чем занимаешься?
– Он стал ско, – с гордостью сказала Ирна. Акман улыбнулся.
– Кто бы мог подумать…
Мы пили кофе, и Геррин рассказывал об очередном проекте их лаборатории. Акман все больше помалкивал, и я тоже. Мне хотелось спросить, откуда они, собственно, знакомы. Но как-то не представилось случая. Наконец Ирна сказала.
– Ну, раз уж ты с гитарой…
Акман с готовностью взялся за инструмент.
– Что спеть?
– Что-нибудь новенькое, – прищурилась Ирна. Акман кивнул, подумал и сказал.
– Недавно вот сочинил…
И он запел, перебирая струны.

День ото дня
Все бессмысленней мы живем.
Который виток совершает моя судьба.
Когда надоест писать стихи ни о чем,
Тогда я пойму, что жизнь – это просто борьба.
Тогда, может быть, я пойму, что жизнь – борьба
Борьба за место под солнцем и за успех,
За деньги, за хлеб, за удачу и за любовь.
И в ней победит тот, кто пройдет дальше всех
По судьбам друзей и по трупам врагов.
Тот, кто пройдет по трупам друзей и врагов.

Я вздрогнул . Мне стало как-то не по себе… Не знаю даже, почему. Может, потому что это я – лишь в последний миг остановился, чтобы не пройти по судьбам… да что уж там – по трупам друзей.

А ты не сумел,
Оказался неловок и слаб.
И вот ни любви, ни ветра твоим парусам.
Но вот ты стоишь –
Не воин, не царь и не раб.
И песню поешь,
Которую выдумал сам.
И песню с собой берешь, что придумал сам.

Акман доиграл концовку. Ирна, внимательно слушавшая, вздохнула и сказала.
– Что-то ты странно… непонятная какая-то философия. Разве жизнь – не борьба?
– Смотря в каком смысле, – буркнул Акман.
– Мне кажется, я понимаю, – сказал Геррин. Я опустил глаза.
– Самое бессмысленное, – заметил Геррин, – это просить поэта объяснить его стихи. Он уже все в них сказал! Если ты не понял – это твои проблемы.
– Золотые слова, – подтвердил Акман. Ирна коснулась его рукава.
– А теперь давай-ка сыграй нашу любимую…

И они запели хором все втроем, три старика, подсевшими, но еще красивыми голосами. Я слышал эту песню – древняя совсем, кажется, еще Эдолийская. Но не знал слов.

Она скажет – люблю, ты ответишь, ну что же, однако – прощай.
Время плыть кораблю, подчиняться рулю, меня ждет звездный край.
И за гранью огня, я, твой облик храня, буду помнить тебя.
А вернувшись, найду уж не ту, уж не ту, что оставил, любя.

Интересно, что было связано у них с этой музыкой? Я вглядывался в глаза Ирны… Геррина… пилота. Многое связано. Мне никогда этого не узнать, даже если расскажут – просто не понять.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики