науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

С картины вас тоже сняли.
— Уволили меня? Не может быть. — Теперь она проснулась окончательно.
— Я получил эту информацию из надежного источника. Один из сотрудников администрации “Фокса” заявил: “Этому надо положить конец, а то психи захватят психушку”. Что вы можете сказать по этому поводу ?
Она не знала, что сказать. Неужели на студии ее считают сумасшедшей ? Она не хотела этому верить — для нее это были самые жестокие слова. Она чувствовала… Она и сама не знала, что чувствовала, — одна за одной на нее накатывались волны разноречивых ощущений, словно лава из жерла вулкана, ярость, боль, стыд, страх. Она едва удерживала трубку, настолько была потрясена.
— Вы ведь наверняка знали, что это давно назревало? — оживленно продолжал Денби. — Они отстали от графика на несколько недель. — Слово “график” он произнес на английский манер, так что она не сразу поняла. — И смета превышена не менее чем на миллион долларов. Вчера вечером они просматривали отснятый материал, все, что есть, и Ливатес сказал, что это не работа, — из того, что отснято, почти все пойдет в корзину. Я слышал, они собираются подать на вас в суд… Вы слушаете?
— Подать на меня в суд?
— Ну да. И, надо думать, они это сделают. Могу я написать, что вы “потрясены и озадачены”?
— Мне нечего сказать вам.
— “Потрясенная и озадаченная, Мэрилин отказалась от комментариев”. Так и запишем.
— Нет, подождите! — Она не могла позволить, чтобы Денби положил трубку, не получив от нее никакого ответа, не могла промолчать, когда администрация киностудии так чернит ее репутацию. — Вы можете написать так: “Руководителям киностудии давно пора разобраться в том, что они делают. Если и есть проблемы в Голливуде, виноватых надо искать наверху. И еще. Мне кажется, они зря разбрасываются своим главным капиталом”.
Денби прочитал Мэрилин то, что записал.
— Ваши планы на будущее? — спросил он.
— Как только я поправлюсь, я вернусь на съемочную площадку и закончу фильм, — ответила она. — Все это чушь собачья.
— Я не могу так написать, — коротко сказал журналист и повесил трубку.
Не прошло и секунды, как телефон зазвонил снова. Мэрилин ждала, что трубку снимет миссис Мюррей, но звонок не смолкал, и тогда она вспомнила, что миссис Мюррей ушла в кино. Мэрилин встала, отнесла телефон в гостиную, а сама вернулась в спальню и закрыла дверь. Разумеется, к ней сейчас будут пытаться пробиться сотни журналистов и обозревателей, а она не в состоянии переговорить с каждым из них. Она лежала на кровати, прислушиваясь к непрекращающемуся звону в гостиной. Ей становилось все хуже и хуже. Выгнали! И это после шестнадцати лет работы на “Фокс”! Да как такое может быть, ведь студия дала ей имя !
Она прошла в ванную, выпила пригоршню таблеток, снова вернулась в спальню, легла на кровать и накрылась подушками, чтобы ничего не слышать.

На следующий день Питер Ливатес созвал пресс-конференцию. Он назвал Мэрилин “безответственной” и пригрозил предъявить ей иск на полмиллиона или даже на миллион долларов, потому что из-за ее хронических опозданий, которые срывают работу всей съемочной группы, нет никакой возможности закончить фильм. До Мэрилин даже дошли слухи, будто ее костюмы перешивают для Ли Ремик, которой отдали роль Мэрилин, чтобы можно было возобновить съемки картины.
Оскорбленная, озлобленная, она все время проводила дома; лишь раз в день Юнис Мюррей отвозила ее на сеанс к доктору Гринсону. Ей срочно сменили номера телефонов, так что теперь, по крайней мере, она хотя бы сама могла звонить. Но, с другой стороны, никто из ее друзей не знал новых номеров, а у нее не было сил известить их об этом, и поэтому в доме часто стояла мертвая тишина, как в могиле. Так и сидели — только она сама, Мэф и о чем-то молча размышлявшая на кухне миссис Мюррей.
Поначалу она надеялась, что друзья не бросят ее в беде, хоть как-то выразят свою привязанность и поддержку, но ничего такого не было и в помине, или почти ничего — ни цветов, ни телеграмм, ни предложений от других киностудий. Правда, Дино заявил, что по контракту его партнерша в фильме — Мэрилин Монро, и отказался сниматься с Ли Ремик. Дино поступил благородно, но это означало, что картину “положат на полку”, а в кинобизнесе это самое худшее, что может произойти.
К счастью, Бобби не был занят в шоу-бизнесе и поэтому даже не подозревал, чем грозит ей такая опала. В его представлении это был обычный трудовой конфликт, к тому же в такой области, в которой он ничего не смыслил и к которой вообще не относился серьезно. Она — “звезда”, и значит, скоро все уладится, успокаивал он Мэрилин каждый раз, когда она звонила ему.
О ее ребенке — их ребенке, напоминала она себе — он старательно избегал говорить. У него были свои проблемы, и она была счастлива, если он делился ими с ней. Ему все опостылело, он потерял покой и сон, жалеет, что согласился стать министром юстиции. За что бы он ни брался, жаловался Бобби, его всюду подстерегали неудачи: ему не удалось обойти Гувера и перестроить работу ФБР; Хоффа все еще на свободе и его друзья из мафии тоже; правительство умышленно оттягивает решение по вопросу гражданских прав, и в связи с этим негры южных штатов уже начали поговаривать о том, чтобы выступить с демонстрациями — и даже не против расизма, а против Кеннеди…
— Это “зима тревоги нашей”, — с грустью продекламировал Бобби — он постоянно занимался самосовершенствованием и в последнее время много читал Шекспира, — хотя в тот момент стояло лето.
В конце месяца он должен выступать с приветственной речью на съезде надзирателей федеральных тюрем в Боулдере, штат Колорадо, сообщил ей Бобби, и на обратном пути, возможно, заедет в Лос-Анджелес.
Только это и придавало еще смысл ее существованию в те мрачные дни после увольнения из киностудии — мысль о том, что приедет Бобби и все образуется…

Известие об увольнении Мэрилин из кинокомпании “XX век — Фокс” застало меня в Лондоне. Я не был удивлен. Она с самого начала давала всем понять, что ей не нравится сниматься в этом фильме, да и с Кьюкором она никак не могла поладить. Я не винил ни Питера Ливатеса, ни совет директоров “Фокса” — вполне вероятно, что на этом этапе жизни Мэрилин работать с ней было невозможно. Я сразу же попробовал позвонить ей, но не дозвонился.
Вернувшись в Нью-Йорк, я опять позвонил ей, но с тем же успехом. Тогда я позвонил Лофорду, хотя и недолюбливал его. Он сообщил мне, что Мэрилин, конечно, “расстроена”, но в общем-то беспокоиться не о чем. С этим мнением согласился и мой приятель Айк Люблин.
— Может, для нее оно так даже и лучше, — сказал он с присущим ему оптимизмом юриста, занимающегося проблемами шоу-бизнеса. — Все равно эта картина — сущее дерьмо.
Возможно, я на том бы и успокоился, если бы из Лос-Анджелеса мне не позвонил один мой давний друг. Это был профессор либеральных взглядов, один из многих, кто претерпел немало гонений от Джо Маккарти и его подручных и сумел скрыться от них, устроившись работать на радио ведущим ночной программы, в которой он отвечал на вопросы радиослушателей. Простой в общении, невозмутимый, умный человек, Алан Берк, к своему удивлению, стал в Лос-Анджелесе своего рода божеством, во всяком случае, среди людей, страдающих бессонницей. Услышав мой голос, он сразу перешел к делу — мы слишком хорошо знали друг друга, чтобы ходить вокруг да около.
— Ты ведь знаком с Мэрилин Монро, не так ли? — спросил он. Я ответил, что знаком. — Ты узнаешь ее голос? — Я сказал, что узнаю.
— Тогда послушай вот это. — Раздался щелчок включаемого магнитофона, затем мягкий задыхающийся голосок, который невозможно было спутать ни с каким другим голосом:
“Я скоро выйду замуж за одного человека, занимающего очень важный пост в правительстве. Ради меня он готов бросить жену”.
Дальше заговорил Алан:
“Как вас зовут, дорогая?”
“Мэрилин”.
“Так же, как Мэрилин Монро?”
Тихий смешок.
“Точно”.
“А кто вы по профессии?”
“Я актриса. Вернее, была актрисой. — Опять смешок. — Меня недавно уволили”.
“А кто этот “человек, занимающий очень важный пост в правительстве”? Вы можете назвать его имя?”
Пауза. Я слышал записанное на пленку дыхание Мэрилин.
“Бобби Кеннеди… Ух! Наверное, мне не следовало это говорить”. — Послышался щелчок. Мэрилин повесила трубку.
— Боже мой! — воскликнул я.
— Так это она?
— Похоже. Больше она не звонила?
— Звонила. Она звонит каждую ночь, иногда по два раза за ночь. Она говорит, что беременна и что отец ребенка — Бобби. Послушай, вот еще что. Она захотела познакомиться со мной. Ей понравилось, что я с таким вниманием и сочувствием разговаривал с ней, и она пожелала познакомиться со мной лично … Но знаешь, это совсем не в моем вкусе. Почтя все, кто звонит на передачу, как правило, чудаки или сумасшедшие, так что никогда не угадаешь, на кого можно напасть… Но в ее голосе было столько отчаяния, что я согласился. И потом, я подумал: будь что будет, это ведь и впрямь может оказаться Мэрилин…
— Так это была она?
— Вне всякого сомнения. Мы встретились в баре ресторана “Браун Дерби”. Это возле студии, сразу же за углом. Это точно была она, Мэрилин.
— Что она говорила тебе?
— Мы разговаривали с ней часа два. Она мне много чего порассказала про Бобби Кеннеди и президента, очень интимные вещи. И мне показалось, что она говорила осмысленно. Я запомнил одну ее фразу: “У меня была слава, даже больше, чем нужно. А теперь я хочу счастья, и я обрету его или умру”.
— Она не была пьяна, как ты думаешь?
— Нет, думаю, что нет. Со мной она выпила только бокал белого вина и больше ничего. Она говорила так, будто только что прилетела на землю с какой-то другой планеты, но пьяной она не была.
— А куда ты дел эти пленки?
— Никуда не дел. Слушай, Дэйвид, при чем здесь пленки? Мою программу каждую ночь слушают никак не меньше полумиллиона людей. И они тоже слышат ее признания о том, что Бобби Кеннеди — отец ее ребенка, что он собирается ради нее бросить Этель. Рано или поздно на это кто-нибудь обратит внимание.
— Ты можешь не отвечать на ее звонки?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики