науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он нашел нужный ему документ, пробежал его глазами, а затем поднял голову и посмотрел на Хоффу.
— Вы знаете Джо Хольцмана? — спросил он.
Вокруг Хоффы все засуетились. Адвокаты стали что-то нашептывать ему сразу в оба уха. Хоффа сердито покачал головой. Массивная челюсть выдвинулась вперед, ноздри задрожали, глаза — как два темных колодца ярости. “Так выглядит человек, которого предали”, — подумал я.
— Я был знаком с Джо Хольцманом.
Я понятия не имел, кто такой этот Хольцман, но было ясно, что Хоффа не ожидал услышать это имя.
— Он был вашим близким другом? — — спросил Бобби.
— Я был знаком с Джо Хольцманом.
— Он был вашим близким другом?
Лицо Хоффы застыло, словно было высечено из мрамора.
— Вот что! — закричал он. Попав в этот зал, большинство людей отвечали на вопросы почти шепотом, и их просили говорить громче. Но голос Хоффы громким эхом разнесся по всему залу. — Я был знаком с Джо Хольцманом! Но он вовсе не был моим другом.
Не обращая внимания на повышенный тон Хоффы, Бобби посмотрел ему прямо в лицо и проговорил:
— Я не получил ясного ответа, поэтому спрашиваю еще раз: вы знаете Джо Хольцмана?
— Я был знаком с Джо Хольцманом.
— Он был вашим близким другом, господин Хоффа?
Воцарилось длительное молчание. В мясистых руках Джимми Хоффы был карандаш, он разломал его пополам. От резкого хруста все присутствующие вздрогнули.
Айк подал мне знак, и я незаметно вышел из зала.
— Из этого ничего хорошего не выйдет, — сказал он. — Твой подопечный задает трудные вопросы.
— А твой подопечный умничает не по делу. От него ожидают покаяния.
Айк вздохнул.
— Похоже, у нас возникла проблема, — заключил он.
Я был согласен с ним, но не мог ничего придумать. Я начеркал короткую записку Джеку, где просил его переговорить с Бобби, как только объявят перерыв, передал ее охраннику и вернулся в зал.
За мое недолгое отсутствие ситуация еще более осложнилась. Несмотря на нарядный интерьер и наличие телевизионных камер, атмосфера в зале напоминала бой быков — здесь пахло смертью. И действительно, упрямое, упорное нежелание Хоффы уступить давлению Бобби делало его похожим на быка.
— У нас есть корешок чека на приобретение двадцати трех минифонов, — говорил Бобби; его бостонский акцент словно разрезал тишину зала. — Минифоны, — объяснил он, — это небольшие магнитофоны немецкого производства, которые профсоюз водителей закупил… для вас, господин Хоффа. Вы можете объяснить комиссии, в каких целях они были использованы?
Хоффа улыбнулся. Его улыбка напоминала гримасу человека, который только что отведал дерьма.
— Для чего я их использовал? — переспросил он. — Для чего же я их использовал? — Он сделал паузу и, повернувшись, подмигнул своим людям, которые его сопровождали. — Так для чего же я их использовал?
— Да. Для чего вы их использовали? — ровным голосом повторил свой вопрос Бобби.
— Да вот пытаюсь вспомнить.
— Попытайтесь.
— А вы знаете, когда они были закуплены? Наверное, довольно давно…
— Вы знаете, для чего были использованы минифоны. И не задавайте мне вопросов!
— Так, так… — Хоффа притворялся, что на самом деле не помнит. — Дайте подумать — для чего же я их использовал?
В голосе Бобби зазвучали стальные нотки, его лицо выражало отвращение.
— Так для чего же, господин Хоффа? — гневно повторил он. Имя Хоффы в его устах прозвучало как пощечина.
Хоффа изобразил на своем лице раскаяние, во всяком случае, сделал такую попытку. Он так яростно упирался, потому что ненавидел все то, что воплощал в себе Бобби, — богатство, привилегии, образованность, идеализм. Ненависть Хоффы была гораздо сильнее, чем его заинтересованность в этом спектакле, а в данном случае интерес его состоял в том, чтобы создать Бобби репутацию героя в глазах прессы.
— Господин Кеннеди, — произнес он, — я действительно приобрел несколько минифонов. Это факт. Но я не могу припомнить, для чего они применялись.
Айк, сидевший теперь сзади меня, наклонился и произнес:
— Оу .
— Так для чего купили эти минифоны? — прошептал я.
— С их помощью Джимми и его парни подслушивали разговоры людей, которые были на стороне Бека. Что-то в этом роде.
— Но это же уголовное преступление?
Айк мрачно кивнул.
— Поэтому-то он и не хочет отвечать на этот вопрос.
Ну, разумеется , Хоффа не мог ответить на этот вопрос. В этом случае он признал бы, что совершил уголовное преступление. В то же время он не хотел и отказываться отвечать на основе пятой поправки к Конституции; он знал, что, согласно указаниям Джорджа Мини, представителям профсоюзов не разрешалось ссылаться на пятую поправку. С тех пор как сенатор Кефовер допрашивал в этой подкомиссии гангстеров, пятая поправка стала считаться последней лазейкой для отпетых бандитов, загнанных в угол, и в глазах большинства людей ссылка на пятую поправку была равносильна признанию своей вины.
— Вот как? Человеку, который обладает такой выборочной памятью, должно быть, и впрямь нелегко это вспомнить, — заметил Бобби.
Джек, я видел, уже получил мою записку. Он перехватил мой взгляд и пожал плечами, что означало: “Я поговорю, поговорю, но ты ведь знаешь Бобби…”
— Что ж, — продолжал Хоффа, — я вынужден придерживаться данных мною ответов о том, что я помню. Других ответов я дать не могу, разве что вы напомните мне еще что-нибудь из того, что я помню.
Эта бессмыслица вызвала хохот среди сторонников Хоффы. Сенатор Макклеллан, словно очнувшись, впервые застучал молоточком. Когда шум стих, Хоффа, глядя на Бобби и самодовольно ухмыляясь, сел на место. Он словно бросал вызов Бобби, провоцируя его на самое худшее.
— Господин Хоффа, вы когда-либо сами носили при себе минифон? Чтобы записать высказывания кого-либо из ваших коллег по профсоюзу?
Хоффа склонил голову набок. Было видно, что он насторожился. Бобби, очевидно, имел гораздо больше информации, чем предполагал Хоффа. Он не ожидал, что Бобби подготовится так тщательно.
— Вы употребили слово “носили”, — сказал Хоффа. — Что вы под этим подразумеваете?
Бобби закатил глаза. Вот уже более часа он пытается заставить Хоффу ясно отвечать на вопросы и принести формальные извинения, как было условлено.
Следующий его вопрос касался двух служащих профсоюза водителей, которые, отбывая срок в тюрьме за то, что брали взятки от владельцев компаний, по-прежнему считались работниками профсоюза, и Хоффа платил им зарплату. На лице Хоффы отразилось удивление, даже тревога, когда Бобби заключил:
— Вы продолжали платить им зарплату, хотя они находились в тюрьме! Чего вы боялись?
Услышав такой вопрос, Хоффа, конечно же, рассердился. Хоффа, как и сам Бобби, ничего не боялся. Вся его жизнь прошла в такой сфере деятельности, где железные цепи, пистолеты, бейсбольные биты, динамит и крюки для подвешивания мясных туш были самыми обыденными средствами для наказания людей, вышедших из повиновения, и Хоффа хвастался тем, что никогда не пасовал, если приходилось махать кулаками. Он побледнел и приподнялся со своего стула, словно собирался броситься на Бобби. Адвокаты Хоффы пытались усадить его на место.
— Против меня не было выдвинуто ни одного обвинения, которое было бы каким-то образом связано с их преступлениями! — выкрикнул он. На лбу у него вздулись вены. — …Мне нечего было бояться, что они разоблачат меня, потому что они не могли ни в чем меня разоблачить!
— …Чем же вы в таком случае можете объяснить вашу заботу о них? Если только, конечно, вы не забирали часть этой зарплаты себе? Вы можете это объяснить?
Но Хоффа уже не помнил себя от ярости. Он не мог или не хотел ничего объяснять. Он покачал головой.
— Я уже все сказал, — хрипло пробормотал он, сжимая кулаки.
Бобби собрался было задать следующий вопрос, но сенатор Макклеллан — я заметил, что Джек подал ему знак, — стукнув молоточком, объявил перерыв на обед.
Я направился к Бобби, который все еще сидел за столом. Хоффа, вырвавшись от своих адвокатов, тоже ринулся к нему — плечи ссутулились, глаза горят. Бобби даже бровью не повел.
Я уже находился достаточно близко от них и поэтому ясно расслышал, когда Хоффа, приблизив свое лицо к Бобби, скрипучим голосом произнес:
— Ты заложил меня, сосунок! Тебе не удастся сделать своего брата президентом, убрав Хоффу! — Затем быстро, прежде чем адвокаты и охранники успели оттащить его, добавил: — Если ты не прекратишь это, Бобби, можешь считать себя трупом. — Он понизил голос до яростного шипения и просвистел, как струя пара, вырывающаяся из-под крана: — Это относится и к твоему проклятому братцу.
Бобби сидел с ледяным выражением лица, плотно сжав губы. Он ответил спокойным, бесстрастным тоном, словно вел с Хоффой обычную беседу:
— Господин Хоффа, я добьюсь, чтобы вас посадили в тюрьму, даже если это станет последним фактом моей биографии. И, пожалуйста, перестаньте называть меня Бобби.
Хоффа оттолкнул охранников и адвокатов и, улыбаясь, закончил:
— Эй, Бобби, — насмешливо обратился он. — Вот это я могу тебе обещать. Это точно будет последним фактом твоей биографии. Слово Хоффы.

В тот же вечер я встретился за ужином с Айком Люблином. Настроение у нас было подавленное. Я знал Айка с тех самых пор, когда он переехал из Кливленда в Лос-Анджелес, потому что у его клиентов-мафиози появились интересы в западной части страны. В числе его клиентов были также и многие знаменитые звезды шоу— и кинобизнеса. Он пользовался репутацией квалифицированного адвоката по бракоразводным вопросам, славился умением улаживать споры, не доводя дело до суда. Но, главное, он был именно тем человеком, который мог помочь в случае серьезных неприятностей. Характер у Айка был агрессивный, и многие побаивались его, но я-то его не боялся. Я знал, что он преданно любит свою жену, которая совсем спилась после того, как их единственный ребенок умер от полиомиелита. В характере Айка были и мягкие черты, но он предпочитал скрывать их.
— Бобби заложил Джимми, — сказал он, с жадностью набрасываясь на салат из креветок. — Сделка отменяется.
— Не говори ерунды! Хоффа сам не выполнил своих обещаний, Айк.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики