науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он не стеснялся спать с женами своих друзей. А также с подругами своей жены.

Секретариат Джека Кеннеди находился на втором этаже здания сената. Атмосфера здесь мало изменилась с тех бурных дней, когда Джек еще не был женат, но уже являлся членом конгресса. Та же атмосфера дружелюбия, шумная, беспорядочная активность, вокруг суетились молодые симпатичные секретарши и политические сподвижники ирландского происхождения из Бостона; сподвижников звали Магси, Кенни, Ред и т.п., и походили они на бывших боксеров или священников-иезуитов. Здесь ничто не напоминало о Джеки и ее любви к изящному; да, по-моему, она ни разу и не заходила на работу к мужу — и слава Богу, ей бы тут не понравилось.
В секретариате был принят весьма неформальный стиль общения. Когда я пришел, один из ирландских телохранителей Джека — великан по фамилии Риэрдон и по прозвищу Бум-Бум, кажется, бывший полицейский из Бостона — хлопнул рукой по двери, за которой находился личный кабинет Джека, и заорал:
— Джек, просыпайся, к тебе пришли.
Я услышал какие-то приглушенные звуки — возможно, это Джек просил меня подождать; в старом здании сената были массивные дубовые двери, ведь раньше американцы строили на века.
Мне не верилось, что Джек может спать в это время. Я подошел к окну и увидел, как через несколько минут из здания вышла молодая женщина и направилась к стоянке, где ее ожидала машина сенатора. Я ничуть не удивился, но отметил про себя, что где-то видел эту женщину. Магси О'Лири открыл перед ней дверцу машины, и она села на заднее сиденье. Тут я вспомнил: это была та самая стюардесса, которая привлекла внимание Джека, когда мы летели из Лос-Анджелеса несколько дней назад.
Раздался щелчок открываемого замка, и Бум-Бум распахнул передо мной дверь.
— Извини, что заставил тебя ждать, Дэйвид, — сказал Джек, зевая. — Решил прилечь ненадолго. В такую погоду быстро устаешь. — Он застегивал рубашку, и я сразу заметил, что это одна из рубашек, сшитых на заказ у парижского портного Ланвэна, любимого портного Джека Кеннеди. Больше всего в Джеке мне нравилось то, что он всегда держался с достоинством, проявляя изысканный вкус, хотя и умел изображать из себя простого парня и безбожно ругался, если в нем вдруг закипала ирландская кровь. Эту свою утонченность он старался скрывать от большинства своих ближайших соратников, от тех, кто сражался за него в жестоких политических баталиях в Бостоне.
— Ты едешь домой? — спросил я.
Джек неуверенно кивнул головой.
— Джеки ждет меня, — ответил он. — Скоро поеду. А что?
— Да ничего, просто тебе не мешало бы сменить рубашку. Воротник испачкан губной помадой.
Он покраснел, но потом расплылся в улыбке. Эти кенни, магси, бум-бумы не обращали внимания на подобные мелочи. Возможно, они давно привыкли к этому, а может быть, как истинные католики, просто старались не видеть того, чего не хотели знать. Невозможно было понять: то ли они действительно не замечали многочисленных увлечений Джека, то ли лукаво закрывали на это глаза. Однако, зная натуру ирландцев, можно предположить, что верно и то и другое.
— За весь день это самый лучший совет, — сказал он. — Спасибо тебе.
— Я сейчас тебе дам еще лучше, — твердо произнес я. — Пожалуйста, выслушай меня.
Не надевая пиджака, он, как был в носках, сел за письменный стол и закинул ноги на кожаную оттоманку. Упершись локтями в стол и сложив вместе ладони, он уставился на меня тяжелым взглядом — так смотрел он всегда, когда знал, что сейчас услышит новость или получит совет, которые ему не хочется слышать.
— Ну? — произнес он.
Я подался вперед.
— Завтра в газетах напишут, что Бобби накинулся на Роя Коуна у дверей зала заседаний.
— А, черт.
— Зачем он это сделал, Джек?
— Все было как раз наоборот, — сказал он. — Это Коун полез драться. А Бобби повернулся и ушел.
— Но в газетах-то напишут по-другому. Видимо, Коун первым сообщил свою версию журналистам. А может быть, это сделал Маккарти, чтобы поставить Бобби на место.
— Возможно…
— Все они замечательные парни, Джек, но тебе эта шумиха ни к чему.
— Я не собираюсь учить Бобби, как себя вести. Он не ребенок.
Это была просто отговорка. Когда нужно, Джек, не задумываясь, указывал Бобби, что тот должен делать, и Бобби иногда страшно злился на него, но в конце концов повиновался. Кеннеди подчинялись закону первородства, а не законам политической веры. Кроме того, в семье Кеннеди родственные связи ценились выше политических убеждений. Любой выпад против Бобби Джек рассматривал как выпад против самого себя.
— Этот случай — лишнее доказательство того, о чем мы беседовали с тобой, когда летели из Лос-Анджелеса. Ты должен заняться какой-нибудь важной проблемой. А Бобби надо сменить друзей.
— Знаю , — нетерпеливо оборвал он меня. — Ты думаешь, почему я так активно выступаю за вывод французских войск из Вьетнама?
— Джек, в нашей стране никому нет дела до Вьетнама. За пределами Вашингтона люди не знают даже, где он находится, и им плевать, есть там французы или нет. Твои выступления, касающиеся Франции и Вьетнама, по телевидению показывать никто не будет. Совсем другое дело — коррупция в профсоюзах. Тут легко можно прославиться, это асе золотая жила. Все очень просто: существуют преступники и негодяи — да еще какие…
— Да, да, я понимаю, и тем не менее настаиваю…
Я кинулся в атаку.
— Я помню твои слова. Ты должен заручиться поддержкой Джорджа Мини. Хочешь, чтобы он поклялся на крови. Ну так вот, я был у Мини, Джек, и вот что он просил передать тебе. Он сказал: “Передай Джеку, что мы поддержим его на все сто процентов. Если ему удастся свалить Дэйва Бека и разоблачить преступную деятельность лидеров профсоюза водителей, он может всегда рассчитывать на нашу поддержку. Мы готовы поклясться кровью, если нужно”. Вот что он сказал мне, Джек.
Джек задумчиво посмотрел на меня.
— Но никаких письменных заверений он, конечно, не дал? — спросил он.
— Конечно, нет. Но он готов поклясться кровью.
— Значит, если я правильно понял, мы припрем к стенке Бека и его банду, а Мини и АФТ—КПП поддержат мою кандидатуру на выборах 60-го года, так?
— Именно. Джек, они боятся Бека и других лидеров профсоюза водителей. Во-первых, эти ребята подрывают авторитет профсоюзов. Во-вторых, с помощью мафии они разрастаются быстрее, чем любой другой профсоюз.
— Но если Мини так решительно недоволен ими, почему он сам ничего не предпринимает?
— Собака не ест собачье мясо. Профсоюзные лидеры не любят публично выяснять отношения друг с другом. Мини хочет избавиться от Бека и его команды, но так, чтобы это сделал за него сенат. Вот тут-то им и понадобится твоя помощь. А также помощь Бобби. Пусть он займется Беком, Джек. Бобби станет героем, и все забудут, что он вместе с Коуном и Маккарти преследовал несчастных конторских служащих, которые когда-то имели неосторожность подписаться на “Ныо мэссиз”.
Джек поднял руку.
— Прекрати! — решительно произнес он. — Я не позволю тебе смеяться над Бобби, Дэйвид. Возможно, некоторые из тех конторских служащих — агенты коммунистов…
Он взглянул на меня и тяжело вздохнул. По этому вопросу у нас с ним всегда были разногласия, как, впрочем, и с его отцом. С другой стороны, Джек прекрасно умел оценивать шансы того или иного предприятия и ясно понимал, что у Маккарти нет будущего.
— А что, в профсоюзе водителей совсем плохи дела? — спросил он.
— Совсем. Коррупция, сделки с мафией, фиктивные организации на местах и даже убийства. Как в романе ужасов, Джек. Я узнал об этом от одного парня. Его зовут Молленхофф. Он решил в одиночку бороться с ними…
Какое-то время Джек смотрел в окно, потом опять повернулся ко мне.
— Хорошо, — сказал он. — Я попробую сделать что-нибудь. Передай этому Молленхоффу, Дэйвид, пусть свяжется с Бобби.
Джек с силой вонзил правый кулак в ладонь левой руки. Настроение у него поднялось, как с ним это бывало всегда в предвкушении битвы.
— Честные профсоюзы. За это стоит побороться, как ты считаешь?
Большинство людей согласились бы, что стоит; и пресса описала бы все как надо. “Бороться, конечно, стоило, но погибать — нет”, — заметил я про себя и решил предостеречь его.
— Вообще-то эта кампания чревата опасностями, Джек, — предупредил я. — В этом единственная загвоздка. Он рассмеялся.
— Опасности начнутся, когда Бобби за них возьмется, — сказал он. — Давай-ка лучше выпьем. — Он вызвал Бум-Бума.
— Не возражаю. — Я поздравил себя с тем, что наконец-то сдвинул Джека с мертвой точки. За это можно и выпить.
В комнату неуклюже ввалился Бум-Бум. Он весил никак не меньше трехсот фунтов и состоял почти из одних мускулов. Джек как-то рассказывал мне, что Бум-Бум когда-то служил в конной полиции, пока не растолстел, и в течение многих лет его фигура верхом на белой лошади являлась непременным атрибутом парадов, проводимых в Бостоне в честь Дня святого Патрика. И я охотно этому верю.
— Ты уверен, что тебе нужно пить, Джек? — спросил великан. — Тебе же пора домой к своей хозяйке.
— Когда мне понадобится твой совет по вопросам семейной жизни, я дам тебе знать, — беззлобно оборвал его Джек.
Бум-Бум наполнил бокалы и подал нам. Я не мог отделаться от чувства, что, попроси его Джек пристукнуть меня рукояткой пистолета, который Бум-Бум носил под пиджаком (не имея на то разрешения), он, не задумываясь и без суеты, сделал бы это. Джек относился к этим своим оруженосцам из эпохи каменного века, как феодал к вассалам. Он был для них вождь и господин, и они были слепо преданы ему.
Бум-Бум вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.
— Вообще-то, он прав, Джек, — заметил я.
— Ну хоть ты-то не капай на мозги, Дэйвид. Бобби и так мне все уши прожужжал. Как будто хочет, чтобы я стал победителем конкурса “Муж года”. — Он расхохотался. Джеки так и не смогла до конца простить ему того, что он не объявлял об их помолвке до тех пор, пока в “Сатердей ивнинг пост” не появилась статья, в которой Джек был назван “холостяком года”.
— Я просто хочу сказать, что ты слишком веришь в порядочность прессы, вот и все.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики