науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В каком-то смысле Мэрилин уже опоздала на корабль — вычеркнула себя из главных событий, потому что была очень занята, развлекаясь с Монтаном, а Джек в это время играл свою роль в истории без ее участия. Я хотел сказать ей, чтобы она возвращалась к Миллеру и попыталась спасти то, что еще можно спасти в их семейной жизни, хотел предупредить ее, что ей нет места в будущей жизни Джека — она может только погубить себя, — но, к моему стыду, ничего этого я ей не сказал.
Она взяла мою руку и сжала.
— Джек хоть иногда чувствует, что ему не хватает меня? — спросила она.
— Джек редко скучает по кому бы то ни было, — ответил я. — Он живет сегодняшним днем. Но, конечно, он много говорит о тебе, когда мы бываем с ним вдвоем.
Она на мгновение закрыла глаза. Веки у нее были бледно-голубые, полупрозрачные. Мне показалось, что она похудела — намного больше, чем нужно.
— Тебе, должно быть, нелегко, — заговорила она снова.
Я был удивлен и тронут: и тем, что она сумела понять, как мне трудно — а мне действительно приходилось нелегко, — и тем, как мягко и заботливо она выразила свое сочувствие. Джек много рассказывал мне о своих чувствах к Мэрилин, рассказывал искренне, как мужчина мужчине, даже не замечая, какие сильные — и мучительные — чувства испытываю к ней я и что я завидую ему.
— Да, нелегко, — не стал отрицать я. — Порой.
— Как у тебя дела дома? — спросила Мэрилин. Она редко заводила разговор о Марии. Мне казалось, что Мэрилин инстинктивно догадывалась (и была права), что Мария не испытывает к ней симпатий.
— Неплохо, — ответил я и в общем-то не кривил душой. Наши отношения с Марией нельзя было назвать плохими — они просто не были хорошими .
— Бедный Дэйвид, — вздохнула Мэрилин. Она взяла мою руку в свои ладони. — Хочу попросить тебя об одном одолжении.
— Проси что хочешь.
— Тебе это не понравится.
— Для тебя это имеет значение?
Она кивнула.
— Да, — ответила она. — Я бы очень хотела сделать тебя счастливым, Дэйвид. Это правда. Но не могу. Я ведь знаю, что ты чувствуешь ко мне.
— Значит, я понапрасну трачу время?
— Наверное. Не знаю. Послушай, Дэйвид, ведь, в принципе, со мною ты стал бы несчастным . Так тебе лучше, поверь мне.
— Извини, но позволь не согласиться с тобой. Так о чем ты хочешь попросить?
Пальцы Мэрилин впились в мою ладонь.
— Я хочу увидеться с Джеком, — сказала она. — Я должна объяснить ему, что произошло. Между мною и Ивом.
Я почувствовал себя несчастнейшим человеком: я сидел рядом с Мэрилин, а она считала себя обязанной оправдываться перед Джеком, которому и дела нет до нее. Однако я, как всегда, проглотил свои боль и обиду — наверное, это и было доказательством того, как сильно я любил Мэрилин, — и мягко напомнил ей, что Джеку нельзя сейчас рисковать, поскольку он вероятный кандидат на пост президента от демократической партии.
— Вам нужно быть осторожными, еще более осторожными, чем прежде. Сейчас пошла серьезная игра.
— Я знаю, что это серьезно, Дэйвид. Я все понимаю — Белый дом и прочее. Но передай ему, что мне нужно поговорить с ним.
Я кивнул. Мы в молчании сидели в маленьком кафетерии на первом этаже гостиницы “Беверли-Хиллз”, где все делали вид, что Мэрилин — самый обычный клиент. Впервые с того самого времени, когда я познакомился с ней на приеме у Чарли Фельдмана в пятьдесят четвертом году, она показалась мне хрупкой и слабой. Обычно она всегда выглядела крепкой, упитанной, до неприличия пышущей здоровьем крупной девушкой, на которой одежда трещит по швам, но в этот раз она была похожа на призрак.
Должно быть, Мэрилин прочитала мои мысли, а может, заметила что-то в моем лице.
— Я знаю, что выгляжу, как дерьмо.
— Я думал не об этом.
— Об этом. Господи, люди всегда говорят, что я слишком толстая. — Она горестно рассмеялась. — Что ж, сейчас обо мне этого не скажешь, не так ли?
— Да нормально ты выглядишь.
— Дэйвид, для тебя я и мертвая буду выглядеть хорошо. — Она чмокнула меня в щеку.
Я проводил Мэрилин до автомобиля, который ждал ее у входа в гостиницу, чтобы отвезти на киностудию. Она шла неровной походкой, тяжело опираясь на мою руку. Перед ней распахнули дверцу, и она заглянула в салон машины.
— Ив всегда ждал меня в машине, — с грустью произнесла она. — Впервые еду на съемки без него.
Она скользнула в полумрак лимузина с темными стеклами, затем закрыла дверцу, опустила стекло и, высунув голову из окна, поцеловала меня.
— Ты настоящий друг, Дэйвид. Надеюсь, ты станешь послом при том дворе, как он там называется. — Она засмеялась. — Пока, — попрощалась она и подняла стекло. Машина тронулась с места.

В тот же день я позвонил Джеку в Ошкош в штате Висконсин. Мне удалось застать его в мотеле, где он остановился. Голос у него был измученный.
— Калифорния! — пробрюзжал он. — Как бы я хотел быть там сейчас. Утром здесь было минус двадцать шесть. Дэйв Пауэрз разбудил меня в пять тридцать, чтобы ехать к мясокомбинату. Мне пришлось стоять там у проходной и обмениваться рукопожатиями с рабочими.
— У тебя измученный голос.
— Неужели? Я сижу здесь, опустив руку в таз с теплой водой, в которой растворили антисептик, — бесплатно принесли из ресторана. Представляешь, что такое пожать полторы тысячи рук, сняв перчатку при температуре минус двадцать шесть! Правая рука у меня вся в царапинах и синяках, я даже не могу вилку держать.
— Сколько голосов ты собрал? Так спросил бы твой отец.
— Немного собрал. Трудно сказать точно. Люди здесь не привыкли улыбаться — наверное, потому, что слишком холодно. Ты не поверишь, Джеки тоже здесь со мной. Она пользуется большим успехом, чем я.
— Охотно верю. А вообще тебе приходится не сладко.
— Ну, ты и сам знаешь, как это бывает… Единственный смешной случай, один-единственный. В Ашленде, там такой собачий холод, что пописать нельзя на улице — яйца отморозишь. Так вот, подходит ко мне парень и спрашивает: “Это правда, что вы родились в рубашке, что ваш отец миллионер и вам ни разу в жизни не приходилось заниматься физическим трудом?” На улице так холодно, что спорить абсолютно не хочется, и я говорю: “Да”. Он протягивает мне руку и говорит: “Я хочу пожать вашу руку, сенатор. Позвольте сказать вам — вы ничего от этого не потеряли!”
Мы оба рассмеялись. От рассказанной шутки Джек немного повеселел: он был одним из немногих общественных деятелей, которые умеют посмеяться над собой.
— Было бы замечательно съездить на несколько дней в Палм-Бич, — сказал он. — Немного оттаять.
— А это возможно?
— Только в том случае, если проиграю. Если выиграю, тогда в ближайшее время не получится. Но я не проиграю. Как там Калифорния?
— Браун поддерживает тебя на все сто процентов. Разумеется, пока ты не начнешь проигрывать на предварительных выборах…
— Это ясно. — Он вздохнул.
— Джек, сегодня утром я виделся с Мэрилин.
— Да? О Боже, как мне хочется, чтобы она сейчас была рядом со мной. Она бы отогрела меня гораздо быстрее, чем бутылка виски.
— Вообще-то она тоже этого хочет. Хочет быть в Висконсине, с тобой.
— Как у нее дела?
— Сейчас у нее тяжелый период.
— А кому сейчас легко?
— Ей очень плохо, Джек, я говорю серьезно.
Последовала долгая пауза; должно быть, он настолько выдохся, что ему трудно было сразу переключиться на несчастья других.
— Что случилось-то? — осторожно спросил он.
— Ты слышал о ее романе с Ивом Монтаном? С певцом из Франции?
— Ну а как же. Джеки постаралась, чтобы я знал все подробности, — ответил он.
— На ее семейной жизни это сказалось не лучшим образом, как ты понимаешь.
— Понимаю, — угрюмо произнес он. “Кто-кто, а уж он-то знает, что это значит”, — подумал я про себя.
— Она боится, что ты тоже сердишься на нее. Что ты не простишь ее.
— О Господи. Мэрилин не из тех женщин, что сидят дома и занимаются рукоделием или стряпают для своих мужей. Если ты хочешь, чтобы она принадлежала только тебе, ей нужно уделять много времени, а у меня его нет. Наверное, у Миллера тоже нет для нее времени, несчастный мужик… Передай ей, что я простил ее. Нет, лучше скажи, что мне не за что ее прощать.
— Думаю, она предпочла бы услышать это от тебя самого.
Он опять замолчал.
— Это будет сложновато, — ответил он. — Джеки повсюду ездит со мной. Сейчас я один, потому что она принимает ванну, но я не хочу, чтобы Мэрилин начала звонить мне в любое время дня и ночи. А с нее станется.
— Тогда сам позвони ей. Она в отчаянии, Джек.
— Я и забыл, что ты у нас сентиментальный, Дэйвид. Поэтому ты никогда не станешь настоящим политиком. — Джек говорил отрывисто, с раздражением в голосе, как его отец. Должно быть, он почувствовал это — и сразу извинился. — Прости, — сказал он. — У меня был длинный, тяжелый день. Если б ты был здесь, ты бы и сам понял.
— Да я понимаю. И не обижаюсь. Слушай, Джек, ты победишь. Это самое главное. Но ты все же позвони ей.
— Передай, что я позвоню ей завтра в полдень, по их времени, хорошо? — проговорил он быстро. На другом конце провода послышался какой-то шум. — Вот и Джеки пришла, — бодро сказал Джек. — Она передает тебе привет, Дэйвид.
— Ты ей тоже передай от меня. Скажи, что здесь очень тепло. Плюс двадцать один.
— Джеки, Дэйвид говорит, что в Лос-Анджелесе плюс двадцать один. — Он говорил оживленно, несколько более оживленно, чем следовало. “Умная женщина наверняка распознает в таком тоне неискренность, — подумал я. — Однако Джеки давно уже привыкла к подобным вещам”.
Я не слышал, что ответила ему Джеки, но в голосе Джека почувствовалась напряженность, и я подумал, что, возможно, он не заметил, как Джеки появилась в комнате, когда мы обсуждали проблемы Мэрилин.
— Да, так вот, Дэйвид, — продолжал он, — нужно организовать в Голливуде комитет, куда входили бы одни знаменитости. — Его голос снова зазвучал твердо, словно разговор о политике сразу же возродил его силы и уверенность в себе. — В этом нам может помочь Фрэнк. Он сумеет привлечь влиятельных и знаменитых людей.
— Я уже разговаривал с ним.
— Хорошо. — Он помолчал, а когда заговорил снова, в его голосе слышались властные нотки, как у его отца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики