науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Оглушенная, я растянулась на земле, ловя ртом воздух, парализованная шоком. Тор пришел в себя раньше меня; он кинулся к Алайну, опустился перед ним на колени и взял старика за руку. Когда Тор поднял глаза, на лице его было написано изумление.
— Он мертв, — без всякого выражение прошептал он. — Так просто… — Тор обратил на меня растерянный взгляд. — Что же это за оружие такое, Блейз? — Ответа от меня он не ожидал; его не интересовали технические подробности, он хотел понять суть и знал, что я помочь ему в этом не смогу.
Шатаясь, я поднялась на ноги, стараясь не смотреть на Алайна. Меня тошнило. У Алайна больше не было ног. У него вообще ниже пупка ничего не было…
— Нужно отсюда уходить, — сказала я.
— Я хочу помолиться за усопших, за Алайна. Я не верила собственным ушам.
— Тор, мир рассыпается в пыль вокруг нас, а ты собрался молиться?
— Для него это очень много значило бы, — просто сказал Тор.
— Тор, но он же мертв!
— Блейз, было время, когда мы с Алайном были очень близки. Я должен это для него сделать.
Я развела руками:
— Да спасет меня Бог от идиотов! — Мне хотелось рассердиться, но перед моими глазами стояла Эйлса, тело которой я прижимала к себе. Теперь я поняла, что люди никогда не ведут себя рационально, когда дело касается смерти. В такие моменты мы оказываемся лицом к лицу с той хрупкой преградой, которая отделает нас от собственной кончины…
Я заглянула за угол ближайшего дома и увидела перед собой настоящий ад. Обстрел Крида разрушал деревню до основания. Люди умирали — по большей части рабы, многие из них совсем еще юные, дун-маги, бывшие силвы. Когда я посмотрела назад, в сторону дюн, то увидела, как из деревни бегут, унося какие-то вещи, другие рабы и как их расстреливают из арбалетов засевшие на вершинах воины Датрика. Серебристо-голубое сияние силв-магии осеняло их кружевной завесой. Мне показалось, что я заметила Мортреда, нанесшего удар по щиту силвов. Багрово-красное столкнулось в серебристо-голубым, вспыхнул яркий свет, посыпались искры… я не смогла разглядеть, устояла ли защита хранителей. Я перевела взгляд на море. Два корабля, которым не грозило ответное нападение подошли ближе к берегу. Они обрушивали на нас смерть с полным безразличием к тому, кто гибнет под их обстрелом. У моих ног упал раб, по лицу которого струилась кровь. Я застыла на месте, потрясенная, дрожащая. Рабы несли самые большие потери. Находясь под действием заклинаний, они утратили чувство самосохранения. Они даже не прятались в укрытия, продолжая делать то, что им было приказано. Я чувствовала себя бессильной. Я хотела сражаться, но не знала с кем.
Тут рядом со мной снова появился Тор. Он, не обращая внимания на опасность, видел перед собой только бойню.
— Да проклянет их Бог, — сказал он тихо. — Да проклянет Бог их всех. — Я не знала, имеет ли он в виду хранителей или дун-магов; может быть, он думал и о тех, и о других. Тор наклонился к лежащему у моих ног рабу и попытался оттащить его к ближайшей стене, которая обещала хоть какую-то защиту. — Блейз, я не могу уйти, — сказал он мне. — Этим людям некому помочь. Некоторые из них истекут кровью, если их не перевязать, а ведь они никому не причинили зла.
Мне хотелось крикнуть ему: «Это не наше дело!» Разве мы не пережили достаточно? Я мечтала об отдыхе. Меня уже просто тошнило от этого всего…
Top даже не заметил того, что я колеблюсь. Он засунул меч за пояс и направился к рабыне, упавшей посередине улицы; женщина пыталась спрятаться под своей рваной юбкой… Внезапно нас окутала странная тишина. Пушки замолчали, ядра больше не разрушали дома, даже крики постепенно стихли. До меня доносился лишь гул огня пожаров, тихий стон из ближайшего дома, жалобные рыдания какой-то девочки… Тор, казалось, не заметил перемены.
— Блейз, ты не знаешь, где можно найти воду?
— Постараюсь принести, — тупо ответила я. Я не хотела там оставаться. Во мне не было такого, как у Тора, сочувствия к страждущим: я всю свою жизнь была окружена нищими и угнетенными. Я давно усвоила, что если хочешь оставаться в живых, нужно бороться, а не делать из себя мученика. Я не хотела умирать в этом сумасшедшем доме дун-магии и смерти. И все же уйти я не могла. Не могла, пока там оставался Тор.
Так что я осталась.
Впрочем, никакой воды я ему не принесла. Я как раз нашла колодец и наполнила ведро, когда, повернувшись, оказалась лицом к лицу с Мортредом и несколькими бывшими силвами-хранителями. Мортред был безоружен, но его телохранители вооружены до зубов. Сначала Мортред, кажется, не поверил, что видит перед собой меня. Когда же он понял, кого видит, он пришел в такую ярость, что даже забыл, что его магия бессильна против обладающей Взглядом: он прибег к заклинанию. Магический удар не причинил мне вреда, но исходящее от Мортреда зло я ощутила. Поняв свою ошибку, Мортред натравил на меня своих бывших силвов, и через мгновение я уже сражалась за свою жизнь; сталь яростно ударяла о сталь, бешеная пляска нападения и защиты скоро должна была лишить меня сил… Я могла только раз за разом отражать удары.
На самом деле спас меня сам Мортред. Почти обезумев от злости, он все творил и творил заклинания, словно надеялся, что защита, которую мне дает Взгляд, даст трещину. Вместо этого он запутал и ослабил своих приспешников, потому что чары, безопасные для меня, на них действовали. Пользуясь этим, я убивала бывших силвов одного за другим.
Повернувшись, наконец, к Мортреду, я увидела такое, что потрясло меня. Я поняла, что вижу перед собой зарождение того кошмара, который он, должно быть, когда-то обрушил на Дастелы. Лицо Мортреда светилось багровым светом, и его ила хотя еще и не достигшая прежних размеров, казалась особенно устрашающей из-за проглядывавшего в глазах колдуна безумия. Именно это дьявольское помрачение рассудка столетие назад сделало невозможное возможным. Я знала, что если Мортреду не помешать, настанет день, когда он снова обретет такую силу.
Я кинулась к нему с поднятым мечом, но он оказался слишком прытким. Мортред окликнул оказавшегося рядом раба, и тот заслонил колдуна, а потом с безумной яростью накинулся на меня, норовя разорвать на части голыми руками. Я попыталась отогнать его мечом, но заклинание совсем лишило его рассудка. Когда я случайно ранила его в руку, он словно не заметил, — упав на землю, продолжал пытаться схватить меня зубами. Пришлось сильно ударить его ногой по подбородку — только тогда он угомонился. Впрочем, разницы для меня это не составило: на смену тому рабу прибежал другой, которого магия заставила искать смерти от моего меча. Мортред все время следил за происходящим, метался по улице и науськивал на меня все новых рабов и рабынь. Он знал, что делает: в его силах было натравить на меня десятка два бедолаг, и они задавили бы меня просто числом. Однако даже в том кошмаре, который тогда царил в Криде, Мортред стремился к другому: он хотел заставить меня страдать. Он прекрасно знал, как ненавистна мне необходимость уничтожать невинных, видел, как стараюсь я не убивать и не калечить, — и смеялся, видя мое отчаяние.
Я могла думать только о том, что пока Тор спасает жизни, я их отнимаю.
Тут я заметила руку Мортреда — его левую руку. Три уцелевших пальца скрючились, хотя только что были прямыми. Даже отбиваясь от рабов, я все же успела подумать о том, что бы это могло значить. Что говорили о Мортреде Безумном старые легенды? Он захотел слишком многого, слишком напряг силы, и это на время исчерпало его магический дар. Я ведь и сама предположила, что причиной его уродства стала его собственная неуправляемая магия: она искалечила его тело подобно тому, как сейчас искривила пальцы. Мортред слишком щедро тратил силы, и магия начинала выходить из-под контроля…
Идея, возникшая у меня, была рождена отчаянием и изнеможением. Я убивала людей, которые не заслуживали смерти, и выносить этого я больше не могла.
— Зачем ты так поступаешь? — крикнула я Мортреду. — Ведь это не я уничтожаю твою деревню и твоих людей. Виноваты хранители — вон их корабли! — Я показала на суда, четкими силуэтами рисовавшиеся на темнеющем море. Обстрел прекратился, но я не стала обращать внимание Мортреда на это обстоятельство. — Почему ты не используешь свою магию против них? Или ты так слаб, что потопить пару кораблей тебе не по силам? А ведь когда-то ты отправил на дно морское целый архипелаг — Дастелы! Что с тобой, Мортред? Я-то думала, что ты самый великий из дун-магов! — И так далее. Подобные насмешки не тронули бы человека в здравом рассудке, но Мортред уже перешагнул границу безумия. Да, он оставался сообразительным, да, он оставался хитрым; но разум изменил ему, когда он увидел, как все, ради чего он трудился, высыпается у него между пальцев, словно песок. Силвы, на превращение которых в себе подобных он потратил столько сил, умирали вокруг него… Теперь Мортред был во власти собственного безумия.
Он сделал то, что я предложила. Бросив приказ двоим бывшим силвам разделаться со мной, он повернулся к кораблям хранителей и обрушил на них всю свою мощь.
Я похолодела. Что, если магическая защита кораблей окажется недостаточной? Защищены они были, я собственными глазами видела серебристо-голубую филигрань, которая затягивала их от верхушек мачт до ватерлинии, — но что, если этого окажется мало? Но, если я ошиблась и Мортред вовсе не растратил магическую силу? Если мой расчет неправилен, то и хранители, и Флейм могут погибнуть. Тот факт, что три пальца Мортреда снова скрючились, едва ли можно было считать несомненным доказательством того, что колдун теряет власть над собственными заклинаниями. Я поставила на кон жизни других людей… Будь у меня время подумать, я никогда не стала бы так дразнить Мортреда. Я никогда не рискнула бы столькими жизнями, в том числе жизнью Флейм, всего лишь на основании догадки. Даже теперь я иногда просыпаюсь по ночам в холодном поту, представляя себе, как мал был шанс выиграть… и гадая: сделала ли я это, просто чтобы спасти себе жизнь? Может быть. Я не знаю. Когда на тебя наваливаются усталость и страх…
Всего, что потом произошло, я не видела.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики