ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Как бы там ни было, брат Клеменсо стал герцогом Коссимио I, и в 1049 году прелестная Корассон Грихальва стала его любовницей. Они также проводили много времени в том поместье, где брат Коссимио и кузина Корассон были когда-то так счастливы. В 1052 году Коссимио купил это поместье для своей любовницы, и они прожили в нем почти год. Больше не было разговоров об изменении состава правительства или о войне с Пракансой. Государственные дела утомляли Коссимио, и он оставил их своим советникам, в число которых, к счастью, входил талантливый Тимиус Грихальва, сводный брат Корассон, который в один прекрасный день должен был стать Верховным иллюстратором.
В 1058 году Корассон погибла, упав с лошади. Коссимио, потрясенный, вернулся в столицу и с головой ушел в работу, чтобы заглушить свое горе. Вскоре он женился на Кармине до'Праканса – младшей сестре той самой принцессы, которая предназначалась в жены его брату, и правил после этого еще тридцать семь лет. Он ни разу не бывал ближе чем в сорока милях от поместья, принадлежавшего теперь Грихальва и называвшегося Корассон. Когда Коссимио умер, оказалось, в его “Завещании” было специально оговорено, чтобы сердце его похоронили рядом с давно погибшей любовницей. Великая герцогиня Кармина, которая никогда не слышала даже имени Корассон, не то что историю вечной любви своего мужа к другой женщине, приказала вынуть сердце Коссимио, как он сам того пожелал. Потом своими собственными руками она выбросила его в одно из самых глубоких болот в Лагго Соно.
– Какая ужасная история! – воскликнула Мечелла.
– В ней есть весьма прискорбные моменты, – признала Лиссия.
– Лучше бы ты мне этого не рассказывала. Я теперь глаз не сомкну в этом ужасном месте.
– Не надо винить в этом дом, Челла. Корассон – чудесный уголок, хоть мы и не увидим его в то время года, когда он выглядит лучше всего. И дом очень удобный, несмотря на то что такой старый. Это место создано для любовников… – Она вздохнула. – Мы с Ормальдо провели там несколько ночей по дороге в кастейский замок, сразу после свадьбы. Думаю, тогда-то я в него и влюбилась.
Когда Мечелла увидела Корассон, она тоже влюбилась – это место покорило ее вопреки всяким предчувствиям. Неприятные ассоциации сразу выветрились из головы. Ей казалось родным буквально все: островерхие башни с причудливыми амбразурами, голые по зимнему времени стебли вьющихся роз и огромные древние дубы, сводчатые окна и маленькие круглые башенки. Все это напоминало гхийасские замки ее детства, не хватало лишь рва и подъемного моста, но этот замок был построен не для войны.
– Не помню ни его прежнего названия, ни имени того, кто его построил, – сказала Лиссия, когда их экипаж прогрохотал по аллее и остановился у входа в дом. – Ты можешь сказать, что все эти башни и бойницы выглядят нелепо, как будто дом пытается притвориться замком, – но это красиво.
Кабрал помог им выйти из экипажа.
– Счастлив приветствовать вас в самом очаровательном из всех поместий, принадлежавших нашей семье, – улыбнулся он. – Но вам придется поторопиться и обойтись без экскурсии по саду – по-моему, скоро пойдет дождь.
Дождь действительно пошел и продолжался целых три дня, превратив дороги в трясину. Мечелла все это время исследовала старый дом в компании Лейлы, чей острый язычок одновременно смущал и восхищал ее.
– Совершенно скандальное место, даже если забыть о его истории, – заявила Лейла, когда они рассматривали роспись потолка столовой: множество едва одетых парочек на лесной поляне. – Кабрал говорит, что тех двоих в центре принято считать Клеменсо и Саалендрой. Я лично, заходя в любую комнату в этом доме, не могу удержаться от мысли, что в ней могли предаваться любви Коссимио и Корассон.
– В столовой?
– Этот стол такой большоой, – протянула Лейла, и Мечелла невольно рассмеялась.
– И пыльный, надо сказать. – Девушка прочертила пальцем узор по поверхности стола. – Теперь здесь никто не живет, только дворецкий и несколько садовников. Их дома там, дальше по дороге. Бедный, заброшенный Корассон!
Мечелла прошлась вдоль ряда стульев с плетеными спинками, рассматривая вышитые на сиденьях цветы, и не смогла найти двух одинаковых букетов.
– Как грустно, что этот дом, знавший столько веселья, сейчас пустует. Хоть кто-нибудь приезжает сюда? Я хочу сказать, может быть, Грихальва используют этот дом так же, как до'Веррада – Катеррине?
– У этого дома есть еще одна особенность. Никто не может зачать ребенка под его крышей.
– Ты смеешься надо мной! Все любовницы и так бесплодны!
– Нет, ваша светлость, я говорю серьезно. Слуги-то всегда рожают, верно? Но ни одна служанка не забеременела в этом доме. Поверьте мне, их специально расспрашивали. И каждый раз они клянутся, что предавались любви где угодно, – в лесу, в амбаре, в одном из домиков, только не здесь. Можно даже подумать, что на дом ниспослано какое-то заклятие, предохраняющее от беременности.
Мечелла рассмеялась.
– Я могу сочинить об этом сказку. Первая хозяйка этого дома была настолько скверной и злой, что издала указ: каждая женщина, зачавшая ребенка под этой крышей, будет предана смерти. Чтобы обеспечить выполнение своей воли, она договорилась с какой-нибудь старой ведьмой или колдуном.
– Потому что муж ее поглядывал на сторону и где бы они ни жили, всегда происходил скандал из-за какой-нибудь служанки, – подхватила Лейла, включаясь в игру.
– Здорово, я об этом не подумала.
Мечелла стояла, держась руками за спинку стула.
– Хозяйка объявила всем служанкам, что за судьба их ожидает. Конечно, любовь не запретишь, но стоило какой-то служанке отрастить живот, как ее тут же казнили.
– Как ведьму, – добавила Лейла. – Ведь заклятию, наложенному на дом ведьмой, могла противостоять только другая ведьма.
– Но время шло, и ужасная женщина поняла, какую совершила ошибку. Она перепутала слова в заклинании и вместо “служанка” сказала “любая женщина”. Поэтому у нее самой тоже не было детей в наказание за ее злость.
– И по сей день с тех самых пор любая женщина, живущая в Корассоне, может зачать ребенка где угодно, но не под его крышей! – заключила Лейла и захлопала в ладоши.
Они пошли дальше осматривать дом. Мечелле до смерти хотелось узнать, приезжали ли сюда Арриго с Тасией, но она не могла решиться спросить об этом. Лейла ей очень нравилась – и сама по себе, и потому, что была сестрой Кабрала, но обсуждать с ней столь личные вопросы Мечелла не считала возможным.
В сыром коридоре, ведущем в музыкальный салон, Лейла вдруг небрежно сказала:
– Последний визит до'Веррада в это поместье едва не закончился несчастьем. В конюшнях начался пожар; и отец Великого герцога Коссимио чуть не погиб, пытаясь спасти свою любимую лошадь. После этого он возненавидел Корассон, купил Чассериайо, и с тех пор ни один до'Веррада не приезжал сюда.
Таким образом Мечелла получила ответ на свой вопрос, не задавая его. Арриго никогда не бывал здесь. Есть в Тайра-Вирте хотя бы одно место, которого он никогда не видел. Эта идея понравилась Мечелле: она сможет рассказать ему что-то новое о его собственной стране. Остаток дождливого утра Мечелла посвятила дотошному изучению дома, вплоть до мельчайших деталей отделки, чтобы лучше описать Корассон, когда они вернутся домой.
Вся беда в том, что чем дольше Мечелла смотрела на Корассон, тем явственнее представляла себе, что это и есть ее дом. Его архитектура напоминала столь дорогие ее сердцу огромные гхийасские замки. Ей нравилась планировка: комнаты здесь были приспособлены для нормальной жизни, отличаясь мягким изяществом, а не церемониальной пышностью. Ей нравился огромный сад, обещавший пышное цветение роз и других цветов, нравились огромные деревья и маленькие садики, спрятанные за многочисленными углами необычного здания.
Но больше всего Мечелле пришлось по душе, что, едва увидев Корассон, она уже могла представить себя его хозяйкой. Себя, Арриго и их детей.
Корассон был построен не для войны. Что бы там ни говорила Лиссия, не был он задуман и как любовное гнездышко. Это был дом для семьи. Достаточно увидеть шестнадцать спален второго этажа, чтобы понять: жить здесь должны муж, жена и куча детишек.
Стыдно, что Грихальва – а кто они такие, если не огромная семья, – не использовали Корассон как должно. Мечелле казалось, что дом скучает без счастливой семейной пары, без множества детей с их няньками и учителями, без игрушек, забытых на ступенях лестницы, без пони в конюшнях и путающихся под ногами собак, без смеха, игр и даже ссор, то есть без обычной веселой суеты провинциального дома. Сама Мечелла никогда такого не видела, даже в домах своих подданных. Она лишь предположила, что именно так существовала семья Лиссии в кастейском замке, когда был жив граф Ормальдо. Что-то в этом роде должно было происходить и в Палассо Грихальва – еще бы, там столько детей! Но, построенный для счастливой семейной жизни, Корассон был заброшен и пуст.
– Как ты думаешь, Кабрал, – сказала Мечелла однажды вечером, когда все они сидели в столовой и ждали Лиссию, – согласится ли твоя семья продать Корассон?
– Продать?
Его брови поползли вверх от удивления. На другом конце стола Лейла подавилась смешком.
– Простите меня, ваша светлость, но Грихальва вот уже в течение двух поколений пытаются избавиться от поместья!
– А теперь ты это сделала, – ухмыляясь, упрекнул ее Кабрал.
– Что она сделала? – спросила Лиссия. Она появилась в проеме двери и поспешила занять свое место за столом. – Давайте тарелки. Я умираю от голода и не намерена дожидаться ваших мальчишек.
– Я хочу купить Корассон, – объяснила ей Мечелла.
– А моя глупая сестра, – добавил Кабрал, – только что рассказала ей, что он вот уже лет пятьдесят как продается, только покупателя не нашлось!
Лиссия радостно засмеялась.
– До чего же выгодную сделку ты заключишь, Челла! И какую шутку мы сыграем с Вьехос Фратос!
Лейла, вздохнув, посмотрела на брата.
– Похоже, графиня никогда не простит нашу семью.
– Не могу понять почему, – сказал он невинным тоном.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики