науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Большего и не предлагайте. Пять процентов и – ни цента сверху. Я человек не жадный и к близким людям отношусь с должным уважением.
– Позвольте, милейший! – пришел наконец в себя Лев Исаакович. – Мы – говорим не о мешке картошки! Пять процентов – сумасшедшие деньга!!! Вы хоть представляете себе, сколько это?!
– А вы? Вы задумывались хоть на минуту, что ждет вас в случае неудачи на границе? Да вас растерзают таможенники, не отходя от кассы! Или, чего доброго, на территории ФРГ случится неприятность… Вот жалость-то будет! – Последние две фразы прозвучали скрытой угрозой. И Краманский-Горлов прекрасно понял истинную суть сказанного.
– Вы хотите сказать, что теперь, когда я ввел вас в курс моих проблем, вы не оставите меня в покое и все равно получите с меня эти пять процентов? – затравленно спросил он.
– Уважаемый, – мягко заговорил Бизон, – согласитесь, что гораздо выгоднее заплатить мне эти деньги, чем поиметь крупные неприятности и в результате потерять все. Более того, воспользовавшись моими услугами, вы не потащите эти камни с собой, а получите их непосредственно в Мюнхене. Мои люди переправят их туда. Но оплата их труда не входит в означенные пять процентов…
– Назовите сумму целиком. Сколько к требуемым пяти я должен буду заплатить?..
Лев Исаакович понял, что обречен. Засветившись со своими камнями перед Серегиным, он сам предложил себя на роль дойной коровы. Игорь Иванович не отступится. А если отказаться от его услуг? Нет. Этот номер не пройдет. Старик подставит его на границе. Лучше уж платить.
– У вас есть доверенное лицо в Германии? – спросил Бизон.
Краманский-Горлов кивнул.
– Замечательно. Здесь вы платите мне пять процентов от стоимости всех камней. Это – лично мне, как носителю весьма опасной для вас информации. Плюс два процента – вознаграждение людям, которые возьмутся переправить алмазы за рубеж. Далее. Как только ваш человек принимает там камни, вы здесь, в Ленинграде, выплачиваете мне еще два процента. Так будет честно.
– Ну, знаете ли!..
– Три процента! – жестко повысил требования Бизон. – И не советую упрямиться. А потом и сами можете катиться на все четыре стороны. Вы ведь свалить за бугор надумали? Я угадал?..
После того как были оговорены все детали, Игорь Иванович покинул дом Краманского-Горлова. Тот, провожая гостя, пробурчал подавленно себе под нос:
– До свидания. Надеюсь на вашу порядочность.
– Угу, – так же еле слышно ответил Бизон.
Какая, к черту, порядочность! Сделка обещала немалый доход. Все равно теперь этому еврею деваться некуда. Подумаешь, ограбленным себя считает! Перетопчется. Эх, с волками жить…

Узбекская ССР. Ташкент

– Уважаемые пассажиры! Наш самолет произвел посадку в аэропорту столицы Узбекской Советской Социалистической Республики городе Ташкенте. Температура за бортом плюс сорок два градуса по Цельсию. Командир корабля и экипаж желают вам всего доброго. Просьба не забывать на местах личные вещи. Первый салон приглашается к выходу. Благодарю за внимание!
Бортпроводница белозубо улыбнулась и, заученно качнув бедрами, одернула шторку тамбура.
– Ох, я бы ей!.. – плотоядно воскликнул сосед Монахова. – Как считаешь, а?
Иннокентий Всеволодович брезгливо скривился.
– Ну-ну, – усмехнулся сосед. – Кто-то любит апельсины, а кто-то ящики из-под них. Давай на выход. Тебя ждут. И – без глупостей…
Шагнув с трапа на бетон взлетно-посадочной полосы, Иннокентий Всеволодович почувствовал, как нестерпимая жара ударила в голову. С непривычки желтые круги поплыли перед глазами. Но все климатические неудобства мгновенно отступили перед опасностью, подстерегающей его сразу за пределами салона самолета.
К чему Багаеву понадобилось подставлять своего агента ташкентским оперативникам? Точный ответ на этот вопрос знал только сам генерал Багаев.
…Пройдя с группой других пассажиров, прилетевших из Ленинграда, через галерею номер два к выходу в город, Монахов бросил взгляд через стеклянные перегородки в сторону автостоянки и сразу заметил встречающих его людей. Возле темно-вишневой «девятки» покуривали двоюродный брат корейца и еще один, неизвестный ему парень лет двадцати пяти. Оба пристально всматривались в толпу прилетевших, отыскивая глазами Иннокентия Всеволодовича. По предварительной договоренности он сам должен был подойти к ним. Но сделать этого не успел. Едва он пересек распахнутые двери здания аэропорта, как был зажат с двух сторон крепкими молодыми людьми.
Один из них без лишней суетливости перехватил под локоть его руку, держащую кожаный саквояж, и тихо, но строго предупредил:
– Не вздумайте уронить чемоданчик, Иннокентий Всеволодович.
Монахов инстинктивно дернулся. Нет, он и не пытался оказывать сопротивление. Смысл? Все равно скрутят. Исключительно от неожиданности он сделал резкий шаг в сторону. И тут же почувствовал, как запястье пронзила острая боль. А тот, кто придержал его на болевом приеме, успел подставить снизу под саквояж свою вторую, остававшуюся свободной руку: чтоб действительно не выронил чемодан. Другой, что шел слева от Монахова, подстраховал его руку с «дипломатом» и тоже подал голос:
– Сказали же – не дергайся. Один хрен, на видео пишут. Так что влип ты, дядя. Душевно влип.
Его повели к припаркованной особняком от других машин серой «Волге». Заднее стекло ее было задернуто белоснежными шторками. Садясь в салон, Монахов успел заметить, как побледнели и вытянулись лица у людей корейца Кима. Они тут же прыгнули в свою «девятку» и поспешили убраться из зоны аэропорта. Серая «Волга» еще только тронулась с мебта, а темно-вишневого автомобиля уже и след простыл.
Те, что «приняли» Монахова при выходе из здания аэропорта, сели на заднем сиденье по обе стороны от него. Водитель, выруливающий в сторону моста, ведущего в город, даже не оглянулся. А человек, расположившийся впереди справа, обернулся и с улыбкой представился:
– Подполковник милиции Бурханов. Главное управление внутренних дел. Можно просто – Алишер Ганиевич.
– Очень приятно… – еле разомкнул губы задержанный.
– Иннокентий Всеволодович Монахов, если не ошибаюсь? – улыбнулся подполковник.
– Не ошибаетесь. Но… по какому праву?! – попытался разыграть возмущение Монахов. Видимо, у него это плохо получилось, потому что все присутствующие дружно рассмеялись.
– Право у нас одно – Уголовно-процессуальный кодекс. И закон один – Конституция. Посему плохи ваши дела…
– Не понимаю, о чем вы. – Монахов помнил наставления своего неслучайного попутчика – идти в отказ. – Я не совершил ничего противозаконного! Я требую!..
– На параше будешь требовать! – резко оборвал его Бурханов. – Приедем в управление, вскроем твои чемоданчики… При понятых, разумеется, все как положено. Кино тебе покажем, которое в аэропорту сняли, когда ты с этими самыми чемоданами к стоянке выходил. А там поглядим, кто кому права будет качать.
– Вы за это ответите!
– Заткнись до поры.
Подполковник отвернулся. «Волга» прошла по Новополторацкой и вышла на улицу Чехова. Дорога от аэропорта до здания ГУВД заняла не более пятнадцати минут. Тормознули у самого входа. Вывели из машины, придерживая под руки, и, проведя через просторный и прохладный холл, втолкнули в лифт. Бурханов нажал на кнопку с цифрой «два». На втором этаже располагалось Управление уголовного розыска.


* * *

…Виталий Ким и Соленый пока еще не знали о задержании Иннокентия Всеволодовича в аэропорту. Отправив людей встречать Монахова, они ждали его прибытия с минуты на минуту. Ждали, как никогда раньше, потому что их дела в Средней Азии шли из рук вон плохо. Монахов лее представлял «фирму» Бизона, обретавшегося в Ленинграде и имевшего в криминальной среде Союза немалый вес. На поддержку Серегина они очень рассчитывали. Больше ждать помощи ни от кого не приходилось…
– Виталик, я совершенно ничего не понимаю! Все летит к чертовой матери! Все, что столько лет собиралось по крупицам, строилось и налаживалось!
– А что здесь понимать?! Кислород, суки, перекрывают. Выжить хотят.
Соленый и Ким сидели в доме последнего и обсуждали события, происшедшие на плантации опиумного мака.
– Ты хоть предположительно можешь сказать, кто осмелился на такой борзый налет? – спросил Соленый.
– Понятия не имею. И думаю, придется от сюда убираться…
– Куда убираться?! Ты что несешь; братан?!
– Куда глаза глядят. Задавят нас местные.
– Ну-у! Ты совсем раскис! Блин, поставим на уши этих черножопых, раскопаем Султанова и повесим на площади Дружбы Народов!
– Не духарись, Соленый. Не тот случай. Ты еще кое-чего не знаешь. Иван из Москвы наколку дал. Под нас копают. Причем сильно. От души.
– Так надо с тем же Иваном и переговорить. Пусть позатыкает хавальники! Он же, бля буду, целый генерал! На хрена мы в него уйму денег вбухали, чтоб он теперь руки разводил да наколки лажовые давал?!
– Не кипятись. Он делает все, что может. Но по регионам, не только в Узбекистане, а вообще по всему Союзу, идет подготовка к какой-то херне типа отделения от Москвы.
– Да брось! – недоверчиво посмотрел на него Соленый. – Быть такого не может!
– Боюсь, что может. Не знаю, правда, когда именно это случится. Но тот же Багаев уверен, что рано или поздно Узбекистан выделится в независимую страну.
– Да в какую, на хрен, страну?! Они ж помрут без России!
– Экий ты уверенный во всем. Вроде старый битый мужик, а как что скажешь, так я и сомневаться начинаю.
– В чем?
– Хреноватенько ты сечешь в политике. Глянь вот только на наши дела. Сколько товару за последний год ментами перехвачено?
– Ну.
– Что «ну»?! Гну! – взвился кореец. – В три раза больше, чем за все прошлые годы! Сколько людей наших пропало?! Какие убытки мы несем?! А завод?! Твой же консервный завод в Келесе сгорел дотла!
Тут Соленый призадумался. И было над чем. Кореец прав. Все происходящее случайными неудачами никак не назовешь. Что бы они ни предпринимали, куда бы ни сунулись, всюду натыкаются на непреодолимые препятствия. Не срабатывают ни деньги, ни связи. Любая мало-мальски серьезная операция по переброске наркотиков проваливается.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики