науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Сетчатка вашего глаза не может выдержать этого! Она застигнута врасплох, бедняжка! Она трепещет! Она восстает! Она хочет понять!
Толстый показывает на огромное, распухшее, посиневшее, вздувшееся, глянцевое, водянистое, пористое, раздутое, круглое, как подушка, и увеличенное в десять раз колено:
– Вот предмет, – говорит он мне. – Что скажете?
Я рассматриваю колено. Берю рассматривает меня. Мы оба задумываемся.
– Следовало бы сделать прокол! – заявляю я. – Там полно воды!
Он нахмуривается.
– Я не туалетный бачок, – мрачно произносит он. – Я воду люблю в анисовом ликере, и точка!
Затем он внезапно замолкает. Один глаз у него становится больше другого! Он медленно, не спуская с меня глаз, почесывает колено.
– Снимите-ка ваши окуляры, дружище, – просит он.
Я подчиняюсь. Толстый качает головой.
– Хорошо, благодарю вас, вы можете вернуться на место!
Я было подумал, что он узнал меня, но нет. Цвет кожи и усы сбили его с толку.
Берю медленно натягивает штаны. Под его взглядом императора Рэкса кудахтанье в зале прекращается; он гасит его, как струей из брандспойта.
Большим и указательным пальцем он потирает мочку уха. Ураганный гнев Берюрье выходит из-под контроля. Усмирить его не сможет никакая система защиты.
– Что же это такое, стоит сделать паузу, – взрывается он, – и вы тут же начинаете бузить! В вашем-то возрасте! И вам не стыдно! Достаточно показать вам мое колено, и начинается черт знает что! Вы мне просто противны. Если бы у меня до такой степени не было развито чувство долга, я бы собрал манатки, и тогда вы бы стали изучать прекрасные манеры с моей ж...!
Он успокаивается, обрадовавшись вдруг какой-то мысли.
– Вы, как дети, – с нежностью произносит он. – Самые настоящие. Покажи вам палец, и вы будете смеяться. Все еще дети! Им говорят о серьезных вещах.. А стоило мне показать им мое колено, как на них будто чума напала. Послушайте, парни, я, конечно, не из похоронного бюро, но мне же надо соблюдать свой стандинг преподавателя. А что сказал бы директор, если бы увидел такой бардак? А я, как бы я объяснил ему такую недисциплинированность?
Умиленные и побежденные, мы хором скандируем:
– Простите, мсье.
Берю подмигивает нам.
– 0'кей, я отпускаю грехи. А теперь давайте рассмотрим, как должен себя вести ребенок в классе.
Он листает свою книгу и время от времени иронически произносит: «Не согласен! Не согласен!», что предвещает нам радость послушать его поправки к тексту.
– Послушайте это, – говорит он, – не отрывая своего здоровенного рубильника от книги. И зачитывает следующий приятный текст:
"В ряде случаев преподаватель, называемый тогда воспитателем или учительницей, прикрепляется к дому.
Его комната располагается рядом с комнатой ребенка, которым он руководит; он вместе с ним ест, прогуливает его и почти всегда не расстается с ним.
За столом или на обеде его обслуживают после других, но перед ребенком.
Правила приличия требуют, чтобы мать присутствовала на уроках своей дочки, если преподаватель мужчина; она также может присутствовать на некоторых уроках своего сына, чтобы повысить свое образование и в случае необходимости помочь сыну при приготовлении домашнего задания.
Нет ничего более прекрасного, чем молодая мама, с трудом осваивающая систему склонения по падежам в латыни, чтобы оказаться полезной своему ребенку.
Эти усилия не напрасны, так как сыновья сохраняют в душе уважение и почтение к своей матери, которые ничего не может замарать".
Берю останавливается, чтобы перевести дыхание.
– Вы сами видите, что не нужно принимать за чистую монету все, что написано в книжках! Один воспитатель для одного единственного ученика, да это же скандал в нашу эпоху, когда система образования докатилась до того, что школьных учителей стали набирать из полковников! Хотя, с другой стороны, это прекрасно характеризует менталитет этих ушедших времен. Учитель, который на краю стола трескает объедки! А мадам, которая присутствует на уроках, чтобы защитить девственность так называемой мадемуазель! Вы представьте только, как, должно быть, блестели гляделки у этой дамы, когда она смотрела на этого красавчика лиценциата в то время, когда он вел урок. А какие сногсшибательные вещи творились в соседнем будуаре, когда у пацана была перемена. Малого виконта отправляли в сад пожевать бутерброды и проветрить легкие. А ловкий учитель, в то время как слуги скребли полы, а месье хозяин жарил в городе свою танцовщицу, заставлял хозяйку повторять на своей манер склонение падежей в латыни и в дополнение к программе глаголы первой группы: я тебя люблю, я тебя целую, я тебя ля-ля-ля! Неплохое местечко для смекалистых мужиков, у которых немножко жжет внизу живота, я думаю!
Он пожимает своими мощными плечами кетчиста и со смаком еще раз читает последний абзац:
«Эти усилия не напрасны, так как сыновья сохраняют в душе уважение и почтение к своей матери, которые ничего не может замарать».
Он долго и мрачно смеется, от чего его физиономия теряет свою привлекательность.
– Моя старушка не только не знала, что такое склонение в латыни, но даже не умела читать по-французски. И при всем при этом я не перестал ее уважать, парни. И хотя она не помогала мне делать уроки, я ее по-прежнему почитаю. Да, по-прежнему.
Он вытирает две крупные мужские слезинки честного человека, высмаркивается и продолжает с пафосом:
– Если верить этим Учебникам, то выходит, что только в свете умеют любить себя и вести себя. И если вы хотите быть культурным, надо нанять воспитателя. Чепуха! В деревне у меня была славная учителка. Ее муженек учил больших ребят, а она недомерков. Право принести ей цветы мы завоевывали кулаками. Раннюю клубнику приносил ей тот, кто первым набирал лукошко. Я даже кролика свистнул для нее из родительского крольчатника, когда однажды ее улыбка ударила мне по мозгам, как сенная лихорадка. Что доказывает, что в деревенской школе, как и в другом месте, тоже умеют играть в деликатность, и часто даже лучше!
Он вздыхает, устремив взгляд в прошлое:
– Я до сих пор ее вижу, эту славную учительницу. Брюнетка, а взгляд такой, что у меня слезы на глаза наворачивались. Однажды она забеременела, и весь класс стал как бы рогатым. Наша печаль возрастала по мере того, как округлялся ее живот. Малыш, которого она вынашивала, был своего рода новеньким, которого она предпочла всем остальным. Своего мальчишку она родила в четверг, потому что была очень добросовестной училкой. На несколько дней два класса объединили вместе, и с нами занимался ее муж. Моя мать испекла торт для дамы. Когда я принес его учителю, он сказал мне: «Дорогой Александр-Бенуа, поднимись к ней и сам преподнеси торт». Я ног под собой не чувствовал от радости, пока поднимался на второй этаж. Тем более, что это было первое мое посещение их квартиры. Для меня это было таинство. Я постучал, она крикнула, чтобы я входил.
«Сюда!» – позвала она каким-то ватным голосом.
Я толкнул другую дверь, в ее комнату. Если бы вы только видели, какая она была бледненькая в своей постели! Ее сосунок сосал ее грудь. Я чуть было в обморок не упал, когда увидел, с каким остервенением этот обжора впился в эту прекрасную с синеватым оттенком сиську. По позвоночнику прошел озноб.
Ничего не соображая, я положил торт на кровать. Меня качало, как пьяного. Я запомнил только запах, запах только что родившихся крольчат.
«Очень мило, Александр-Бенуа. Передай спасибо твоей маме».
«Да, мдам».
«Садись».
Какой кошмар! Я сел прямо на торт. Шоколадный торт с кремом. А тогда мне показалось, что я сел на перину.
«Ты хорошо выучил таблицу умножения?» – спросила она меня, пока ее ненасытный сынок доил ее, как дикарь.
«Да, мдам».
«Расскажи ее мне!»
В таблице умножения, за исключением цифры "5", я никогда не был суперменом. Ну, я и стал рассказывать на цифру "5". Она рассмеялась. Она догадалась, что я выбрал самое легкое, но со своим дитем у груди она была сама благожелательность. А я, еле ворочая языком, блеял, что пятью пять будет тридцать пять! Я хотел ей выдать что-нибудь по первому классу, самое трудное, например, таблицу на "9". Но это было бы слишком рисково!
«Очень хорошо, Александр-Бенуа».
Мне захотелось стать ее дитем и присосаться к другой труди. Не потому, что я развратный человек, нет, а потому, чтобы стать ближе к ней, стать ее вещью, иметь больше права любить ее.
Я пробормотал «до свиданья». Ноги у меня дрожали, когда я спускался по лестнице. И тем не менее я гордился, что мне оказали такую честь. Я возвращался в класс гордый, как вша. Я говорил себе, что я их всех переплюнул, моих дружков-приятелей, что я навсегда обеспечил себе положение вожака. Я уже посматривал на них свысока. От гордости у меня мутилось в глазах. Но когда я вошел в класс, они стали тянуть вверх руки, щелкать пальцами и вопить во все горло: «Мсье, мсье! Берюрье нас... в штаны».
Торт!
Он улыбается, вспоминая те далекие дни, и прочищает горло.
– Я немного уклонился от темы, но я хотел вам сказать, что для формирования индивидума нет ничего лучше, чем деревенская школа. Это единственный момент в жизни, когда люди по-настоящему равны, за исключением небольшого умственного неравенства, которое их разделяет. У меня не было способностей. Однако я сохраняю самые теплые воспоминания об этом времени. Я очень любил свой класс с развешанными по стенам картами Франции и высушенными травами, наклеенными на черный картон. Я помню, что у нас было дежурство по чернильницам. Чернила в то время были фиолетовыми. Однажды подошла моя очередь доливать в чернильницы. Я не был таким ловким, как бармен, поэтому все время переливал, и при неосторожном движении чернильницы могли пролиться. Поэтому лишние чернила я отпивал. И рот у меня был весь фиолетовый. Когда я в тот день пришел из школы домой, моя мать подумала, что я подцепил какую-то ужасную болезнь. В то время как раз много болтали о голубой болезни. Чтобы привлечь к себе интерес, я сделал вид, что мне плохо. Отец быстро запряг лошадь и, повез меня к врачу. Мой папаша представлял себя Бен Гуром и во всю мочь гнал лошадей, опасаясь, что я могу испустить дух в дороге.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики