ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Вот из-под земли больше никого доставать не надо, – ответил Е. Банину голос из сотового. – Нам бы здесь, на земле, со своими проблемами разобраться.
КОВРИК ДЛЯ МЫШКИ
И ОДЕЯЛО ДЛЯ ТАРАКАНА
Как вы уже поняли, журналистикой я занимаюсь по необходимости, ради хлеба насущного. Я, видите ли, всю жизнь мечтал о карьере литератора. Скажу больше, настоящего Поэта. Именно так, с большой буквы. Открою вам тайну: после того как я ушел с юрфака, я сразу же поехал поступать в Москву. В лит-институт.
Отец, скрипя сердцем, зубами и кожей своего огромного портмоне, отчаявшись загнать меня в юристы или экономисты, выговаривал мне на дорожку:
– Провинциала в столице губят две вещи – женщины и наркотики. Тяга попробовать и то, и другое непреодолима. И то, и другое искушение приводит к денежным проблемам, которые в свою очередь толкают провинциала на преступление. А это либо скамья подсудимых, либо морг. (В этом месте его любимого монолога мама обычно падала в обморок на отцовский кожаный диван.) Хочешь дожить до глубокой старости и стать всеми любимым и уважаемым – сиди дома и не испытывай судьбу.
А потом добавлял:
– Но настоящую карьеру можно сделать только в Москве. Малая родина – это как камень на шее утопающего. Либо ты все-таки выплывешь к новой жизни, либо тебя навсегда утянет на дно, в тину провинциальной жизни.
Проведя в Москве больше года, я даже и не попытался поступить в литераторы. Хотите верьте – хотите нет, но за столь короткий срок я понял, что литературой, той, настоящей, с кипением страстей, полемикой и дискуссиями, поиском нового, здесь давно уже не пахнет. Все: и мэтры, с которыми мне удалось познакомиться и пообщаться, и творческая молодежь, и литературная абитура – относились к литературе как к профессии, и не больше. Разговаривали только о том, в каком журнале и сколько платят гонорара, где и как можно пролезть в какое-нибудь частное издательство, получить премию, грант или стипендию и т. п. Везде существовали свои группки, кружки, заединщики, «обоймы». Везде нужно было стать своим, вписаться в стаю, доказать преданность той или иной журнальной мафии.
В Москве я захандрил.
Стану ли я умнее за эти пять лет? Скорее всего, нет, ибо настоящих Учителей жизни нужно искать «вдали от всех парнасов». К чему тогда мне этот «базар житейской суеты»? Почему-то в Москве все люди искусства показались мне искусственными людьми. В столицах люди интересны своей оболочкой. В глуши – содержанием.
Кстати, насчет содержания. Случился со мной в Москве один казус. Да и не казус даже, а… В общем, я единственный в мире человек, который умудрился средь бела дня посрать на Красной площади. А всему виной дороговизна жизни в столице и, стало быть, некачественная закуска. Короче, кто-то из абитуры притащил в общагу три бутылки мятного приторно-сладкого ликера. Из закуски у нас были только соленые огурцы и прогорклое желтое сало. Даже хлеба не было. Ни корочки.
Ну вот, выпили, закусили. И понесло нас всех на Красную площадь. Причем, в отличие от Венички Ерофеева, куда бы я в Москве ни шел, на Курский вокзал там или еще куда, все равно попадал на Красную площадь, на эту малиновую лысину города. Вот там меня и прихватило. А что делать? Туалетов-то нет. Мужики, говорю, пропадаю, пошевелиться не могу, еще секунда – и все, позор на мою седую голову. Рядом – ливневка (решетка, куда стекает дождевая вода). Парни окружили меня со всех сторон, я быстро сел и к-а-а-к дристанул!.. Так один из них еще и сбегал газетку купил – не могу же, говорю я, после поноса сразу штаны надевать. Так я сидел с голой жопой возле самого Кремля, и ничего, даже менты не доебались. Уж не знаю, кого благодарить: Ленина или Господа Бога.
Москва – это богатый город, понял я, наверное, поэтому здесь так много нищих, это город героев, поэтому здесь так много подонков и подлецов. Разбросав свои стихи по нескольким толстым журналам, от нечего делать я неожиданно для себя снюхался с нацболами партии Эд. Лимонова.
Как всегда в моей жизни, не обошлось без этого самого «шерше ля фам»: сначала я несколько раз вошел в одну молоденькую студентку-москвичку (как выяснилось в постели, она была активисткой-«лимонкой»), а затем уже, можно сказать, через ее щедрые на ласки отверстия, в один из летних дней вошел в лимоновский «Бункер».
Но не только это, конечно же, кинуло меня в крепкие большевистские объятия лимоновцев. Провинциал-полукровка, недоделанный интеллектуал-самоучка с непомерными амбициями и с такой же дикой неуверенностью в себе; рефлексирующий и одновременно заносчивый плейбой из захолустья, выродок совковой золотой молодежи; здесь, в гребаной Москве, лежа с бухой, уколовшейся Богом, 18-летней нацболкой-проституткой, мечтающей о горячем обеде, высшем филологическом образовании и мировой революции, здесь, на хате каких-то пробитых хакеров, ночи напролет взламывающих пароли буржуйских фирм и банков, я впервые на полном серьезе задумался: куда тебе теперь?
Куда теперь, собственно, тебе, такому красивому да умному, двигаться? Влево, вправо, прямо по центру? Но левые были теми же правыми, только очень левыми. А правые в своих планах были левее левых плюс американизация всей страны. Все врали, цветасто, горячо, грамотно. Но и их, лево-правых, всегда и неизменно побеждала бессмертная «партия чиновников-бюрократов». Остается только удивляться, откуда сегодня в нашей жизни всплыло столько дерьма? Россия, да ты засранка, что ли? Или это дерьмо тебе откуда-то подбросили?
Здесь, в «сердце родины», я очень сильно, не по-детски, затосковал по честным и прямым людям, по простым и мужественным словам, по конкретным и справедливым делам, без интеллигентских «ужимок и прыжков». Когда теперь я вспоминаю о Московии, я помню себя только отражением в окнах электропоезда в метро. Одним из миллионов подобных же отражений.
«Живи себе навстречу!» – вспомнил я тогда Макса Пигмалиона и пошел искать себя на неведомых дорожках, где еще встречаются следы невиданных зверей.
Так я оказался в московской банде нацболов.
В то же время я регулярно звонил домой и врал родителям, что экзамены сдаю/сдал успешно, что остался/не остался последний экзамен и что мне нужны деньги для того, чтобы снимать квартиру (так как в общаге совершенно нет условий для занятий) и для нормального питания (так как в студенческой тошниловке можно только заработать себе гастрит и/или язву).
Чуть позже я врал им, что уже начались занятия, какие у нас предметы и прочее.
Иногда они сами спрашивали меня, не нужны ли мне деньги? Я не отказывался. Жизнь в Москве начала быстро дорожать.
А самым значительным событием этого периода моей жизни, о котором я вспоминаю с теплотой и нежностью, стало вот что.
РЕВОЛЮЦИОНЕР —
ЭТО ПОКОЙНИК В ОТПУСКЕ!
Мне есть чем похвастаться перед будущими внуками (если они у меня, конечно же, будут). Ведь я участвовал в знаменитой драке нацболов с охраной посольства США в Москве во время ноябрьской демонстрации 199… года.
Охранники были черные, нигеры. На ломаном английском мы пытались объяснить им, что выступаем за равноправие всех народов, несмотря на их цвет кожи. Мы предлагали им послать в жопу своих капиталистов и вновь поднять «черную» волну протеста. Тем более что у них есть боевое оружие.
Негры в ответ на наши пламенные речи попытались отделать нас дубинками. Тогда и началась настоящая Куликовская сеча. Нам отступать было некуда, за нами – Москва.
Я изловчился и хорошим ударом арматурины по голове повалил двухметрового нигера на землю. Остальные блэки удрали за ворота посольства и стали звать подмогу по своим сраным рациям.
Но прежде чем к ним прибежала подмога, мы успели немного попинать продавшегося белым черномазого. И спокойно разошлись по домам. Тут-то нас и сцапали менты.
Участников махаловки раскидали по разным КПЗ. А я, как самый залупистый, угодил в Бутырку.

«НОВАЯ ЛИМОНКА»,№ 31 за 199… год:
«БОйТеСЬ, АМЕриКАНSКИе СукИ,
PySSKИE Идут!»
«Наша газета уже писала о том, что в Бутырской тюрьме томится молодой русский поэт Глеб Н. Он по-мужски, по-русски поставил на место чернокожего американского хама, решившего, что ему все можно на Русской земле, и за это был брошен за решетку. Оккупационный режим вновь показал русским, что они у себя дома – изгои.
Наша предыдущая публикация попала в цель: следователь Мыцыков, ведущий дело Глеба Н., звонил в редакцию и раздраженно спрашивал, откуда нам известен его телефон, который мы опубликовали. Вновь призываем русских людей проявить участие к судьбе Глеба Н. и побеспокоить следователя Мыцыкова. Его телефон: 244-65-26.
Мы требуем защитить Глеба Н. от произвола властей, которые предъявили ему обвинение по статье 282, пункт 2 УК РФ – расизм, срок до пяти лет.
Еще раз напоминаем суть дела. 7 ноября 199… года между Глебом Н. и охранником американского посольства негром Джефферсоном произошел конфликт, причину которого каждая сторона истолковывает по-своему, так как свидетелей практически не было (если не считать нескольких сотен человек из числа прохожих и зевак. – Прим. следователя Мыцыкова), но в итоге побитого охранника американская сторона отозвала в США, а Глеба Н., молодого крепкого русского парня, теперь хотят заживо сгноить в Бутырской тюрьме. За три месяца, проведенные там в нечеловеческих условиях, у него появилось рожистое воспаление ног, мокрая экзема на руках. Его не лечат.
В камере 70 человек, спят в три смены. Русский патриот Глеб Н. уже четвертый месяц спит днем. Там, в этом кровавом месте, Глеба Н. дважды жестоко избивала милиция. Последний случай, о котором мы знаем, произошел неделю назад.
Дело было так. Глеба вызвали из камеры милиционеры – их было трое – и, погоняя пинками и дубинками, заставили убираться в ментовском туалете. Причем мыть пол и унитаз ему приказали зубной щеткой. А когда он попросил нормальную половую тряпку, охранники расценили это как отказ делать уборку и жестоко избили дубинками, называя врагом народа, краснопузым и русским фашистом. Потом отвели его в камеру и сказали смотрящему, что если сокамерники не окажут на Глеба давление, то вся камера будет подвергнута террору.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики