науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Тасайо согласно кивнул, словно решающее слово оставалось за ним:— Ты зришь в корень, первый советник. Если мне будет позволено, досточтимый кузен, я сам займусь подготовкой этого нападения. — Он сверкнул белозубой улыбкой. — Мы без труда узнаем, когда караван Акомы отправится в путь. Нужно только ненавязчиво расспросить корабельщиков из Сулан-Ку да сунуть им пару монет, чтобы держали язык за зубами.Десио еще раз снизошел до похвалы:— Неплохо придумано, кузен. — Он хлопнул в ладоши и приказал явившемуся на зов посыльному:— Привести сюда писаря.Когда за посыльным сомкнулись дверные панели, Тасайо не сдержал досаду:— Кузен, разве можно предавать письму секретные приказы?!— Ха! — фыркнул Десио, а потом зашелся лающим смехом. Он нагнулся вперед со своего возвышения и фамильярно ткнул Тасайо кулаком в плечо. — Ха! За дурака меня держишь, братец? Неужто мне придет в голову посвящать в такие дела слуг или рабов? Нет, я всего-навсего собираюсь отправить послание Имперскому Стратегу — попрошу его продлить твою побывку в родных краях. Он мне не откажет: Минванаби всегда были ему верными союзниками. А ты, братец, сейчас нужнее здесь, чем на войне с варварами.Инкомо, не спускавший глаз с Тасайо, по достоинству оценил молниеносную реакцию молодого воина, который в доли секунды просчитал силу братского кулака и сознательно позволил ему достичь цели. Тасайо равно преуспел и в искусстве угождать, и в искусстве убивать.Превозмогая боль в суставах, первый советник с холодной отчужденностью размышлял, сколь долго будет его господин терпеть подле себя человека, по всем статьям его превосходящего, но совершенно незаменимого в борьбе за возрождение попранного имени Минванаби. Рано или поздно Десио поймет, что рядом с двоюродным братом выглядит полным ничтожеством; его начнет снедать зависть, он захочет показать, кто здесь настоящий властелин. Оставалось только надеяться, что прозрение наступит не раньше того часа, когда ведьма из Акомы и ее малолетний отпрыск будут сброшены в яму и раздавлены столбами жертвенных ворот. Однако противника нельзя недооценивать. Джингу проявил излишнюю самонадеянность и поплатился жизнью, а Мара только укрепила свои позиции.По всей видимости, о том же думал и молодой воин. Когда послание Имперскому Стратегу было написано и запечатано, Десио принялся отдавать слугам распоряжения насчет обеда, а Тасайо как бы между делом обратился к первому советнику:— Что слышно по поводу возможного союза Мары с господином Ксакатекасом? Перед тем как меня отозвали из варварских владений, один из его офицеров рассказывал, что хозяин ищет к ней подходы.Здесь Тасайо немного просчитался. Между офицерами враждующих домов не могло быть и намека на приятельские отношения; отсюда Инкомо заключил, что эти сведения добыты обманным путем. Первый советник не то прочистил горло, не то подавил смешок, но охотно поделился своими соображениями:— Властитель Ксакатекаса всем внушает… если не страх, то глубокое почтение. Впрочем, его позиции в Совете сейчас незавидны. — Обнажив в улыбке ровные зубы, советник пояснил:— Наш высокочтимый Имперский Стратег был недоволен, когда Ксакатекас не пожелал связать свои интересы с завоеваниями в варварском мире. Это вызвало различного рода политические комбинации, а когда страсти улеглись, оказалось, что Ксакатекас возглавляет всего-навсего один гарнизон на ничтожно малой заморской территории. В настоящее время силы Чипино Ксакатекаса удерживают горный перевал в Цубаре. Судя по свежим донесениям, в пустыне сейчас неспокойно, так что правитель не знает отдыха; смею предположить, ему сейчас не до поиска союзников.Слуги поспешили начать приготовления к обеду, а Десио от нечего делать встрял в разговор. Властным жестом потребовав внимания к своей персоне, он заявил:— Представь себе, Тасайо, я в свое время рекомендовал отцу поразмыслить именно в этом направлении.Первый советник прекрасно помнил: участие Десио заключалось в том, что он сидел, изнывая от скуки, пока Инкомо и Джингу искали способ избавиться от Ксакатекаса.— Ну что ж, — подытожил Тасайо, — если Ксакатекас охраняет наши заморские рубежи, можно уделить все внимание госпоже Маре.Десио снисходительно склонил голову и откинулся на горку подушек. Полуприкрыв глаза и наслаждаясь своей ролью, он изрек:— Мы выработали вполне разумный план. Возлагаю на тебя его исполнение, кузен.Тасайо поклонился властителю, будто эти слова вовсе не прозвучали для него пощечиной, и как ни в чем не бывало вышел из кабинета легкой и горделивой поступью. Инкомо с сожалением подумал, что теперь настал черед заняться более прозаическими делами.— Мой повелитель, если позволишь, я позову сюда хадонру: он должен обсудить с тобой предстоящую продажу зерна.Все помыслы Десио уже были направлены на близкую трапезу, но холодная деловитость двоюродного брата пробудила в нем чувство ответственности. Он безропотно кивнул и набрался терпения, чтобы дождаться прихода Мургали. Глава 5. ПРИОБЩЕНИЕ Легкий ветерок шевелил листву. Запах цветов и свежеподстриженных кустарников наполнил покои Мары. Пока не сгустился сумрак, в комнате хватало одного светильника, да и тот горел не в полную силу. Изменчивые язычки пламени отражались в драгоценных камнях, выхватывая из темноты полированные яшмовые столешницы, златотканые узоры, эмалевые вазы. Но властительницу не трогали эти сказочные картины. Она думала о другом.Служанка с благоухающим гребнем колдовала над непокорными волосами госпожи, облаченной в зеленое шелковое платье с узором из птиц шетра по вороту и рукавам. В приглушенном свете кожа Мары приобретала теплый, золотистый оттенок. Будь властительница более тщеславна, она бы не преминула подчеркнуть эту особенность. Однако ее юные годы прошли в монастыре богини Лашимы, где не было места женским ухищрениям. Мара нередко ловила на себе восторженные взгляды мужчин, но расценивала красоту, данную ей природой, как дополнительное оружие в своем арсенале — не более и не менее.С непозволительной для знатной женщины прямотой она расспрашивала сидевшего напротив варвара о нравах и обычаях его народа. Кевина ничуть не смущало такое пренебрежение к светским условностям: он отвечал без стеснения и по существу. Мара заключила, что эти иноземцы неотесанны, если не сказать— грубы. Иногда ему трудно было подобрать нужное слово для описания неведомых цурани событий и явлений, но он оказался способным учеником, и с каждым днем его речь становилась все богаче. Сейчас он пытался развеселить Мару анекдотом про холостяка, которого приятели прозвали «в каждой бочке затычка»; оставалось только объяснить, что здесь смешного.На Кевине не было ни рубахи, ни туники. Слуги так и не смогли подобрать в кладовых одежду нужного размера. В конце концов было решено, что он обойдется набедренной повязкой. Скудость этого одеяния с лихвой восполняли драгоценные шелковые ткани и обсидиановые бусины. Однако Мару не тронули старания незадачливых костюмеров. Еще вчера развязные повадки этого раба казались ей забавными, но сегодня они вызывали только неприязнь. Властительница была настроена слушать дельные и точные ответы, а не сомнительные прибаутки.Уставшая от дневных хлопот, Мара все же отметила, что варвар предстал перед ней опрятным и ухоженным, отчего он помолодел на добрый десяток. лет. Видимо, он был не намного старше ее самой. Тем не менее годы жестокой борьбы приучили ее к суровости, тогда как этот закаленный в войнах иноземец являл собой полную беспечность. Он светился насмешливостью и лукавством, которые казались Маре то привлекательными, то отталкивающими.Она выбирала самые безобидные темы: народные празднества, музыкальные инструменты, ювелирные украшения, поварское искусство. Потом разговор перешел на выделку меха и работы по металлу — редкие для Келевана ремесла. Несколько раз Мара ловила на себе испытующий взгляд Кевина: он старался понять, что она замышляет.Между тем мысли властительницы приняли иное направление. Цуранский уклад жизни неоднократно вызывал у этого иноземного раба полное недоумение, а то и неприятие. Такой взгляд мог сослужить ей хорошую службу — иногда полезно посмотреть на себя со стороны, при трезвом расчете это дает преимущество в борьбе.Этот человек — нет, этот раб, поправила себя Мара — заслуживал пристального внимания. Его нетрудно было представить на месте самого опасного противника в Игре Совета. Сквозь шелуху легковесной болтовни проглядывали зерна недюжинного ума. По правде говоря, она еще не научилась распознавать, когда Кевин говорит всерьез, а когда просто морочит ей голову. Например, он с жаром доказывал, что его деревню, а может, город — поди знай, что такое Занн — когда-то опустошал дракон, хотя любому ребенку известно, что драконов в природе не существует: это всего-навсего сказочные чудовища.Заметив, что невольник утомился, Мара жестом приказала служанке принести фруктовый шербет. Кевин залпом осушил бокал и удовлетворенно вздохнул. Тогда Мара задала ему вопрос о настольных играх и, вопреки своему обыкновению, слушала не перебивая.— А ты хоть раз видела коня? — невпопад спросил Кевин, когда слуги принялись зажигать светильники. — Пожалуй, из всего, что у меня было дома, больше всего я скучаю по лошадям.Сквозь оконные ставни просвечивал медно-золотой лик келеванской луны. У Кевина вырвался глубокий вздох. Его пальцы теребили бахрому подушки, а глаза подернулись пеленой.— Ах, госпожа, была у меня одна кобылка, я ее сам вырастил. Каурой масти, а грива черная, что твои кудри. — Поглощенный воспоминаниями, варвар даже подался вперед. — Резвая, выносливая — чертовка, а не кобылка. А уж в бою пены ей не было. Ударом копыта могла сразить воина в полных доспехах. Сколько раз она мне жизнь спасала!.. — Он поднял глаза и внезапно осекся.Если до сих пор Мара слушала с ленивым интересом, то теперь она словно окаменела. От одного вида лошадей у цуранских воинов стыла кровь в жилах. Никому бы не пришло в голову расхваливать этих чудищ. Под чужим солнцем, в краю варваров простились с жизнью брат и отец Мары — они погибли под конскими копытами. Возможно, рука этого самого Кевина сжимала копье, пригвоздившее одного из них к мидкемийской земле.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики