науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Она вернулась с ковшом в руке. — Ты можешь сесть?— Наверное. Кто это, Парсцин Прал?— Ты отрубила ему ногу, — Альда говорила удивительно спокойно, помогая Джил облокотиться на подушки, собранные со всей казармы. При этом движении сломанная ключица врезалась в кожу, и Джил снова пронзила боль. — Он был одним из богатейших купцов в Гее. Ты убила Варда Вебблинга. А третьим был Бендл Стуфт.— Да, я вспомнила его, — подтвердила Джил.Прал состоял в Элвитском купеческом кружке. В тот день, когда пенамбрцы освободили Януса, Бендл Стуфт тоже присутствовал там, одетый в зеленый вельвет и горностай. Варда Вебблинга она не помнила. Но сейчас это не имело значения. Джил подумала, что Альде пришлось пережить намного больше, чем это кажется на первый взгляд. С минуты падения Гея ее жизнь превратилась в ад.— Ты сможешь опознать его перед судом? — спросила Альда.— Конечно, — ответила Джил, — нет проблем.Альда задула две лампы в комнате.— Хочешь, я останусь? — спросила она.Джил снова закрыла глаза и тихо ответила:— Нет, спасибо.С минуту поколебавшись, Минальда ушла.Бендл Стуфт предстал перед судом на следующее утро. В большой келье, предоставленной Алвиром для аудиенций, в королевских владениях Убежища.Джил сразу узнала его. Дряблое лицо и покатый подбородок всю прошлую ночь не давали ей покоя даже во сне. Сейчас он сидел на высеченном из камня табурете, машинально перебирая драгоценный камни своих перстней. В теплом золоте света свечей его руки сверкали фейерверком топазов и изумрудов.Это была торжественная церемония. Свечи, выставленные на длинных, высеченных из черного камня столах, за которыми заседал трибунал, придавали судьям странное сходство с застывшими священными статуями, освещенными церковным светом. Огонь отражался в золотой вышивке на груди и рукавах Алвира, и, словно татуировка, покрывал манжеты его черных лайковых перчаток. Пламя полыхало сильным, горячим, красно-фиолетовым блеском в аметисте кольца аббатисы Джованнин и светилось малиновым светом на ее рясе. Минальда выглядела среди них очень бедно и скромно.Джил стояла за спиной осужденного. Янус и Калдерн поддерживали ее. Дорога отняла слишком много сил, и девушка выглядела измученной. Голова ее гудела от жара. Комната неожиданно приобрела двухмерное измерение, нереальное для ее уставших глаз. Цвета рябили в глазах, словно кровь растекалась по черному бархату. Звуки то оглушали, то сливались в сплошное жужжание и отдалялись.Даже собственный голос прозвучал странным эхом в ее ушах, когда она произнесла:— Это он.— Вы уверены? — спросил Алвир. Аббатиса подле него разомкнула свои длинные хрупкие пальцы и сомкнула их вновь уже по-другому, словно любуясь узором образованной ими тени.— Да, — кивнула Джил. — Я уверена.— Вы понимаете всю серьезность предъявляемого обвинения? — повторил Алвир вкрадчивым мелодичным голосом. — Вы должны быть уверены, что не ошибаетесь.Джил нахмурилась.— Он пытался убить меня, — резко произнесла она. — Это не та ситуация, о которой можно забыть, и не тот случай, когда можно ошибиться.— Возможно, — хмуро согласился Алвир. — Нужно подумать о каком-нибудь наказании.— О каком-нибудь? — переспросила Джованнин, ее взгляд скользнул по нему. — Законы Убежища предусматривают только одно наказание.Отблеск свечей тысячу раз отразился в темно-синих глазах. Канцлер торжественным голосом стал произносить приговор, и покрывшийся мертвенной бледностью Стуфт повернулся к нему.— Поскольку суд не располагает доказательствами, что Убежище подвергалось реальной опасности...— Мой господин, — прервал его Янус. — Сегодня утром мы нашли обглоданные кости его сообщников. Это значит, что Дарки были в долине прошлой ночью.— Когда именно, почтенный главнокомандующий? — спросил Алвир. — Это могло случиться намного позже. Мы хотим торжества правосудия.— Правосудия? — Джил задыхалась от боли, гнева и обиды. — Этот человек пытался убить меня. — Она посмотрела на Стуфта в тот момент, когда он снова садился на стул.Теперь он успокоился, это было заметно. Толстяк успел переговорить с Алвиром перед судом и знал, что смертная казнь ему не грозит.Бешенство захлестнуло Джил, словно кровавая волна, бешенство более сильное, чем то, которое она испытывала в бою у ворот. Теперь она точно знала, что чувствует полицейский, услышав новость, что сводник, или торговец наркотиками, или налетчик, которого он взял с таким трудом, получил два года условно. Пальцы Януса крепко сжали ее здоровую руку, напоминая ей, что она все еще находится в присутствии Совета Регентов.— В самом деле, — продолжал Алвир спокойно. — Мне кажется, что мы должны решить вопрос о хранении продуктов в одном месте и под единым руководством. С тех пор, как Майо и его люди получили доступ в наши владения, опасность возникновения черного рынка удвоилась. Стража может пресечь воровство в зародыше, и у нас не будет больше проблем подобного рода.Прекрасные брови аббатисы удивленно взметнулись, но ее глаза оставались такими же холодными, словно галька в речном потоке, и бездушными, как у акулы.— Под опекой возглавляемого вами Совета, милорд?Тон Алвира оставался почтительным.— Конечно, вы же знаете, что это будет лучше, чем теперешний хаос...— Я этого не знаю, — сухой шелест ее шепота был мягок и задумчив. — Вы одержимы идеей собрать все запасы воедино, но нет лучшего выхода, чем отдать это под присмотр Церкви, у которой, к тому же, куда более подготовленный состав служителей, нежели у вас, что относится и к армии.— Об этом не может быть и речи, — решительно отрезал Алвир.— Значит, вы просто прикрываетесь словами об объединении.— Мы через это уже прошли, — сказал канцлер, и голос его неожиданно стал жестким. — Под надлежащим руководством...— Под чьим? — резко перебила его аббатиса. — Под руководством таких, как Бендл Стуфт, ваш старинный приятель?— Мы действительно были друзьями, — согласился Алвир. — Но это никоим образом не повлияет на решение суда.— Тогда следуйте Закону Убежища, — настаивала она, — и оставьте его в цепях на закате.— Мой господин! — квакнул Стуфт, вскакивая со своего стула с удивительным проворством для такого, как беспристрастно подумала Джил, упитанного человека.— Молчите! — осадил его Алвир.Купец рухнул на колени перед черным столом.— Мой господин! Умоляю, пощадите! Это больше не повторится! Клянусь! Они заставили меня. Клянусь! Это была идея Вебблинга, это правда, Вебблинга и... и Прала, они заставили меня пойти... — его руки шарили по полированной поверхности стола, золото его колец скользило по полированному дереву. Он лепетал, срываясь на визг, словно истеричная старуха. — Пощадите, мой повелитель, я больше никогда этого не сделаю. Вы обещали спасти меня от наказания. Я сделаю все, что вы прикажете...— Молчать! — взревел Алвир.Два стражника подхватили обвиняемого и поставили на ноги. В мягком мерцании свечей Джил увидела, что он дрожит от страха, пот катился по лицу, словно от невыносимой жары. Он рыдал.— Никто не говорит о казни, — продолжил Алвир более спокойно. — Хотя необходимо наказать его по строгости.Джованнин посмотрела на свои руки.— В такой ситуации речь может идти только об одном наказании.— В самом деле, дорогая аббатиса, — сказал Алвир. — Мы же не станем создавать прецедент...Она быстро взглянула на него.— Напротив, это именно тот случай, когда необходимо его создать. — В мерцающем свете она походила на древнего хищного бога. — Это наверняка заставит других воров еще раз задуматься и отказаться от столь неблаговидного занятия. — Длинный, холодный палец разгладил складку на алом рукаве.— Если запасы продуктов будут собраны воедино...— Конфискованы, вы хотите сказать? — ее черные глаза злобно сверкали. — Сколько разных идей появится, если все перейдет в руки таких людей, как Стуфт? Если, кроме всего прочего, у бедных начнут отнимать даже те скудные запасы, что у них есть, они поднимут восстание.— Это безумство!Она пожала угловатыми плечами.— Это самая бесцеремонная конфискация.— Нет, не конфискация!— Игра слов, мой повелитель, — ответила она равнодушно.С видимым усилием Алвир взял себя в руки. Аббатиса потупилась с едва заметной змеиной улыбкой и промолчала.— Дорогая аббатиса, вам не кажется, что за всеми вашими благочестивыми разговорами о чистоте души стоит меркантильная забота о наживе Церкви?— Души населяют тела, милорд. Мы всегда заботились об обеих половинах. Так же, как и вы, мы ищем только наивысшего блага для тех, кого Господь оставил на наше попечение.— Так вот почему вы, попечительница от Бога милосердного, требуете жизнь этого человека.Она подняла голову, и бездонные черные глаза под густыми ресницами встретили его взгляд с удивительным спокойствием.— Конечно. — Стуфт издал отчаянный тихий стон. — Я требую именно этого приговора и не отступлюсь.— А я настаиваю на другом, — проскрежетал Алвир. — Купец Бендл Стуфт приговаривается к публичной порке тридцатью ударами бича и будет посажен на тридцать дней на хлеб и воду. Минальда? — Он взглянул на свою сестру, которая сидела все это время в абсолютном молчании, наблюдая за происходящим.Она подняла голову. Темные, с драгоценными камнями косы были уложены у щек, которые в красноватой тени вдруг стали белыми, как бумага.— Он должен умереть.— Что? — задохнулся Алвир, вспыхнув от удивления и ярости.Стуфт всхлипнул и снова повалился бы на колени, если бы Янус и Калдерн отпустили его. Он зарыдал.— Мой повелитель, Госпожа!Слезы катились по его щекам. Альда разглядывала его с отчаянным спокойствием, ее полные губы были так плотно сжаты, что стали серыми.Джил ужасалась, как она могла убить человека и покалечить другого. Но то была самооборона. Тогда не возникало даже сомнений в правильности ее действий. Там не было шквала протестов. Тогда никто не висел на руках стражников, не выл, моля о пощаде, о сострадании, об отсрочке. Ее тогда поддерживали только два чувства — отчаяние и ярость. Минальда творила свое правосудие с трезвой головой.Алвир заговорил зло и грубо, но она даже не стала его слушать, взволнованно объясняя.— Бендл Стуфт, ты подверг опасности мою жизнь и жизнь моего сына так же, как и жизнь моего брата, который выказал бы, я думаю, огромное милосердие, даже просто призывая к отсрочке приговора.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики