науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он провел с нами ночь. Мы с мужем похоронили его. Так никто и не узнал, кто он.— Какой-то беглец, — прохрипел глава общины. В свете огня его зеленые глаза, столь обычные для Геттлсанда, подозрительно изучали их, но он не спросил, почему они одни путешествуют на запад в столь горькие времена.— Да, и направлялся он на юг, в джунгли, к императору Алкетча.Ингольд застыл в изумлении:— Откуда вы это узнали?Гигант покачал головой.— И так ясно.Вдалеке над равниной послышался волчий хор. Сменилась стража. Бык в страхе мычал, позвякивая цепью.— Они говорили, что в Алкетче нет Дарков. Но я лучше умру, чем буду жить там.— Как, в Алкетче нет Дарков? — спросил изумленный Руди.— Так он говорил, — пояснил глава общины. — По-моему, он специально распространял этот слух, чтобы заполучить дешевых рабов.Много дней спустя произошла еще одна нерадостная встреча с двумя мужчинами и парочкой худых светловолосых детей — последними обитателями деревни золотоискателей с юга. Дети смотрели настороженно из-под спутанных волос. Стоило Руди отвернуться, как у него пропал нож и пакетик с кукурузными лепешками. Но когда Ингольд спросил у них о волшебниках, старший ответил только, что они умерли.— Почему вы так думаете? — мягко спросил Ингольд.Мальчик посмотрел на него с суровой печалью:— А разве не все умерли?— Да, это не удивительно, — сказал Ингольд потом, когда они продолжили свой путь на запад по этому сухому морю волнующихся трав. Временами попадались придорожные канавы и лужи, в которых плавали хлопья снега.— Лохиро созвал всех титулованных волшебников в Кво на Совет, поэтому о них ничего не слышно.Руди вспомнил вдруг длинную дорогу из Карста и Ингольда у дверей Убежища.— Ты хочешь сказать, что волшебники не в силах одолеть эту напасть? Им не хватает мастерства?— Нет, не обязательно так. Есть деревенские колдуны и заклинатели-самоучки, которые никогда не были в Кво, или люди с каким-то одним талантом: воспламенители, способные взглядом зажечь сухую деревяшку, искатели, которые могут найти пропавшую вещь, женщины, владеющие заговорами, люди, которые подавляют свой дар в детстве или отказываются от него в исповедальне. Но есть люди, которые опровергают общепринятое мнение, что магами рождаются, — именно они обладатели настоящего магического дара, они и могут противостоять Даркам!— И ты, — сказал Руди.— И я, — согласился старик.Шли дни, и западная дорога стала малозаметной под темным нависшим небом. Ингольд все больше говорил о колдовстве. Он рассказал Руди о своем конфликте с Церковью, о традициях колдовства и о великих магах прошлого: Форне, Кедмеше и Наке, которые бежали со стадами диких лошадей с северных равнин.Иногда он показывал следы животных, достаточно широко распространенных в этом холоде: огромных лохматых бизонов, гельбов, похожих на короткошеих безгорбых верблюдов, или полосатых зебр. Он говорил об их повадках не как охотник, а так, будто животные сами рассказали ему о себе. И вскоре Руди поймал себя на том, что понимает некоторые мысли ослика Че, хотя от этого общение с упрямым и трусливым животным не стало проще и приятней.Временами старик спрашивал что-нибудь, о чем он уже рассказывал раньше, и после нескольких вопросов Руди понял, что был недостаточно внимателен, и стал прислушиваться. И чем больше он вникал в то, что слушал, тем больше понимал.Часто во время путешествия Руди сожалел о том, что он в свое время пренебрегал попытками школьной системы сделать его образованным. Многое из того, что он изучал, казалось ему совсем не связанным с магией, а лишь ступеньками к новым знаниям: как и почему растут растения, дует ветер, как медитировать, чтобы успокоить не знающий отдыха ум, сосредоточив его на звезде или пламени, как уловить тонкое различие между молчанием и пустотой равнин.Руди решил, что Ингольд, несомненно, был не только волшебником, но и разведчиком — ведь он знал, как выжить, как замаскировать лагерь, достать воду и еду в этой пустынной местности. Иногда Ингольд останавливался, чтобы сорвать растение и рассказать Руди о пользе, которую из него можно извлечь. Уяснив в конце концов, что именно он должен искать, Руди выискивал их, а встречаясь с незнакомыми, расспрашивал Ингольда. И он понял, что все живое похоже друг на друга. Это обрадовало его, как если бы он много лет ходил в черно-белом мире и вдруг за поворотом увидел цветной.— Колдовство — это знание, — заметил Ингольд однажды, когда они сидели на каменистом дне лощины, укрывшись от ветра. Местность стала холмистой, поля буйных коричневых трав сменились тощей полынью. Сухие русла прорезывали землю, а там, где они сидели, бежал маленький ручеек с ледяной водой. Она обжигала пальцы Руди сквозь перчатки, пока он наполнял бутылки. Ингольд лениво дергал сухие желтые цветы и созерцал берега оврага.— Даже мудрец бесполезен без знаний. Мир многогранен, и, чтобы работать в нем, мы должны знать каждую грань.— Да, — согласился Руди, закупоривая фляжку непослушными пальцами. — Но многое из того, чему ты научил меня, бесполезно, как этот сорняк. Это же не имеет ни малейшего отношения к магии.— Да, эта трава не может быть ни лекарством, ни пищей, — подтвердил Ингольд. — Но мы и сами бесполезны для других форм жизни, разве что годимся на обед для Дарков. Мы существуем для своей собственной пользы.— Я понял твою мысль, — сказал Руди после минутного раздумья. — Многое из того, что я любил и знал, бесполезно. Когда я начал заниматься магией, я не знал ничего. Я вызвал огонь, потому что это было нужно.— Нет, — возразил колдун, — ты вызвал огонь, потому что знал, что можешь!— Нет, я не знал этого!— Но ведь ты почему-то попытался! В душе ты все-таки догадывался, что можешь! И сделал это скорее неосознанно, как дитя.Руди молчал, сидя на выступе скалы. Ветер завывал над ними. В лощине же было так тихо, что слышно было, как вода бьется об лед.— Не знаю, — произнес он наконец тихо и немного испуганно. — Кажется, я мечтал об этом. Ведь я мечтал с детства о всяких пустяках. Я помню, как мне хотелось, чтобы зацвела сухая ветка, которую я подобрал во дворе, я просто держал ее в руке и знал, что она зацветет, и она зацвела. Она вся покрылась белыми цветами. Я побежал к маме и рассказал ей об этом, но она дала мне подзатыльник и сказала, чтобы я не занимался ерундой.Руди, казалось, и сам удивился этому воспоминанию.Ингольд покачал головой.— Разве можно такое говорить ребенку.Руди пожал плечами.— Мне всегда было интересно, что и как устроено. Наверное, поэтому я неплохо разбираюсь в машинах, знаю, как работает их мотор, чувствую, все ли в них в порядке или нет. Я и на этой земле околачиваюсь для того, чтобы понять, как устроен человек и зачем он существует.Ингольд вздохнул и положил засохшее растение на камень:— Может быть, так оно и есть, — наконец произнес он. — И ты никогда не получишь должного образования. А между тем очень опасно быть невежественным магом.Сильный ветер ворвался в лощину. Ингольд поднялся, дрожа, и натянул поглубже капюшон, замотав поверх него шарф так, что остались видны лишь глубоко посаженные блестящие глаза и кончик носа. Руди тоже встал, повесил бутылку с водой на седло и повел Че вверх по узенькой тропинке. Ингольд проворно карабкался впереди.— Ингольд?Они выбрались на дорогу. Стайка степных курочек выпорхнула у них из-под ног, и Че испуганно вскинул голову. Небо заметно потемнело, а вдалеке Руди различил стену дождя.— Чем же опасен невежественный маг?Колдун обернулся и посмотрел на него:— Волшебнику подвластно искусство магии. Это сродни любви, Руди. Она нужна тебе, и ты ищешь ее. И не встретив большую любовь, ты миришься с ее жалким подобием. Это может разбить не только твою жизнь, но и жизнь того, кого ты затронул.— Именно поэтому и создана школа в Кво и Совет, — добавил он. — С тех пор, как старый Форн покинул школу и удалился в свою черную башню на берегу моря, Архимаг и Совет решили обучать всех, кто был в состоянии постичь смысл учения. Они действовали по принципам старых волшебников, используя наследие империй, существовавших еще до первого появления Дарков, три тысячи лет назад. Они древнее Церкви.— Может быть, поэтому Церковь и ополчилась против нас?Ветер принес холодный дождь с градом. Руди надвинул капюшон на глаза. Он уже давно привык к мысли, что если идет дождь, то он непременно промокнет — на голой равнине негде было укрыться.— Церковь считает нас богоотступниками, — коротко сказал Ингольд. — Церковники говорят о нашей силе как о дьявольском обмане. А все потому, что мы можем совершать превращения и не поклоняемся их Богу. Мы отлучены от Церкви наравне с еретиками и убийцами. А когда мы умираем, нас хоронят в неосвященной земле, если просто не зарывают, как скотину. И помни, что нет закона, который бы защитил волшебника.Тьма склепа под дворцом в Карсте вспомнилась Руди — узкая келья и Ингольд, до изнеможения повторявший Заклинание Чейн.Неудивительно, подумал он, что люди, у которых есть дар, предпочитают отречься от него. Напротив, удивительно, что кто-то все-таки становится волшебником.Их окружал черный ливень. Он заливал канавы и низины, стекал по плащу Руди, пропитывая его. Руди пытался вспомнить, когда он в последний раз видел ясное небо, и с ужасом думал, что никогда его больше не увидит.Ингольд продолжал говорить, обращаясь скорее к себе, чем к своему спутнику.— Вот почему так крепка связь между нами. Мы единственные, кто действительно понимает друг друга, вот как Лохиро и я. Мы путешествовали с ним, чужие всему миру, он стал для меня сыном, а я заменил ему отца. Все, что у нас есть — это наш дар да еще те немногие, не наделенные даром колдовства, но даром понимания. Кво — это не только центр магии на земле, это наш дом.Ливень затих, но солнце не проглянуло. Туман окутал землю.— Волшебники женятся только на колдуньях, — спросил Руди, — или им разрешен брак с обыкновенными женщинами?Ингольд покачал головой:— Неофициально. Ведь мы отлучены от Церкви. Хотя в прошлые времена дела обстояли иначе, — он покосился на Руди, и тому стало неуютно, будто Ингольд прочитал его мысли. — Принято говорить, что жена колдуна — вдова. Ведь мы странники, Руди. Мы сделали выбор в пользу нашего дара.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики