ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Когда наконец Грей поднялся, вокруг все стихло и все на мгновение застыли, дабы не пропустить ни слова. Он начал издалека, с чувством напомнив палате о британских интересах, британской чести и британских обязательствах. Он кратко обрисовал расхождения между нами и Францией, подчеркивая, что страны не связаны формальными обязательствами. Указал на то, что Франция заключила договор только с Россией, мы же являемся всего лишь участниками этого соглашения. В толпе зароптали. Грей, казалось, клонил к тому, что Англия должна остаться в стороне. «Это неслыханно!» - раздавался шепот. «Они собираются не вмешиваться!»
Министр иностранных дел продолжал выступление, упомянув о военно-морском соглашении с Францией и о том, что французский флот находится в Средиземном море, а северо-западное побережье Франции остается незащищенным.
- Если германский флот войдет в Ла-Манш, бомбардируя и обстреливая артиллерийским огнем оставшееся без защиты побережье, мы не сможем стоять в стороне и наблюдать происходящее - практически у нас под боком, - опустив оружие и ничего не предпринимая!
Оппозиция одобрительно зашумела, но либералы хранили молчание. Грей перешел к нейтралитету Бельгии и задал вопрос, можем ли мы быть свидетелями и очевидцами «ужаснейшего преступления, которое только пятнало страницы истории», и не стать при этом участниками преступления?
В конце он вернулся к интересам Британии.
- Подумаем, каковы могут быть ставки. Если Франция поставлена на колени, если Бельгия пала, а за ней Голландия, а за ней Дания, если в момент кризиса, подобного этому, мы отказываемся от своего долга чести и обязательств участия, в том, что касается Бельгийского соглашения, я вовсе не уверен, что в конце войны мы будем в состоянии аннулировать то, что произошло в ее ходе, и воспрепятствовать тому, чтобы вся Западная Европа, подпавшая под единую власть, выступила против нас. Мы бы пожертвовали своим добрым именем и репутацией перед миром и не избежали бы самых серьезных и разрушительных экономических последствий.
Итак, он поставил перед аудиторией вопрос, и она ответила ему бурей аплодисментов и одобрительных возгласов. Лорд, говорят, не самый лучший оратор, но хочу заметить, в тот день он более часа держал в своих руках величайший парламент мира, и уверен, не только мои глаза увлажнились, когда по залу прокатилась волна рукоплесканий.
- Что теперь будет? - спросил я Майкрофта, когда мы пробирались через толпу на Олд-Палас-Ярд.
- Он добился того, чего хотел, - ответил Майкрофт. - Теперь он даст кайзеру двадцать четыре часа, чтобы остановить вторжение.
- И он остановит? - Я, впрочем, почти не сомневался в ответе.
- Нет, - откликнулся он. - Завтра ночью мы начнем войну. Пожалуйста, передайте брату, что у него остался один день.
В «Клэридже» я обнаружил, что стол нашей гостиной усеян листами бумаги со списками подозреваемых, а под ними лежит карта Лондона и железных дорог. В воздухе стоит густой сизоватый дым грубого табака, а Холмс растянулся на кушетке с закрытыми глазами и трубкой во рту.
- Ватсон, - приветствовал он меня, открыв глаза. - Сколько времени в нашем распоряжении?
Я передал ему слова Майкрофта.
- Этого достаточно, - буркнул он, посасывая трубку. - Информация фон Борка оказалась весьма полезна.
- Так вы вычислили этого человека?! - нетерпеливо воскликнул я.
- Не совсем, - ответил он, - но посмотрите сюда. - Он поднялся и прошел через комнату к столу. - Это мои подозреваемые. - Он собрал листы бумаги со списками. - Итак, отец Галлахер остается под подозрением, хотя я уверен, что у него ирландский акцент. Маклеода я исключил, и Альвареса тоже, и фон Борк исключает Келли, но его информация указывает на учителя Скофельда. Леннокса я устранил, и, как уверяла нас мисс Нортон, это не мисс Дебено. Это мог бы быть Реверент Корлетт, если он говорит на южноамериканском испанском, и мистер Бромвелл сейчас не худший кандидат. Шелдона я проверил, и он не подходит, но Синклер для нас становится все более интересен. Доктор Бэртон был исключен и - слава Богу - капитан Лимингтон-Кэйс.
- Почему слава Богу? - изумился я.
- Потому что мне пришлось бы провести некоторое время, выдавая себя за горца, чтобы разузнать о нем. Боюсь, что юбка и шотландский плед мне бы не пошли!
Он провел указательным пальцем вниз по странице.
- Эдвардс и Фаллер теперь гораздо менее вероятны. Мисс Морган мы можем оставить ее незаконному блаженству, а мистера Брауна его сочинительству. Теперь, я думаю, мы получим более реальный список.
Тотчас перейдя от слов к делу, он нацарапал в записной книжке несколько имен, а затем показал мне листок.
Претенденты:
Отец Галлахер, Вильверсолл, Стэффс.
Скофельд, Поусли, Хэнтс.
Бромвелл, Уокингэм, Беркс.
Рев. Корлетт, Стоук-Мохан, Дорсет.
Синклер, Сиддентон, Хэнтс.
- Разве это не прогресс, Ватсон? - поинтересовался он, пока я просматривал список.
- Кажется, да, - ответил я, - но не могу понять, какую роль сыграла информация фон Борка? Все, что я вижу, это то, что четверо из них живут в южной Англии, а один - в Черной стране.
- Тысяча извинений! - воскликнул Холмс. - Я и забыл, что вас здесь не было, когда я рассматривал это сочетание.
- Сочетание! - изумился я.
- Семи табачных магазинов! - Холмс по памяти назвал районы, где они находятся, загибая по очереди пальцы: - Понедельник - Мэйда-Вейл, вторник - Тэлбот-роуд, среда - Уэстбурн-террас, четверг - Тэрлоу-стрит, пятница - Фитцрой-стрит, суббота - Суссекс-Гарденс, воскресенье - Сент-Джонс-Вуд-роуд. Очевидно, не правда ли?
- Для меня нет, Холмс. - Я отрицательно покачал головой. - Все они, по-моему, в западной части Лондона, но что с того?
Он схватил меня за руку и потащил назад к столу.
- Смотрите! - закричал он, указывая на карту города. - Здесь все они отмечены, а вот тут - между ними - Пэддингтонский вокзал! Конечная станция Большой западной железной дороги!
Он ткнул пальцем в черный кружочек, обозначающий на карте крупную станцию, и в семь красных крестиков, отмечающих табачные магазины вокруг нее.
- О Боже, конечно! - воскликнул я. - Теперь я вижу. Вы думаете, он приезжает в Лондон на поезде и прибывает всегда на Пэддингтонский вокзал, поэтому контактные адреса находятся в непосредственной близости!
- Именно так, Ватсон, и этим путем я сократил мой список до пяти. Я должен еще раз извиниться перед вами, дружище, поскольку однажды вы заметили, что должна существовать какая-то связь с его местом жительства. К сожалению, я вынужден был подойти к проблеме с другой стороны.
- Нет ли какого-либо способа еще сократить список? - осмелел я.
- Откровенно говоря, я уверен, что можно сбросить со счетов отца Галлахера, - сказал Холмс. - Его приход расположен между узловой станцией Большой западной дороги в Бирмингеме и Центральной железной дорогой в Вольвергемптон. Подозреваю, что он пользовался бы последней и приезжал на вокзал Юстон.
Он поднял со стола железнодорожную карту и стал ее в задумчивости рассматривать, намечая пальцем какие-то линии:
- Мы можем также расстаться с викарием из Стоук-Мохан. Он живет поблизости от станции Юго-западной дороги в Йовиле. Теперь Скофельд - где находится Поусли, Ватсон? Он не показан на этой карте.
- Это к северу от долины Мион, в Восточном Хемпшире, - ответил я.
- Хм-м, - отозвался Холмс и вернулся к изучению карты. - Тогда нельзя исключать нашего учителя. Он мог использовать прямую линию из Питерсфилда до вокзала Ватерлоо, но, чтобы скрыть следы, не велик был бы труд ездить из Бэйсингстоука и пересаживаться в Рединге, где станции Большой западной и Южной дорог непосредственно примыкают друг к другу. Нет - игнорировать его нельзя.
- Как насчет других? - спросил я.
- Бромвелл - в Уокингэме, поблизости от основной линии Западно-английской дороги, а Синклер живет рядом с остановкой в Дидкоте и Саутгемптоне, всего лишь в нескольких милях от Большой западной в Ньюбери. Оба весьма и весьма подозрительны.
- Что вы теперь предпримете? - поинтересовался я.
- Мне надо подумать, Ватсон, - окинуть взглядом ситуацию в целом. Должен же быть какой-то способ выделить одного из этих трех оставшихся! - И он, долговязый и нескладный, вновь растянулся на кушетке.
В тот вечер мы не обедали, а обошлись холодными закусками, которые прислали к нам в номер. И даже к ним Холмс почти не притронулся. Он сидел в неподвижности, с застывшим лицом и глазами, устремленными в пространство, а комната наполнялась густым табачным дымом.
Примерно в середине вечера, услышав гомон на улице и крики мальчишек-разносчиков, я послал за газетами. Жирные заголовки сообщали, что Германия объявила войну Франции, оправдывая это лживыми утверждениями, что французские летчики якобы нарушили нейтралитет Бельгии. Я без слов передал газету Холмсу.
- Странно, - бросил я, когда он проглотил новости, - думать о том, как мы ехали, чтобы обнаружить причину железнодорожной катастрофы. Кто бы мог предположить, когда мы отправились в Тэмпл-Коумб…
И не успел я закончить, как Холмс подскочил на кушетке как ужаленный. Он встал с широко раскрытыми глазами и лицом, белым как мел.
- Тэмпл-Коумб, Ватсон! - повторил он. - Это наша зацепка - Тэмпл-Коумб!
- При чем тут Тэмпл-Коумб, ради всего святого?! - закричал я.
- При всем, что только может быть, Ватсон. Ах, мой добрый старый друг, я уже говорил раньше, что вы не светитесь сами, но открываете дорогу свету, Ватсон, вы впускаете свет!
Он позвонил прислуге и быстро набросал телеграмму. Когда послание было отправлено, он вернулся на свое место и сел, улыбаясь и потирая руки.
- Холмс, - взмолился я, - ради Бога, скажите, что происходит?
- Я полагаю, мне следовало бы признать, что после всех этих лет, что вы наблюдали методы моей работы, вы почти ничему не научились! - ответил он. - Исключение - вот краткий ответ! У нас осталось трое подозреваемых, из коих учитель Скофельд наименее вероятен. Теперь мы располагаем средством определить интересующего нас из двух оставшихся - если это, конечно, кто-нибудь из них.
- А если нет?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики