ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

много парчи, кружева на чехлах подушек, янтарные абажуры с бахромой и бусинками, от которых свет радугой отражался на высоком потолке. Фантазия! Я любила мои фантазии. И сейчас я их теряла…
Моя жизнь с Дэви изливалась из меня словами и плавилась, словно растаявший мед. Я никогда никому не рассказывала неприглядные факты, о которых говорила Якобеку в тот долгий день. Он слушал молча, сидя в высоком кресле у камина, чуть наклонясь вперед. Его глаза не отрывались от меня, он оперся локтями о колени, его большие, грубые, но такие нежные руки свисали вниз, готовые помочь мне в чем угодно. Но мне никто не мог помочь.
Комната погружалась в темноту, тени становились все длиннее, наступила ночь. Якобек налил нам чаю, который на плетеном подносе принесла хозяйка, но я смогла сделать лишь один глоток.
— Я узнала об Эбби чуть больше пяти лет назад. Дэвис как раз уехал учиться в Гарвард, — так начала я свой рассказ. — До меня дошли слухи, и я поехала взглянуть на нее. Я всегда старалась выяснить, с кем встречается Дэви, — исключительно ради того, чтобы эти девушки не могли навредить нашему сыну. Я плохо с ними поступала, Джейкоб! Каждый раз, когда я узнавала о новой подружке, я старалась напугать ее до полусмерти. Я выследила Эбби и просто сказала ей: «Еще раз тронешь моего мужа — и ты в могиле. Ты хочешь умереть?» С другими девушками это всегда срабатывало. Но эта тощая красотка с Юга, эта богатенькая девочка — а она в самом деле была совсем девочкой, только что окончила колледж Вандербильта — посмотрела на меня огромными печальными глазами и ответила: «Если бы не ребенок, я бы вам сказала: давайте, убивайте».
Если бы не ребенок… Это был ребенок Дэви! Он обрюхатил эту девчонку. Я была готова убить его.
Эбби не хотела делать аборт, но она не хотела также, чтобы кто-то из ее семьи узнал о том, что она беременна. Она и хотела ребенка и не хотела его. В конце концов Эбби сказала, что собирается поехать к друзьям в Калифорнию, там родит малыша и отдаст его на усыновление.
Я приехала домой и приступила с расспросами к Дэви. Он заявил, что я отказалась родить ему еще одного ребенка, а он всегда хотел иметь много детей. Значит, это и моя вина тоже. А я сказала ему, что ни в чем не виновата, что это он заставил меня отказаться от мысли о втором ребенке. Потому что у меня не хватило бы сил сражаться с ним за душу этого ребенка, как я сражалась за душу Дэвиса…
Короче говоря, в ту ночь мы подрались с ним из-за того, каким стал наш брак и каким он не стал.
— Это в ту ночь ты повредила плечо? — негромко спросил Якобек.
Я не могла ответить прямо. Как я могла признаться, что жила с человеком, способным сбросить меня с лестницы? Но мне не нужно было ни в чем признаваться. Якобек сам все понял. Когда я посмотрела на него, его глаза стали почти черными.
— Я не половая тряпка, Джейкоб. Я дала ему сдачи. Не жалей меня.
— Я никогда никого не жалею, — солгал он. — Продолжай.
— Я первая ударила Дэви. Прямо в лицо кулаком. Как он посмел изуродовать все то, что было создано моим тяжким трудом ради него, ради нашего сына и ради меня самой?! Я постаралась причинить ему боль. — Я помолчала немного. — А потом он ударил меня в ответ. Очнулась я в приемном покое и сказала всем, что это был несчастный случай на охоте.
Я снова замолчала и протянула руки к огню, стараясь оставаться в тени. Мне было не по себе под все более пристальным взглядом Якобека.
— Дэви был безутешен. Он чувствовал себя виноватым в том, как поступил со мной, как поступил с Эбби и с ее будущим ребенком. Но больше всего его беспокоило то, что об этом узнает Дэвис. Он боялся, что сын возненавидит его. У моего мужа были свои понятия о чести…
Дэви не проронил ни слова, когда я предупредила его, что не позволю его подружке отдать сводного брата или сводную сестру нашего сына чужим людям. А несколько часов спустя он сорвался на машине с горы Чочино. Он сам все подстроил, Джейкоб! Я ни минуты в этом не сомневаюсь. Мой муж покончил с собой.
Якобек встал.
— Некоторые долги чести можно заплатить только так.
— Я не хотела, чтобы он умирал! Все, что угодно, только не это! Ты, очевидно, не веришь мне…
— В жизни нет ничего простого, Хаш.
— Эбби пришла на его похороны. Я увидела ее в толпе, она плакала и выглядела ужасно. Эта богатая беременная девочка стояла совершенно одна, пряча живот под кашемировым пальто большого размера, и оплакивала моего мужа. Я хотела возненавидеть ее, но не сумела. Поэтому я помогла ей. Предложила план. Логан собирался приехать домой, его как раз демобилизовали из армии, а служил он в Германии. Его жена умерла. Он на самом деле женился в Германии на молоденькой немке по имени Марла. Я рассказала ему о ребенке. И мой брат сказал: «Если ты мне поможешь, я возьму малыша. Мы с Марлой так хотели детей… Она была бы рада, если бы я вырастил этого ребенка».
Вот так все и получилось. Красивая маленькая девочка приехала домой с моим братом, и люди поверили в то, что она его дочь. Представитель штата в округе Чочино Честер Баггетт помог мне с документами, достал иностранное свидетельство о рождении и все такое. Я всем объявила, что дочка Логана — это Шестая Хаш Макгиллен. Бэби Хаш. Все, конец истории.
Я уронила голову на руки и сидела в тишине, чуть покачиваясь. Якобек присел передо мной на корточки.
— Посмотри на меня, — хрипло попросил он. Когда я подняла глаза, он осторожно провел рукой по моим волосам, по мокрой от слез щеке.
— Завтра ты поедешь домой и немедленно поговоришь с сыном. Расскажешь ему правду, пока кто-то другой этого не сделал.
— Правду? Я должна сказать ему, что всю жизнь лгала? Что у меня не хватило духу честно рассказать ему об отце и обо мне? Рассказать все, что связано с его рождением? И ты считаешь, что после этого он не возненавидит меня?
Якобек замер, его лицо стало печальным и суровым.
— Позволь мне рассказать тебе правду, с которой живу я, — сказал он. — Правду о моей матери.
* * *
Все, что я знала о Якобеке, все, что говорили лгуны на гонораре вроде Хейвуда Кении о племяннике президента, померкло и улетело в ночное небо вместе с дымом камина. Якобек так описывал свое детство, что у меня замирало сердце; он пропускал мои печали через мелкое сито своего одиночества. Его невыразительный голос сильнее всяких слов давал понять, что он рассказывает не слезливую историю. Он просто излагал мне факты. Но они были ужасны.
— Не надо, — сказал он мне, заметив, что слезы текут по моим щекам. — Тебе не нужна ничья жалость, и мне она тоже не нужна.
— Я не жалею тебя, я сожалею вместе с тобой.
И это было правдой. Я переживала вместе с ним. Я сожалела о том, что жизнь делает с нами, начиная с того времени, когда мы молоды и совершенно беззащитны. О стыде, который приходит вместе с болью. Позор тем семьям, которые допускают это, позор обществу, которое равнодушно взирает на это, позор низости повседневной жизни! Дети страдают и вырастают жестокосердными, готовыми причинить боль другим. Это просто чудо, когда в таких обстоятельствах живет душа и светит кому-то, несмотря на потери и поражения. Это стоит отпраздновать. Неожиданный урожай всегда самый сладкий.
Я опустилась на колени перед Якобеком.
— Тебе нечего стыдиться. Я была права, что поверила в тебя. Я пыталась сопротивляться и все же не устояла. Меня много обманывали в жизни, но я знаю, что на этот раз это не так.
Якобек поднял голову и посмотрел на меня.
Часы в темноте над камином неторопливо пробили десять. Я встала, коснулась его лица и пошла в ванную. Я не стала зажигать свет, и ночь над Чаттанугой сверкала сквозь небольшое окошко с узорчатым стеклом, заливая все светом звезд, сияющих над старой южной рекой, опоясывающей город. Я повернула круглые ручки душа, отрегулировала воду и подставила под нее руки, словно опустила их в реку. Мне было тепло и уютно.
Я услышала шаги Якобека и ощутила его тело прежде, чем он коснулся меня.
— Да, я знала, что ты поехал за мной, — тихо призналась я. — И я действительно этого хотела.
— Я искал тебя всю мою жизнь, — прошептал он. Мы раздели друг друга в парном тепле этой зимней ночи.
* * *
Мы с Хаш не разгромили комнату, не сорвали простыни с постели, не привязывали друг друга к спинке кровати. Нам этого не требовалось. Весь этот хаос, вся энергия, вся эта очищающая радость и катарсис секса может разделить людей или соединить их без внешних проявлений. Это так же просто, как первый поцелуй, — быстрый ритм, слово или два в нужную секунду, ее руки на моих плечах, мое тело на ней, ее тело на мне… Когда мы решили отдохнуть, то натянули на себя одеяло и крепко обнялись, так что смешалось наше дыхание. Мы были словно дремлющие волки, готовые в любую минуту атаковать.
Скажи ей. Признайся, что любишь ее, и послушай, что она ответит. Она скажет: «Спасибо, ты хорош в постели, и мне нравится твое общество». А ты согласишься: «Точно, именно это я и имел в виду». И на этом все.
«Я люблю тебя». Эти слова трудно произнести и трудно правильно понять — особенно сейчас, когда у нас обоих так много других проблем. А кроме того, я и не хотел знать, что она ответит. Редкий случай в моей жизни, когда я предпочитал оставаться в неведении.
— Я только хотел дать тебе отдохнуть, — сказал я, отодвинувшись в тень, чтобы она не видела моего лица.
— На самом деле ты хотел вовсе не этого, — ответила Хаш. — Но если не желаешь признаваться, не надо.
Она оседлала меня, поцеловала, и я оказался внутри ее быстрее, чем успел попросить прощения.
Впервые в моей жизни в этом не было необходимости.
* * *
Если Якобек искал меня всю свою жизнь, то я всю жизнь ждала, чтобы он меня нашел. Он был нежным и грубым, он знал, для чего создано женское тело, что любят женщины и что надо делать. И он знал, что иногда легчайшее прикосновение в нужном месте порождает чудо. Он инстинктивно знал меня. А я знала его.
После всех лет голодного секса, отсутствия секса и использования секса для сохранения брака, я впервые могла просто заниматься любовью. Любить мужчину. Николаса Якобека. Джейкоба.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики