науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Слишком опасным, судя по предостережениям отца, могло стать это дело, и самое неприятное крылось в том, что опасность эта была неведомой, а сама ее природа – внезапной и неожиданной, подстерегавшей смельчаков из-за угла… 22 – Ну что, давай прикинем по плану, где копать… – Алексей достал из кармана карту и протянул руку за золотой рыбкой.Вера торопливо сняла цепочку с украшением через голову и с видимым облегчением отдала Алеше – рыбка порой казалась ей раскаленной, порой – отравленной… Но они решили, что вплоть до момента, когда украшение понадобится, оно должно находиться на Вере…– Надо проникнуть внутрь, – пожала плечами Вера.Мы же уже вычислили, что точка, на которую указывает рыбка, находится в третьей по счету комнате от вестибюля. Там и будем копать.– Я просто хотел все еще раз проверить и перепроверить. Знаешь, семь раз отмерь… Малейшая неточность, ошибка на пару метров – и мы будем рыть тут, покуда рак не свистнет!– Давай поглядим… – Они в который раз приложили рыбку к плану усадьбы, и в который раз выходило, что тайник – в левом крыле здания, в одном из его помещений – спальне, гостиной или кабинете.– Нам нужно, проникнув внутрь, измерить эту комнату и установить ее масштаб относительно нашего плана на карте.– Вроде бы дело нехитрое. Ну что? – Она огляделась вокруг. – Вроде никого… Через дверь или через окно?– Сейчас попробуем. – Алексей вынул из брезентового свертка ломик и двинулся с ним вдоль заколоченных окон. – Вроде вот это окно подойдет – смотри, тут доски подгнили…Он поддел ломом одну из досок, и она с треском оторвалась, повиснув на ржавом гвозде.– Порядок! Сейчас оторву остальные. Ты согласна – лезем через окно?– Похоже… Я дверь осмотрела – она стальными скобами забита – с ней дольше провозимся. Давай – отрывай остальные доски!Вера топталась на месте, то и дело оглядываясь по сторонам, – их ведь запросто могли сцапать какие-нибудь шальные милиционеры или чересчур рьяные местные жители… Правда, доски, подтверждающей, что сие здание является памятником архитектуры и охраняется государством, они не обнаружили, но, во-первых, ее могли сбить хулиганы, а во-вторых, в любом случае их действия только с большой оговоркой можно было отнести к разряду законных…Наконец Алеше удалось сорвать все доски и очистить от них оконную раму. Стекла были выбиты, и ему без труда удалось просунуть голову внутрь – в темноту.– Ну что там? – Вера затаила дыхание.– Ничего не видать. Темно… Попробую отыскать шпингалет… А, черт! Не поддается. Заржавел, видно. Сейчас собью его ломиком.– Может, мы так пролезем? Стекла-то все равно выбиты…– Да ты посмотри – тут кругом осколки в раме торчат. Еще поранишься, чего доброго… Нет уж, я… ага! Порядок! – Он в несколько коротких ударов сбил заржавленный шпингалет и распахнул окно.Перед ним зиял черный провал.– Так… – Он обернулся к ней. – Ну что, ты готова?– Угу.Вера кивнула. Заглянула внутрь – и ей стало не по себе.– Тэк-с, тэк-с… Не забыть бы чего… Где фонарик?– У меня. Там еще на полянке твой брезентовый сверток – я его сейчас принесу.– Нет, он тяжелый, я сам.Алексей в три прыжка оказался возле внушительного длинного свертка и, вернувшись, закинул его в окно.– Давай! – Он перемахнул через раму и протянул ей руки. – Залезай.Через минуту они оказались в кромешном мраке, который не освещали слабые лучи солнца, косо падавшие через окно и угасавшие тут же, словно задушенные настоявшейся тьмой, крепкой и терпкой, как выдержанный коньяк… Воздух был сырой и спертый, пахло плесенью, гнилым деревом, влажной землей. Алеша взял у Веры фонарик и осветил полусгнивший, местами провалившийся пол и стены со взбухшими, свисавшими клочками обоями.– Интересно, что здесь было в советское время? – сказал он полушепотом, тщательно высвечивая отдаленные углы просторного помещения.– Никаких следов не осталось, – так же тихо отозвалась Вера. – Пусто. Все вывезли. Может, тут была какая-нибудь контора?– В сельской местности, вдали от райцентра? Вряд ли… На завод или на склад не похоже – внутри планировка вроде сохранена, никаких особенных повреждений, брошенного хлама не видно. Ну что, ближе к делу? Мы сейчас находимся в правом крыле, а нам нужно левое.– Тогда вперед, вот сюда – по-моему, здесь должен быть вестибюль.– Да, тут как раз снаружи колонны портика, значит, прямо за ними – центральный вестибюль.Они медленно двинулись, осторожно ступая по гнилым доскам, которые потрескивали и кое-где прогибались под ногами. Миновав вестибюль, прошли через просторное помещение, которое, скорее всего, раньше было гостиной, и другое, поменьше, с узорными разводами плесени по стенам. Эта вторая комната была угловой, и через нее открывался проход в круглый зал с лепными карнизами, купольным потолком-плафоном и поддерживающими его полуколоннами.– Ну вот, кажется, это здесь – мы в третьем помещении, считая от вестибюля. – Дрожащим лучом фонарика Алексей обшаривал стены и пол круглой залы.– Смотри-ка, здесь камин сохранился! – Вера бережно провела рукой по мраморной каминной доске, покрытой слоем многолетней пыли и паутины.– Руки не пачкай! – Алеша присоединился к ней, рассматривая камин. – На-ка вот, вытри. – Он протянул ей чистую тряпочку, которую предусмотрительно засунул в карман.– Здесь, наверное, часы стояли. Или ваза какая-нибудь… – Вера мечтательно улыбнулась, стараясь мысленно представить себе, как выглядела эта необычная круглая зала, когда по натертому, сверкающему паркету шелестели пышные юбки ее прапрабабушек, а огонь зажженных в канделябрах свечей отражался в их влажно блестевших глазах…Между тем Алеша опустил на пол тяжелый брезентовый сверток, который доставил сюда, водрузив на плечо и придерживая рукой. Развернул его и извлек чугунный ломик, кирку, лопату, моток крепкой веревки, проволоку и большой стационарный фонарь.– Ну вот, теперь просчитаем. – Он принялся взвешивать и прикидывать что-то в уме, глядя на карту, где они красной точкой отметили нужное место. – Пожалуй, здесь! Посвети-ка.Он вынул из кармана рулетку и принялся обмерять пол и стены в той части залы, где находился камин.– Плохо видно. Вера, зажги большой фонарь – там сзади круглая кнопочка. А, вот это – совсем другое дело!Закончив обмеры, Алеша присел на корточки и очертил мелом круг на полу.– Сейчас начало двенадцатого. По моим расчетам, где-то в районе восьми-девяти вечера мы поймем, есть там что-нибудь или нет.– Ты хочешь сказать, здесь работы на целых восемь часов?– Если не больше… Пока вскроем пол, расчистим кусок земли… метра полтора на полтора, я думаю, – меньше никак нельзя. Надо бы яму побольше копать – я мог ошибиться, просчитаемся на жалких полметра и будем копать в каких-нибудь двадцати сантиметрах от тайника… Представляешь!– Нет, я думаю, ты все определил очень точно, мы не должны сомневаться, а то и браться не стоит! – Вера вошла в очерченный круг и стала рядом с ним. – Мы должны помнить, что делаем это ради отца, – и не ошибемся!Он вдруг отрывисто рассмеялся, крепко-крепко прижал ее голову к своей груди, потом легонько оттолкнул, как бы гоня за пределы круга.– Это ж кому ни сказать… смех, да и только! – Он продолжал хохотать, запрокидывая голову и уперев руки в бока.– А что такое? – удивилась Вера такому истерическому веселью.– Да сама посуди. Двое непуганых идиотов стоят над тайником с сокровищами, от этого тайника – от мига, когда они станут несметно богаты, их отделяют какие-то восемь часов… а они… ой, не могу! носы вытянули, ходят как в воду опущенные и рассуждают о высоких материях. Ни азарта, ни блеска в глазах – точно сонные мухи…Он перехватил Верин недоуменный и обиженный взгляд и осекся:– Прости, это… видно, не выспался, – и, сообразив, что совсем уж несет ахинею, признался: – Нервничаю – сама видишь!– Вижу, – тихо отозвалась Вера, отойдя в противоположный угол залы и ковыряя носком резинового сапога сохранившуюся чудом паркетину. – Алеш, я и сама нервничаю! Тут такое богатство, что… бежать бы подальше! Сам знаешь, если мы хотим развязать этот проклятый узел, то лишь бы ноги потом унести – Бог знает чем это может кончиться! Если речь идет об освобождении от родового проклятья, то представляешь, какие силы тут действовали! И мы вызываем их на себя!..– Да, мы с тобой камикадзе! – попытался он отшутиться, но шутка вышла не слишком удачной.Вера направилась к нему через тонущую в темноте залу, ее шаги гулко отдавались в напряженной, настороженной тишине, повисшей под его сводами, и в ярком свете фонаря, разрубавшего мрак, Алексей увидел, как она побледнела.– Знаешь, Алеша, в любом случае… я чувствую… – Она замялась, опустила глаза, а потом крепко впилась ему в плечи, притянула к себе и поцеловала – и поцелуй этот, короткий и быстрый, обжег ему сердце.Кровь прихлынула к его лицу, но Вера уже отпрянула на безопасное расстояние, подняла с пола тяжелый лом и протянула его Алексею.– Что, Верушка? Ты хотела что-то сказать! Скажи мне, прошу тебя, что ты недоговорила?– Алеш, не надо, это потом – я скажу тебе… после. Нам нельзя больше оттягивать… Только будь осторожен – помнишь, нас предупредила упавшая картина…– Да, пора! Ну, благословясь… – Он поплевал на руки и взялся за лом. Поддел одну из досок пола, и она легко поддалась – треснула и обломилась.– С Богом! – Вера взялась за ломик поменьше и, налегая изо всех сил, принялась крушить доски.Вскоре довольно большой участок пола был полностью расчищен. Под ним открывалась дыра глубиною около полуметра. Там, внизу, лежала сырая, полтора столетия не видевшая света, простуженная и неживая земля. Помогая друг другу, они принялись копать яму, крутясь на крохотном пятачке и то и дело задевая друг друга то щекой, то плечом, то коленом. И эта работа бок о бок друг с другом была для них самым тягостным и невыносимым испытанием.«За что? – думали оба, вгрызаясь в еще не оттаявшую апрельскую землю. – За что нам такое? Это испытание выжигает душу, рвет сердце…» Проклятье рода здесь, в этих стенах, навалилось на них, словно гробовая плита! И, полузадавленные, придушенные этой тяжестью, они с остервенением, с исступлением били лопатами землю, все ясней, все отчетливей понимая, что близится тот момент, когда роковой механизм выйдет из строя, пружина лопнет и время проклятья, натянутое тетивою через века, прорвется и канет во мгле.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики