науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Пока – туда, пока – сюда возвернется, а Катя все расцветает да ждет… Уговорились они, что, как только купец на обзаведенье семьи денег соберет – своих денег у него в ту пору не было: в деле он был вместе с отцом своим, – так Катерину из монастыря и похитит. А она, как только ему в море плыть, так молила все, что можно, про их семью разузнать – сердцем чуяла, что неспроста родители ее умерли… Вот и хотела, чтоб допытался избранник ее, не было ли в смерти их тайны какой, не повинен ли кто… Тот и расстарался – узнал от какого-то ювелира, который, еще будучи подмастерьем, служил у ее отца, что учитель его – первый в Венеции золотых дел мастер, чернокнижник и дивный мудрец – перед смертью передал отцу Катерины сделанное им особенное украшение – золотую рыбку, которая прыгает, как живая. И рыбку эту чародей тот заговорил – наслал на нее проклятье на долгие времена. И тотчас после того сперва отец, а потом и мать ее умерли в одночасье. Отца – казнили, а мать – от чумы сгорела. Тогда всю Венецию спалила чума. И молодой ювелир тот, чудом оставшийся в живых, все твердил нашему купцу Водопьянову, что страшнее той заклятой золотой рыбки в свете вещицы нет, что она – страшнее чумы и от нее пойдут по земле немыслимые злодейства… Эту небылицу и сообщил купец своей ненаглядной монашенке. А она – не будь дурна – и поверила! И рассказала своему купчику, что, мол, верно, и на нее то проклятье легло – про наследство свое рассказала, из-за которого ее в монастырь упекли и свободы лишили. А Водопьянов-то, брат, струхнул – больно италийских рассказов о проклятой рыбке он испужался – и утек от своей монашки. Как в воду канул! А она стала чахнуть, болеть, а вскоре и вовсе слегла пластом. И не знала она до поры, что купчик ее, прознав от монашки своей про несметное сокровище, которое Кудеяров-враг заграбастал, начал вокруг дочери Кудеярова Олены все увиваться. Раз такой клад старику достался, хоть малую толику его – в наследство дочери да в приданое – ей небось передаст! Тут ему и удача вышла – князь Московский его до себя возвысил, и стал купец при князе служить. Ну, тут – делать нечего – как приближенному князя дочь не отдать! Уступил Кудеяров Олену – стали к свадьбе готовиться. И монашка, которая за Катериной ходила и в дела ее сердечные посвящена была, о той свадьбе угасавшей подруженьке рассказала… А у той сердце и запеклось! Кровушкой изошло, и стала она от горя ночи черней, и все в ее душеньке умерло, кроме одного лишь желания – успеть отомстить! И страшным проклятьем прокляла она богатство свое – достояние своей несчастной семьи, на котором хотел построить счастье всей жизни погубитель-возлюбленный. Да не будет счастья-радости ни ему, ни его потомкам, пусть почернеют они от горя так, как почернела она! И повелела она подруге своей: когда молодые сойдут с церковного крыльца в день венчания в Новодевичьем, передать Олене золотую рыбку с блестящими лукавыми глазками – драгоценный подарок от неизвестной монашки, которая, мол, только что померла и велела подарить драгоценность эту первой невесте, какая будет венчаться в храме после ее смерти… Вот такое Катя надумала! И еще велела подруге, чтобы та передала новобрачной и последний наказ неизвестной ее благодетельницы: сей подарок свадебный беречь от мужского глаза, пуще зеницы ока хранить, а более всего – от мужа… И когда Катерина проговорила все это, сняла с шеи цепочку с рыбкой и передала ходившей за нею монашке – та вскрикнула и отшатнулась: ей показалось, что не умирающая слабая Катерина приподнимается со своего ложа пред нею, а ухмыляющийся бородатый мужчина, который был ликом темен и весьма ужасен… Но то, видать, показалось монашке – на ложе лежала сама Катерина, только мертвая… И наказ ее выполнила подруга слово в слово – Олена с радостью приняла чей-то тайный и столь прекрасный дар, даже до слез растрогалась! И стала она жить с Водопьяновым в богатстве и довольстве – много ценного отдал за нею отец, в том числе и полный сундук золота. Водопьянов не просчитался! Только до содержимого того сундука не дотрагивался он – берег до поры, и лишь, изрядно выпивши, поднимался к себе в каморку тайную, где хоронил сундук, отпирал его и копошил ручонками в чудном злате… Стал он пить без просыху и спустя всего три годка помер от белой горячки… И как при смерти был, все кричал: «Уйди, сгинь, Катерина!» А какая такая была та Катерина – про то только один его старый слуга и догадывался… А слуга его – Дормидон – шибко грамотный был, в монастыре сызмальства воспитывался, покуда монахи его в мир не отпустили – пострига принять он не захотел; вот этот-то слуга подробнейшим образом всю историю записал, а потом передал запись свою в Новодевичий. Там и сохранилась она. Он и далее тоже все описал… покуда жив был. Как Олена двойню родила и померла при родах. А отходя, повелела детей наречь по фамилии Даровацкие – в память бесценного дара безвестной монашки, который полюбился ей пуще всего другого, – ночами напролет любовалась она золотой играющей рыбкой в свете свечей, втайне от мужа… А не то – враз бы он признал, какова была та золотая рыбка, что страшнее чумы, и кто была тайная та дарительница… А еще завещала Олена передавать ту рыбку по женской линии, в память о наказе той, что ее подарила. И, стало быть, перешла она к ее дочери, Наталье. А сын Олены Димитрий повторил путь отца – влюбился без памяти в красавицу сироту, рощенную под присмотром монашек Новодевичьего монастыря. И девица та была Катеринина дочь Мария. Димитрий же не весь был в отца – взял бесприданницу в жены, благо у самого богатства хватало. Вот и сталось, что Катерина, того не зная, навлекла проклятье свое на родную дочь! Ведь та принадлежала теперь к проклятому роду… Но мало того, молодые и не догадывались, что были они единокровными братом и сестрой, жили в смертном грехе и от кровосмесительного того союза еще наплодили детей… Так и перешло проклятое то наследство к первым в Москве Даровацким. И как ни чудно это, но никто в роду не пустил в оборот золота из злосчастного сундука, не отдал сокровища в чужие руки! Знали ли потомки Оленины про тайну заклятья страшного – смертного Катиного заклятья, про которое ведал один слуга Дормидон, коий, помирая, передал записки свои в Новодевичий монастырь?.. То ли знали, то ли не ведали – только род их и воистину нес на себе печать проклятья – все мучились страшно, страдали от несчастной любви, впадали в немилость царскую, нищали и разорялись внезапно, шли по этапу в ссылку или внезапно чахли и умирали от неведомого врачам недуга… От такой неизвестной болезни сгорел и благодетель мой, Павел Андреевич. А перед самой кончиной повелел все сие изложить на бумаге, бумагу сложить поверх золота и драгоценностей в тот треклятый сундук, крепко-накрепко запереть и закопать под полом круглой залы здесь, в подмосковной усадьбе… Чтобы, ежели, не дай Бог, кто-то клад сей отроет, бежал бы от него как от огня, жизнь свою и детей своих сберегал… Что я доподлинно и исполнил, оставаясь преданным слугою Господа нашего и благодетеля моего, да обрящет он Царствие Небесное. Ныне и присно и во веки веков. Аминь!»
– Подпись тут неразборчива – с краю бумага рассыпалась, – закончил Алеша. Некоторое время они молчали, глядя друг на друга, не в силах обсуждать прочитанное… Вера, поймав в зеркальце свое отражение, вспомнила, что в ушах ее все еще вдеты бесценные изумрудные серьги. В этой горячке она о них совсем позабыла! Так же молча Вера вынула серьги из ушей, завернула в салфетку и положила в бардачок возле теперь бесполезной карты.– Круг замкнулся, – сказала она пересохшими губами.– Да… он замкнулся на нас! – подтвердил Алексей. – Все повторяется. И от судьбы не уйдешь! Вот что следует из этого предупреждения, посланного для нас из стародавних времен.– Нет, неправда! Мы все-таки кое-что изменили: вспомни письмо отца – рыбка сгинула, клад тоже пропал, а значит, наш род освобожден от заклятья. А теперь едем!– Да, пора. Дома, говорят, и стены помогают! – кивнул Алексей, поворачивая ключ в замке зажигания.– Но мы поедем не домой.– А куда же? – Он удивленно уставился на нее.– На подворье Валаамского монастыря – к отцу Александру. – И Вера, перехватив его недоумевающий взгляд, добавила: – Я вчера была у него. Случайно… Словно кто-то привел меня, вот… как к тебе. И я все ему рассказала.– Что «все»? – Его удивление все возрастало.– Про нас! – Она протестующе мотнула головой. – Не выспрашивай меня сейчас! Пожалуйста… У меня все это не укладывается в голове. А он нам поможет. Он велел, как только с кладом покончим, сейчас же к нему!– Зря ты мне ничего не сказала! – Алексей нажал на педаль газа, аккуратно вывел машину с обочины на шоссе, переключил скорость и понесся к Москве…
Ровно в двенадцать ночи Вера с Алексеем звонили в дверь квартиры отца Александра на Пречистенке. Отец Александр нисколько не удивился ни их визиту, ни столь позднему часу вторжения, – взглянув на них, посеревших от усталости, еле держащихся на ногах, перепачканных глиной, он все понял. Казалось, что он понял не только то, откуда они к нему явились, – он знал обо всем, что с ними произошло, вплоть до последнего потрясения – содержания попавшего к ним послания… Они готовы были поклясться, что священник был ясновидящим! Им такое было не дано, да и к лучшему – уж больно опасными казались теперь попытки приблизиться к сокрытому от людей тайному знанию…Отец Александр провел своих поздних гостей в комнату, предложив им сначала помыться и перекусить. Они, поблагодарив, отказались – сильнее всего было в них сейчас желание говорить с ним, слушать его – некое шестое чувство говорило обоим, что отец Александр посвящен в какую-то самую важную тайну их рода, о которой они не знали!– Ну что ж, дорогие мои, поздравляю вас – вы победили!Священник стоял перед ними, высокий, прямой, сложив руки на груди. Гостей же он усадил в кресло и попросил монашку, приставленную вести его домашнее хозяйство, приготовить для них крепкий кофе.Вера с Алексеем глядели на отца Александра во все глаза, и на устах их замер вопрос: в чем же была их победа?..– Прежде всего, вы выполнили волю Владимира Андреевича, а это победа, потому что исполнить его волю вам было немыслимо трудно по известным мне обстоятельствам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики