ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Япония разрушит себя сама. Не кто иной, как сами японцы уничтожат Японию. Япония разлагается. Сгниют все. Я ни за что не отвечаю, начальник плох, политика вырождается, это еврейский заговор – сваливают друг на друга грехи коллективного сознания. В колонии, что существует в моем теле, и сегодня поднимается антияпонский мятеж. Но я не снял с себя маску японца. Поэтому мне одному придется принять на себя сиротскую судьбу Японии.
Где-то я слышал подобные слова. Учитель, мне кажется, сирота обладает большей свободой. Сироте нужно быть играющим ребенком. Учитель, по-моему, вы совсем не знаете искусства игры. Учитель, а сколько раз вы занимались сексом? Наверное, раз в сто меньше, чем я.
– Учитель, а что, если в этот раз вам попробовать собственными руками уничтожить Японию?
– Мэтью, ты же знаешь, почему я ушел из университета.
– Наверное, потому, что студенты и другие профессора были идиотами?
– Именно. Я бросил мир. Чтобы в свой последний час увидеть будущее Японии. Я уже стар. Но мне было бы приятно, если бы эта страна успела погибнуть при моей жизни. Вечером я написал новое эссе. Возьми копию.
Я тут же начал читать его эссе и ощутил странное чувство ностальгии. Когда я учился в старшей школе, Катагири часто рассказывал мне свои сказки в продолжение занятий по японской разговорной речи. После войны Катагири не вернулся в Японию, превратившуюся в пепелище, а придумал Республику японских переселенцев и стал отцом-основателем государства. Так как я был единственным японцем среди всех детей напрокат, то из меня сделали гражданина одинокой Японии, которую основал Катагири. Он был занят бизнесом «дети напрокат» и поэтому подтверждал существование призрачной Республики японских переселенцев главным образом в разговорах со мной по-японски. Точно, Катагири наверняка должен был говорить то же самое, что писал в своем эссе господин Ямага.
Друзья, примкнувшие к белой расе с опозданием на один век! Не нужно подражать христианской морали. Те, кто вплоть до прошлого века (нет, и до сих пор) насаждал по всему Земному шару вместе со своим богом программу господства, в качестве источника своей энергии использовали ненависть и предрассудки по отношению к другим религиям и народам. Сейчас они научились скрывать эту ненависть и предрассудки и вершат политику, руководствуясь показной моралью, подлинные свои чувства они раскрывают только друг перед другом. Понятие показной морали и подлинных чувств не было изобретено в Японии, это коронный номер тех, кто считает Христа своим богом, будь то католики или протестанты.
Хамелеоны, без году неделя примкнувшие к единству белых! Отбросьте показную мораль христиан! Выведите их на чистую воду! Выполните волю неопытных хамелеонов, ввязавшихся в Великую восточноазиатскую войну. Не заботьтесь о будущем, делайте то, что вам вздумается. Отбросьте стыд. Не допускайте до себя жалких мыслей защитить послевоенную Японию, созданную руками Америки. Своими руками уничтожьте без остатка Японию и по форме, и по сути! Станьте племенем скитальцев. Пусть среди вас выживут только самые талантливые.
Я подумал, что если Япония погибнет, то таким людям, как господин Ямага, придется умереть первыми. Катагири постоянно размышлял о том, что будет с Японией после конца истории, он на самом деле выжил среди племени скитальцев. Господин Ямага и Катагири отличались друг от друга больше, чем рыдающий самоубийца отличается от человека, стремящегося стать богом. По силе, какой обладали эти двое, господина Ямага можно было сравнить с белкой, а Катагири – с пятнистой гиеной. В конце концов, слово за силой.
Я никогда не спрашивал господина Ямага, что ему снится. Мне совсем не хотелось читать его сны, а он ненавидел тех, кто, подобно психоаналитикам, заглядывает к нему в бессознательное.
Прежде всего господину Ямага нужна была игра. Но, вместо того чтобы играть, он наверняка предпочел бы размышления на тему «понятие игры в мировой культуре». Я, однако, понимал, что выманить его в ночной город – задача реально не осуществимая.
Однажды на меня снизошло озарение. Революционная идея. Для реализации ее на практике у меня был идеальный партнер. Распутная Марико. Она согласилась неохотно, но быстро (она всегда такая).
Итак, как всегда, в девять утра я пришел на индивидуальную лекцию господина Ямага. Было воскресенье, со мной вместе пришла Марико в очках, в синем пиджаке. Я заранее известил профессора Ямага, что приведу с собой еще одного слушателя.
Пять лекций по «Теории гибели Японии» завершились, и с сегодняшнего дня должна была начаться «Новая теория желтой опасности» – о пагубном влиянии Китая на весь мир в XXI веке.
– Как вы знаете, Китай сейчас находится на пути демократизации и либерализации, но я отношусь к этому с большим опасением. Почему? Да потому, что еще больше китайцев, чем сейчас, уедет за рубеж. Без сомнения, структура населения Японии изменится значительным образом, и, вероятно, усилится влияние китайцев в Америке. Частично китаизируются и развитые капиталистические страны. Естественно, повсеместно возникнет национальное и религиозное противостояние, а также противостояние интересов региональной экономики. При этом в каждом из регионов существует риск выхода на поверхность новой теории желтой опасности. Это несет угрозу для японцев. Ведь для белых что японцы, что китайцы – одно и то же.
– О чем он беспокоится? – спросила Марико, поглаживая мою ногу.
– Учитель не хочет, чтобы его приняли за китайца.
– Я этого не говорил.
Марико проигнорировала это замечание и принялась расстегивать пуговицы на моей рубашке. Я положил ей руку на грудь.
– Чем это вы занимаетесь?
– Решили показать вам шоу.
Марико сняла пиджак и расстегнула пуговицы на блузке. Я просунул руку ей под юбку и начал поглаживать ее между ног.
– Выйдите сейчас же!
Марико послала разъяренному профессору воздушный поцелуй и стала кокетничать с ним.
– Учитель, за просмотр денег не берем. У вас уже встал?
– Учитель, я хочу, чтобы у вас стояло. Я хочу, чтобы вы стали бодрым и здоровым. Если хотите, возьмите Марико.
– Учитель, побалуйтесь со мной.
Господин Ямага убежал в спальню и, сколько мы его ни звали, не выходил оттуда. Он закрылся на ключ. Немного жаль его, но если даже от такой ерунды его болезнь может прогрессировать, я – бессилен. В таком случае приму хладнокровное решение.
На следующий день господин Ямага сам позвонил мне. Он предложил провести следующую лекцию по «Новой теории желтой опасности» опять в воскресенье. Похоже, данный метод лечения принес неожиданный положительный эффект. Голос у профессора был бодрый.
Работа на неделю
Понедельник . Ужин с директором, развлечение посетителей, директор считает себя талантливым певцом.
Вторник . Репетитор школьника средних классов, отказывающегося ходить в школу. Благодаря мне он прекрасно знает английский. Вечером – анализ снов девушки А., любящей литературу. Посоветовать ей создать свое воплощение, подобное Микаинайту.
Среда . Выходной. Днем – чтение дома. Сон. Вечером – вечеринка у Рафаэля. Развлекаемся до утра.
Четверг . Выслушать жалобы мадам Миура. Говорят, она застала мужа с любовницей.
Пятница . Репетитор школьника средних классов, отказывающегося ходить в школу. Кажется, он не хочет ходить в школу из-за своей полноты. В классе у него кличка: Сумо. Предложить поехать на стажировку в Америку. Там множество ребят, которые в два раза толще его.
Суббота . Выходной. Никаких планов.
Воскресенье . Позвали в качестве гостя на встречу писателей и критиков. Похоже, информация обо мне распространяется. Писатель по имени Масахико Симада решил сделать меня героем своего следующего романа. Скоро он будет брать у меня интервью. Напугаю его, потребовав высокий гонорар. Когда я спросил у любящей литературу девушки А о романах Масахико Симада, она сказала:
– Сладенькие романы. Не хватает ему трудностей жизни, таких как у вас, учитель.
Понедельник . Выходной. Написать письмо Пенелопе.

Книга вторая
5. Урасима Таро

Собака с грустным лицом ест пиццу
Станция «Сибуя» – это озеро на дне долины, куда стекается несколько рек. Когда открываются шлюзы пешеходных переходов на перекрестке, людские потоки начинают свое стремительное движение, то там, то здесь образуя водовороты. В дождливые дни над толпой теснятся, наталкиваясь друг на друга, разноцветные зонты. Это напоминает мне причудливый механизм, в котором произвольно крутится множество шестеренок. Я наблюдал за действием этого механизма сверху, из перехода на платформу линии Иногасира. Меня ждала недоделанная работа, а я простоял минут двадцать у окна, будто назначил кому-то встречу. Будь у меня граната в правой руке, я смешался бы с толпой, небрежно выдернул чеку и выбросил ее, как окурок… Интересно, где бы я смог скрыться? А будь у меня шанс спасти одного человека, кого бы я спас, задумался я всерьез.
Посмотрев в сторону, я вдруг заметил похожего на бомжа мужичонку, который из окна растерянно наблюдал за столпотворением у станции. Бомжи никогда не попадают в поле зрения погруженных в свои мысли прохожих. Что так привлекло его внимание? Я проследил за его взглядом. За памятником Хатико, сидя на брусчатке, промокший бомж ел обед из коробки. Рядом <: ним сидела такая же мокрая собака, с которой он делился жареной курицей или чем-то еще. Только я да невзрачный смуглый бомж с интересом наблюдали за ними.
Микаинайт, где-то я уже видел подобную картину. Седьмая авеню и четырнадцатая улица Манхэттена. Шел мелкий дождь. Помнишь, там на дороге сидел на корточках мужчина в куртке цвета хаки с пятном от кетчупа и в бейсболке с эмблемой «Нью-Йорк Янкиз» и ел пиццу, делясь с собакой? У собаки, дворняжки с белыми и черными пятнами, был растерянный вид, а брови такие, будто мужчина, дурачась, пририсовал их ей фломастером.

Я пробормотал: «Собака с грустным лицом ест пиццу». Три месяца назад я начал учить испанский, и полученных знаний мне хватило, чтобы построить эту фразу. Я и сам удивился, как это странное предложение легко и непринужденно слетело у меня с языка.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики