ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

за них он получил бы столько шкур, что мог бы составить состояние или содержать семью весь год. Эти французы называли себя торговцами, но было бы точнее именовать их контрабандистами. Бретоны были представителями этой независимой и отважной породы.
Торговля с англичанами при таких обстоятельствах была, конечно, изменой. Предпринимались усердные попытки пресечь ее, в первую очередь потому, что начальство в поселениях, как правило, обладало исключительным правом на торговлю в своих районах, полученным по протекции или за взятку губернатору или его жене. Но солдаты, которых посылали с этим заданием, обычно были настолько недисциплинированные или неумелые,
что ускользать от них считалось почти забавой. Родившиеся и выросшие в Новом Свете, прожившие большую часть жизни в глуши, Бретоны знали и умели то, что новобранцам и во сне не снилось, этому же они обучили Сирен, которая отправлялась с ними в их опасные предприятия.
— Однако во мне достаточно от щеголя, — произнес Репе, снова привлекая ее внимание, — чтобы пожелать бритву и смену белья, если бы нашелся кто-нибудь, кто мог бы сходить ко мне на квартиру и принести их. Или, на худой конец, я мог бы послать записку мадам Водрей и попросить, чтобы она это устроила.
— Ничего сложного. Я могу это сделать сама.
Сзади раздались шаги. Гастон вошел в каюту с корзинкой, полной свежевычищенной рыбы, и поставил ее на стол. Его голос был сух, а взгляд перебегал то на одного, то на другого, когда, наконец, он спросил:
— Что нужно?
Сирен повторила просьбу Лемонье. Зная, что ей не разрешат пойти в город одной, она добавила:
— Ты же пойдешь со мной, Гастон?
— Не дури. Тебе нельзя идти!
— Не одной, ничего же особенного не будет, если ты пойдешь вместе со мной.
— Ничего особенного? Ты собираешься отправиться на квартиру самого известного распутника во всем Париже, чтобы собрать его личные вещи, а потом выйти с ними на всеобщее обозрение, и не видишь здесь ничего особенного?
— Его же там не будет! — воскликнула Сирен, вскочив в раздражении. — И вряд ли меня может осквернить то, что я принесу ему одежду.
— Вот именно так и будет. Невинной девушке нечего касаться личных вещей мужчины.
— Я все время стираю ваши штаны!
— Это другое дело.
— Ну-ка объясни, почему.
— Отец и дядя Пьер — компаньоны.
— Так значит, мне нужен компаньон, чтобы стирать ваши штаны!
— Ты знаешь, что я имею в виду! — закричал Гастон и побагровел под заинтересованным и ироничным взглядом Рене Лемонье.
— Да, знаю, — согласилась Сирен, сверкая глазами. — Иногда мне кажется, что было бы лучше, если бы я не была невинной! Тогда, может быть, со мной не обращались бы как с пленницей.
— Сирен!
— Это звучит так ужасно? Как бы тебе понравилось, если бы за каждым твоим движением следили с утра до вечера? Если бы ты не мог никуда пойти без разрешения и охраны?
— Мы беспокоимся о тебе, о твоей безопасности.
— Не сомневаюсь, но цена слишком высока.
— Ничего не поделаешь, пока не выйдешь замуж.
— Что, и получу еще одного тюремщика? Не думаю, что это выход.
— Тогда ты должна смириться.
— Должна?
Гастон сочувственно ухмыльнулся.
— А я тем временем принесу все, что требуется.
Сирен кивнула, но в мыслях у нее вертелся простой и дерзкий вопрос: в самом ли деле она должна?
Глава 3
С десятилетнего возраста и до тех пор, пока ее родители не покинули Францию, Сирен воспитывалась в монастыре урсулинок в Кимперле — заведении, возникшем еще в 1652 году. Там ее обучали французскому языку, истории и началам наук, включая арифметику, практическим навыкам, например, как правильно делать уборку, печь, сохранять продукты и ухаживать за садом, и светским искусствам — музыке, танцам и рисованию. Она приезжала в монастырь и уезжала оттуда домой в сопровождении матери, дедушки, который оплачивал ее расходы, и гувернантки. Во время пребывания в монастыре она находилась под присмотром не только сестер-урсулинок, но и своей гувернантки, которая следила за ее комнатой и одеждой, сопровождала ее на экскурсии и поездки домой по выходным.
Сирен в самом деле не могла припомнить, случалось ли ей оставаться совершенно одной, без всякого присмотра.
В монастыре были девочки, завидовавшие тому, что при ней всегда была гувернантка, привычная спутница, заботившаяся о ней. Но даже тогда Сирен раздражали эти ограничения, эти постоянные наставления и замечания, не прекращавшиеся даже в спальне. Ей говорили, что ее готовят к той поре, когда она займет положение обществе и примет ответственность за ведение собственного хозяйства. Упоминалось приданое, которое даст ей дедушка, говорилось о мужчине из знатной богатой семьи, за которого она несомненно выйдет замуж. Она должна была усвоить хорошие манеры и знать настоящее место женщины, чтобы пользоваться этими благами.
Но все это вызывало у нее упорное сопротивление. Она примкнула к группе девочек, обожавших риск: воровать сливы и яблоки из монастырского сада, перебрасываться через стену записками с деревенскими мальчишками или тайком флиртовать с учителем, который приходил к ним вести уроки рисования. Когда проступки открывались, следовало суровое наказание; старшие монахини порицали такие привычки самым строгим образом. И только одна молодая монахиня, сестра Долорес, понимала ее. Сирен до сих пор писала ей время от времени. Она никогда не забывала той беззаботной поры, хотя надежды на богатое приданое и удачный брак рассыпались, когда она с родителями уехала из Франции.
Сирен не жалела об утраченном. Было время, когда она согласилась бы на выбранного для нее мужа, если бы он был молод, недурен собой и занимал приличное положение. Теперь все было иначе. Как она и говорила Гастону, сейчас муж означал для нее не больше, чем еще одна обуза. Иногда она думала о балах, приемах и маскарадах, но, так как ей не пришлось вкусить этих удовольствий, она могла отказаться от них без особых сожалений. Вольте всего она желала свободы, свободы распоряжаться своей жизнью, вырваться на волю и найти свое место. Она знала, что сможет это сделать, занимаясь торговлей.
Она не была здесь новичком. Пьер никогда не считал ее отца надежным компаньоном и поэтому в свои торговые экспедиции всегда брал с собой ее. После второй поездки она начала активно помогать им, подсказывать, кие товары выбирать на обмен и вести учет их количества и стоимости, чтобы Бретонов не надували. Пьер и Жан обладали обширными познаниями по части мехов и их ценности, могли производить в уме сложные расчеты, но, как и большинство людей, выросших в дебрях Новой Франции, едва умели читать, а писать — и того меньше. В знак уважения к ее познаниям и свидетельства, что они ценят ее помощь, Пьер год назад подарил ей несколько фунтов индиго, на которые она выменяла у англичан стеклярус, гребни, полированные зеркальца из стали и маленькие железные котелки. Потом она продала их индеанкам в поселке чокто за расшитую кожаную одежду, плетеные корзинки и несколько небольших шкур. Наконец за них она выручила на городском рынке порядочную сумму, достаточную, чтобы купить в два раза больше индиго, чем дал ей Пьер.
Ее деятельность не осталась незамеченной. Приятели Пьера и Жана из среды контрабандистов, с кем они лили и играли в пивной при дороге, смеялись над ними и поддразнивали двух мужчин, божась, что» ими руководит женщина-контрабандистка. Пьер и Жан молча улыбались, пожимали плечами и потряхивали кошельками, где звенели лишние монеты, которые она помогла им получить.
Но ее коммерции мешало то, что, торгуясь, она должна была всегда иметь при себе одного из Бретонов, происходило ли это в лагере англичан, в индейских становищах или в городе. Индейским женщинам это казалось особенно забавным, они всегда интересовались, что за ценности она прячет при себе или какое она совершила преступление, что за ней должны так строго следить. Сирен не видела в этом ничего забавного.
Зато теперь она знала способ, как избавиться от такой защиты. Гастон дал ей ключ. Невинная, вот как он назвал ее. В конце концов, они все защищали, видимо, именно ее невинность. Если бы она перестала быть девственницей, незачем стало бы так волноваться. Как это просто.
Избавиться от причинявшей столько неудобств девственности было не так просто. Если ни одного мужчину не подпускали к ней, потому что она была девушкой, то верно и то, что ей пришлось бы оставаться девушкой, потому что к ней не подпускали ни одного мужчину.
Исключением были только сами Бретоны. Нечего и говорить, что любой из них позволил бы совратить себя, но она отбросила эту мысль еще прежде, чем она пришла ей в голову. Даже если бы братья не были настолько старше нее, в этом все же было что-то неестественное, скорее всего, оттого, что она так долго прожила у них. Гастон мог бы больше подойти ей по возрасту, но она столько ссорилась, работала и играла вместе с ним, что он сделался для нее больше братом, чем возможным любовником.
Конечно, идеальным кандидатом был Гене Лемонье. По многим причинам — его возраст, репутация развратника, то, что он был под рукой, — но, к сожалению, это было невозможно. Если бы она и нашла способ остаться с ним наедине на достаточное время, он был еще слишком слаб для такого дела.
Впрочем, это неважно. Несмотря на то, что эта мысль приносила иллюзию самостоятельности, и на странный жар, охватывавший ее при мысли о том, чтобы обратиться к Лемонье за таким одолжением, она прекрасно понимала, что никогда на это не осмелится. Решение, возможно, и выполнимо, но уж очень оно дерзкое. Должен быть какой-то иной путь добиться независимости.
От этой мысли уже нельзя было отделаться. Она засела в потаенном уголке сознания Сирен, служа ей тайным развлечением до конца дня. Она снова всплывала, когда ей случалось взглянуть на свою крохотную комнату и на лежащего в ней мужчину, и когда Бретоны отправились в город на несколько часов, оставив Гастона на страже. Она опять возникла, когда Сирен стала готовиться ко сну. Обычно она грела воду и купалась, уединившись в своем закутке. Поскольку это стало невозможным с тех пор, как Лемонье пришел в себя, ей приходилось довольствоваться торопливым ополаскиванием на затемненной палубе, зачерпывая воду из реки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики