науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Семен Ребятников. Чего тебя черти разбирают?
Еремей Лысов смеется. Я маленький, глупый был гусёк. Ну прям глупый был гусёк. Ой, гусёк. Мать говорит... Смеется.
Иван Авдеенок. Ну что тебя? Тоже смеется.
Еремей Лысов. Мать говорит... - смеется... - лен у нас вырос. Говорит: "Катька, пригонит пастух на полдни - ты гляди". Это она сестренке-то, а мне говорит: "Прополи лен, - говорит, - травой заросший". Пошел я. А лен большущий. Сел на середке. И рву - в кучу все кладу. Пришла мать: "Ах ты, дурак! - И носом меня в кучу - толк! толк! - Что сделал? Ну? И лен подергал. Всю поперечку вырвал, дурак". Смеется.
Семен Ребятников. Ишь ты, Еремей голос веселый подал, полез на взгорочек с разговорочком.
Еремей Лысов. Я в темноте люблю поговорить. А маленький-то я был, ох гусёк. Смеется.
В проломе появляется Девочка. Останавливается, не решается шагнуть.
Девочка. Папаня, мамка зовет.
Семен Ребятников. Григорий, жив?
Григорий Шевайтийский. Ну чего?
Девочка. Мамка спрашиват: ночевать придешь?
Григорий Шевайтийский. Скажи: пускай спать ложатся.
Девочка. Мамка спрашиват: не придешь ли, теленок у нас пал.
Григорий Шевайтийский. Скажи - пускай сами со скотиной разберутся. А нам тут от дела нельзя отставать. Иди, скажи.
Девочка уходит.
Иван Авдеенок. Темно.
Федосей Авдеенок. Солнце-то еще за дубовым воротам да за семи замкам, а замки-то еще не брякали.
Еремей Лысов. Ох, братцы, какой страх я распечатал - иду из города, лесом иду, аккурат около бочажка на дороге баба лежит с ребенком. Думаю заснула. А она впереди лежит, прям на дороге. Подошел - баба убита, а ребенок по ней ползает, сосет. Ну, думаю, - конец мне - лес, дерева так полосами кружат, закрыл рукам голову, бегу, думаю - сейчас, сейчас пулей по спине стукнет - и готово. Слышу - вроде мягче - это я на луг выбег. Ну, теперь до другого разу.
Семен Ребятников. А чего тебя в город понесло?
Еремей Лысов. Хотел пилу продольну купить. А не достал.
Семен Ребятников. Ты на Петра ходил?
Еремей Лысов. На Петра.
Замолчали...
Михаил Суков. Я вот чего... Эй, вы живы?! А вот чего... Марк-то Кляус про огонь говорил. А ведь верно: огонь-то чище воды, вода-то со ржвой.
Семен Ребятников. Повытают снежочки с чиста поля, потечет вода - и лужком, и всяко. А у меня-то одиннадцать душ детей.
Федосей Авдеенок. Повынесет ледочек из синя моря. Тепло-то как буде... А об нас - ни гу-гу, все травкой закроет, эх, ну ладно.
Семен Ребятников. Так бы ничего. И раньше-то ведь тоже ведь как. Да одна беда - холодна вода. Ведь какой год все по воде, да черными грязями о-о!
Федосей Авдеенок. Повалимся - ничего. И с малой-то кочки, да все не к пустой земле, а к бархатной...
Иван Авдеенок. Ветерком потянуло.
Михаил Суков. Ну, вздохни. Вздохни разок.
Семен Ребятников. Луна скоро засветит.
Еремей Лысов смеется. Братцы, раньше народ-то гусёк был - ох, гусёк! Деревянным сохом землю пахали. Пройдут сколько-то там, перегонят на другой шнур - и опять. Ну темный народ-то. Ох, гусёк! Смеется.
Заиграла музыка - флейта, скрипка. Потом загремели отдаленные выстрелы. Все смолкло.
Клава вбегает. Евреев убили. А девчушку живую задерновали. Они ее дернуют, а девчушка кричит: "Не надо, дяденьки. Я вам станцую..." Они смеются, не спешат, земельку кидают. Спрашивают: "Кушать хочешь, девочка? Ессен?.." Меня всю вывернуло, как глядела. Ой, не могу, не могу. Убегает.
Федосей Авдеенок. Иисус говорил: все воскреснут. Вся жизнь человеков слезами поливана.
Еремей Лысов. Хорошо играли, душевно. Дали бы им до утра дожить, хоть еще чуток.
Семен Ребятников. Кто разбойник - он и есть разбойник. И с вечера и по белой заре.
Иван Авдеенок. А что, братцы, трудно ли человека убить?
Михаил Суков. А ты убей.
Иван Авдеенок. Коль правда, Марк Кляус грехи наши на себя взял, я бы убил.
Еремей Лысов. Это зачем же?
Иван Авдеенок. А так - попытать.
Еремей Лысов. Вот ты какой...
Иван Авдеенок. А какой - греха нет. А Кляусу - один, другой - на земле грехов много. Так что человек, что комар.
Еремей Лысов. Смотри, Иван! Язык - вор, утянет.
Иван Авдеенок. Ха. Человека прижмешь, а он на тебя - так жалостливо. Глаза большие выкатит - хоть воду черпай. Глядит и молит. А слов-то уж нет, только глядит. А я его за скобу - во!
Еремей Лысов. А кто глядит-то?
Иван Авдеенок. А убиенный.
Михаил Суков. Верно Марк Кляус сказал: огонь - все у человеков прикроет, каждую щелочку.
Григорий Шевайтийский. А за меня Кляус не ответчик, не его, моя спина ответчица. Верите ли, братцы, как начали меня стебать, а у меня ножичек в кармане. Сам с собой соображаю: полосну себя ли, другого - далеко ли до греха. А они секут, как рожь молотят. И без отдыха. Ну нет мочи. Я реветь, как боров. А меня по жопе, по плечам, по голове. Конец! - кричу - и нету голосу. А все думал - может, не конец, может, перемогнуся. Вот с Федосеем и в речку бежали.
Семен Ребятников. Я-то вас еще видал.
Григорий Шевайтийский. Мы с Федосеем в речке отсиживались. Сперва спина у меня была черная - чугуном - как стала обживать - желтая. Вот оно как, братцы.
Еремей Лысов. А людей, как муравьев.
Иван Авдеенок. Муравей безгрешен, а ему свою печку жалко, домой бежит.
Григорий Шевайтийский. Мне б документа достараться - что битый, битый, и как, когда и чего. Братцы, вы меня-то послушайте, братцы.
Федосей Авдеенок. А и бумажке нынче веры нет.
Еремей Лысов. А надо бы с гербом да с печаткой.
Семен Ребятников. Да как достараешься?
Еремей Лысов. И обезглазишь раньше-то.
Семен Ребятников. В слезах не увидишь. Не увидишь света белого.
Иван Авдеенок. А кто наши слезы считал? Вот уж правда: из земли да в землю, из земли да в землю...
Федосей Авдеенок. Ладно вам злобиться - у всякой птицы свой крик.
Еремей Лысов. А я бы, братцы, шел и шел, шел и шел. Хоть босно - а шел бы.
Семен Ребятников. У меня сколько детей! И годов сколько... Только бы мне хлебом не биться.
Еремей Лысов радостно. Вот и я бы так. А дадут сальца щи зашкварить, и я бы ой! Смеется. Работать охота!
Федосей Авдеенок. Известно. Как работаешь, так и ласка на тебя другая.
Семен Ребятников. Вот уж наработаешься. И рук не слышишь. И ноги не идут. И ноги не идут, а руки-то гребут.
Еремей Лысов. А я-то! Как намаялся. Мне и роса теперь - одеяло жаркое.
Григорий Шевайтийский. Братцы, про меня не забудьте, я ведь как пшено пареное.
Михаил Суков. Вон - огонь разгорается, через пустыню перекинулся, да холоднее чужой стороны.
Луна вырывается из-за туч.
Семен Ребятников. Поля наши будут вспаханы да перепаханы да без нас... Ой! Проложи дорожку, холодный огонь.
Еремей Лысов. Спустимся мы по дорожке да глянем вам в глаза - не братцы ли вы родные?
Семен Ребятников. От ветра в чистом луге трава поднимается, от ветра и ложится. Не мы ли лугами пробежали? Ох!
А луна все выше да ярче светит на мужиков.
Федосей Авдеенок. Мы живем в дому без окон. А кто нас спокинул? Кто оставил нас?
Еремей Лысов. А мы выбегем в чисто поле!
Иван Авдеенок. А напустится туча, пойдет частый дождичек - о-о!
Михаил Суков. Не лей! Не лей, частый дождичек! Твои дети замерзши.
Семен Ребятников. Мы сидим по кустам и кусточкам. Хлебушко держим в рукаве.
Семен Ребятников. Холодно! Нам бы здоровья и жизнь...
Еремей Лысов. Нам бы - эх!
Федосей Авдеенок. А ветерок-то - о-о! Сразу к легче.
Семен Ребятников. К погоде - ветер.
Еремей Лысов. Холодно.
Семен Ребятников. Будет погода.
Еремей Лысов. Глядите, братцы, дом-то у Васты старый - только дырки светятся.
Семен Ребятников. Детей у ей отобрали, и лошадь, и корову отобрали, остались только углы. А теперь и стенку - фукнули.
Иван Авдеенок. Неталанная.
Федосей Авдеенок. Правда, братеня, - неталанная, и с Марком-то Кляусом всё ей в разрушение.
Семен Ребятников. Такая у ей кровь, зараженная.
Григорий Шевайтийский. А моей-то крови сколько натекло, братцы.
Появляется Нюра Шевайтийская, останавливается. И сразу в крик.
Нюра Шевайтийская. Ты чего ж домой нейдешь? Ведь теленок пал, слышь!
Григорий Шевайтийский. Ну?
Нюра Шевайтийская. Глядите на него! Глядите на старика этого. И бранчливый и квохтучий. Только и знал, что работал, как бурый волк. А как дали ему, как постебали - вот ён и стал самолюбец. Нет в ем жалости, нет в ем прелести.
Григорий Шевайтийский. Чего ты?
Нюра Шевайтийская. А! Не пройди, не зацепи. Другая с ума б сошла с такой жизни.
Григорий Шевайтийский. Ну, разгорелась баба, за крику твоего слова не осталось, и ночь вся пропала.
Нюра Шевайтийская. Самолюбец! Постебли его - так он жопой в глаза людям.
Григорий Шевайтийский. Ведь здоровье выбили. Ведь совсем здоровье отобрали.
Нюра Шевайтийская. О детях бы думал, самолюбец!
Тихо проходит Васта Трубкина. Нюра Шевайтийская первая заметила, кинулась.
Нюра Шевайтийская. Ты чего, горюша?!
Васта Трубкина. ОН-то уж поплыл на черных корабликах, а я-то думаю домой мне надо. Как ты думаешь, Нюра, с детями когда я встренусь?
Нюра Шевайтийская. Не знаю, горюша. А чегой-то у тебя?
Васта Трубкина. Головешка.
Нюра Шевайтийская. Зачем тебе головешка горелая?
Васта Трубкина. Сожгли моего милого. А я думала: обниму его, хоть один разок прижмусь. Бросает на пол головешку.
Михаил Суков. Знал ОН судьбу свою. Слово знал - огонь.
Васта Трубкина обращается к Григорию Шевайтийскому. Нету брата твоего.
Михаил Суков. И злодеям кара назначена: гореть в аду вечным огнем.
Иван Авдеенок. А какое второе слово?
Васта Трубкина. То слово с весной прилетает, Божией птицей поет. И надругались над ним, а ОН терпел. Молитесь за него, молитесь и за меня, осиротелую... Только, видать, время вышло. Идут и сюда поджигатели. Бегите...
Мужики кидаются к пролому, но уже со всех сторон захватило огнем избу.
Васта Трубкина. Вот и мне пришел светлый праздничек. И все мы тут, все.
Горит изба, занимается потолок. Откашлявшись, заговорило радио.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики