науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Не думаю, что тебе это поможет, — проговорила Софи из своего мехового кокона. — Это не грязь. Борис нюхом чует буран.
Адам что-то пробурчал, не прекращая своего занятия. Но спустя некоторое время это потеряло всякий смысл. Было такое впечатление, что их просто накрыло непроницаемой, несущейся снежной пеленой. Температура резко упала; догорающие угли в железном тазу уже не отдавали тепла. Холод сделался почти невыносимым. Софи почувствовала, как стало труднее дышать.
— Ложись на пол! — послышался во мраке резкий голос Адама. Обхватив за плечи, он подтолкнул ее вниз. — И закутайся в шкуры с головой!
— А ты?..
— И не спорь со мной!
Софи решила, что лучше, пожалуй, действительно этого не делать. Свернувшись клубочком на меховых полостях, устилающих пол, она натянула на себя остальные меховые накидки. Внутри сразу стало теплее от собственного дыхания. Сани двигались так медленно, что она даже не сразу заметила, когда они остановились.
— Не вздумай вылезать! — Резкое приказание прозвучало одновременно с ледяным потоком воздуха, ворвавшегося внутрь кибитки. Она догадалась, что он открыл дверцу; потом услышала резкий хлопок и поняла, что осталась одна.
За считанные минуты после остановки полозья саней оказались полностью заметены снегом. Адам, утопая в сугробах и с трудом различая фигуру Бориса, сидящего верхом на кореннике, пробрался вперед. Прикрывая рот рукой, он окликнул неподвижно застывшего мужика.
Ответ Бориса отнесло ветром, но Адам сам уже увидел главную опасность. Спина пристяжной стала покрываться коркой льда от не успевающего таять снега. Животное сотрясали судороги; оно покорно склонило голову в ожидании смерти. Металлические детали сбруи прожигали перчатки Данилевского насквозь.
Адам сел верхом на лошадь и взял в руки заледеневшие поводья. Ему пришлось употребить все свое умение, чтобы заставить лошадь сделать первый шаг. Борис тоже двинул свою лошадь вперед. Полозья саней высвободились из снежного плена, и они аршин за аршином продолжили свой путь. Адам понимал, что Борис, так же как и он сам, охвачен беспокойством за состояние остальных лошадей, что шли в поводу за санями. И за состояние Хана в особенности. Главное — они должны находиться в постоянном, сколь угодно медленном, но движении, чтобы окончательно не застыла кровь в жилах.
Трудно было сказать, сбились ли они с дороги. Несущийся снег все закрывал собой; казалось, они полностью потеряны в пространстве. Спустя некоторое время Адам скорее почувствовал, нежели заметил, какое-то движение сбоку от себя. С трудом повернувшись всем задубевшим телом, в белесой замяти он увидел Софи верхом на Хане; две другие лошади держались за ней в поводу. Софи изо всех сил гнала животных вперед, по снежной целине. От ярости его даже бросило в жар. Что было сил Адам закричал, надсаживая горло, приказывая ей немедленно возвратиться в кибитку. Однако онемевшие от холода губы не слушались, ветер относил прочь слова… Так или иначе Софья не обратила на него никакого внимания. Не останавливаясь, он ничего не мог сделать, а остановиться хотя бы на секунду означало только усугубить положение. Сжав зубы и холодея от ужаса, он был вынужден смириться с ее решением, с ее присутствием здесь, хотя не мог не понимать, что не пройдет и часа, и она просто окоченеет от пронизывающего холода.
Еще кошмарных полчаса, если не больше, все трое продолжали ехать рядом, пробиваясь сквозь бурю, пока Борис, с трудом подняв руку, махнул ею куда-то в сторону, в белую мглу. Адам смог различить смутные очертания крыши. Вместо пути к неминуемой гибели им открылась дорога к жизни.
Можно уже было различить вырывающийся из трубы и теряющийся в завихрениях метели дымок; потом прояснились очертания приземистого здания, без сомнения, почтовой станции. Адам не без труда выбрался из седла. Догнав Софи, он развел ее руки, мертвой хваткой вцепившиеся в конскую гриву, и спустил на землю. Борис, оказавшийся рядом, подхватил поводья и повел за собой всех лошадей вместе с кибиткой.
Адам, навалившись плечом, распахнул дверь жилища. Софи, которая не могла держаться на ногах, просто повисла на нем. Посередине просторной комнаты, в которой они оказались, пылала жаром большая русская печь. Он тут же подтащил ее чуть ли не вплотную к огню, а уж потом огляделся. Со всех сторон на него смотрели лица, множество лиц — мужских, женских, детских; двое стариков притулились около печи. В комнате царил полумрак. На земляном полу лежали и бродили кошки, собаки, копошились куры, у дверей стояла коза. Они оказались на почтовой станции самого допотопного вида, однако в ее единственной комнате, несмотря на вонь, было тепло.
— Моему слуге надо помочь с лошадьми, — с трудом заставил себя пошевелить губами Адам. Сунув руку в карман, он извлек кожаный кошелек, негнущимися пальцами достал монету и протянул ее смуглому пареньку. — Когда сделаешь, получишь еще одну.
Тот почесал затылок, спрятал монету за щеку и начал натягивать полушубок из овчины, лежавший на лавке рядом с печью.
— Очень сильный буран, барин, — проговорил мужик постарше. Если не считать Адама, он был первым, кто произнес хоть слово. И в голосе его звучал испуг. — Плохо и человеку, и скотине.
— Верно, — согласился Адам. — Подай водки. — Затем, поискав взглядом женщину, продолжил: — Вы можете дать нам какой-нибудь горячей пищи?
— Щи, барин! — тряхнула она головой в засаленном платке, словно отгоняя наваждение.
— Вот и займись этим. И мне нужно отгородить место у огня. Есть у вас ширма?
Вопрос мог показаться невероятным, но, очевидно, толстый кошелек, богатые меха путешественников и не терпящий возражений тон помогли сотворить почти невозможное. Софи, которую по мере возвращения чувствительности в конечностях начал колотить такой сильный озноб, что стучали челюсти, внезапно обнаружила себя в окружении занавесок, сотворенных из простыней, подвешенных к крюкам, торчащим из потолка. Связки лука и чеснока, свисающие с подобных крючков, придали всей сцене настолько невероятный вид, что она невольно начала тихонько посмеиваться.
— Снимай с себя все! — скомандовал Адам, перейдя на французский, не без основания полагая, что с той стороны самодельной ширмы его никто не поймет. Потом протянул ей бутылку водки. — Никогда в жизни мне не приходилось сталкиваться с таким вопиющим, чудовищным безумием! Еще полчаса — и тебе бы уже ничто не помогло. Чего ты хотела добиться своей бессмысленной отвагой? — Он яростно наклонил бутылку. Рука его дрожала. Софи поперхнулась, влага потекла по подбородку.
— Я хотела добиться того, чего и добилась, — прокашлявшись, ответила она тоже по-французски. — И не кричи на меня, Адам. Не думал же ты, что я способна бросить Хана на произвол судьбы?
— Представь себе, думал, — сухо откликнулся он и тоже сделал порядочный глоток из бутылки. — Что было глупо с моей стороны. Ну а теперь раздевайся. На тебе все задубело от мороза.
Только теперь до ее застывшего сознания дошло, зачем понадобилась ширма. Она уставилась на него широко раскрытыми глазами.
— Здесь, прямо в избе? Когда вокруг все эти люди?.. — повела она подбородком в сторону занавески, из-под которой в этот момент вынырнул, весело попискивая, цыпленок.
— Кыш! — отпихнул его ногой Адам. — Да, здесь, Софи. И немедленно. Ты, может, и не осознаешь, но одежда тебя студит. — С этими словами он принялся расстегивать крючки своей собственной накидки; отходящие от мороза пальцы болели и плохо слушались,
— Но я же не могу остаться голой! — протестующе заметила Софья, но умолкла, обнаружив, что от тепла помещения под ногами уже образовалась лужа. Ледяная сырость, казалось, просто обволакивала все тело. Она подумала, что Адам прав. Неловкими пальцами она принялась стаскивать с себя одежду и в конце концов осталась в чем мать родила. Замерзшая кожа приобрела красноватый оттенок.
— Иди сюда! — Адам, такой же голый, принялся растирать ее куском домотканого полотна. — Не предполагал, что впервые придется смотреть на тебя при таких обстоятельствах! — Он яростно растирал ее, поворачивая кругом, растирал тело, руки, ноги и продолжал бормотать при этом: — Трудно вообразить менее привлекательное зрелище!
— Ты с меня шкуру сдерешь! — взмолилась Софи. — Хочешь очистить меня, как картошку?
— Этого, я и добиваюсь, — притворно вздохнул Адам. — Никакой привлекательности. Но если не об овощах, а о тебе — как ты себя чувствуешь?
— Жива и здорова, и согрелась, — добавила она. — Ну а что дальше?
— Может, удастся раздобыть какое-нибудь одеяло?
— В нем же наверняка полно блох, Адам. Меня съедят заживо! — Присев у горящей печи на корточки, она обхватила себя руками, прикрывая грудь. — Не смотри на меня.
— Граф! — послышался из-за занавески голос Бориса. — Думаю, вам понадобится мешок с одеждой.
— Ты прав, Борис, — высунул голую руку в щель между простынями Адам. — Тебе бы следовало тоже снять одежду.
— Это я и делаю, — откликнулся мужик. — Как себя чувствует Софья Алексеевна?
— Замечательно, Борис, — подала голос Софи.
— Вы этого не заслуживаете, — осуждающе заметил тот. — После такого безумия!
— Я не могла допустить, чтобы Хан замерз! — в волнении вскочила она, взмахнув руками.
Адам, который в это время копался в запасных вещах, поднял голову и чуть не задохнулся, впервые по-настоящему увидев ее во всей красе — стройная фигура, высокая грудь, плавный изгиб бедер, точеные ножки. Она была довольно хрупкой, но развитая мускулатура, на которую он обратил внимание еще при первом знакомстве, за время заточения в Петербурге спала едва заметно.
— Адам? О чем ты думаешь? — Она подавила усмешку, не отводя взгляда от совершенно бесстыдным образом проявившегося плотского выражения его мыслей.
— Ради Бога, накинь хоть это! — протянул он атласный ночной халат, отделанный кружевами, — Нелепее положения невозможно представить! — Он начал быстро одеваться сам, думая о избе, полной людей.
— А это самое несуразное одеяние, — заметила она, поднимая полы халата и туго затягивая пояс, чтобы они не касались земляного пола. — Атлас и кружева в таком хлеву!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики