науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Так спокойно и обыденно! В сознании Адама возник образ крупной головы младенца, слишком большой для того, чтобы свободно покинуть свою тесную обитель. Он содрогнулся. Он виноват в том, что голова слишком большая. Его собственная мать не раз рассказывала, что у него тоже была очень крупная голова.
— Адам! — еле слышно позвала Софья. Тем не менее, в голосе явственно прозвучало нетерпение. — Дай руку.
Она сжала его ладонь с прежним нечеловеческим усилием, но на сей раз происходила нечто иное. Адам смотрел на нее с удивлением. Она закрыла глаза, но лицо оставалось напряженным — от какого-то внутреннего усилия, а не от боли; на шее сквозь чуть смугловатую кожу проступили крупные синие вены. Таня подошла к изножью кровати и сдернула простыни. Одна из женщин сняла с огня кипящий чан с водой и поставила новый.
— Теперь надо тужиться, Софья Алексеевна, — поступило спокойное указание Татьяны. Рука Софьи по-прежнему сжимала ладонь Адама, по казалось, она уже не осознает этого. Он был поражен внезапно проявившейся неземной красотой ее лица, на котором отражалась невероятно трудная работа, происходящая сейчас в ее теле. Сердце Адама переполняла радость от того, что рука его каким-то, пусть и бесконечно малым образом помогает ей в этом труде.
И, наконец, наступил момент, когда между раскинутыми ногами показалась мокрая темная головка. Адам затаил дыхание, зачарованный чудом, происходящим на его глазах. Затем в комнате раздался тоненький, жалобный, но отчетливый крик, и рука Софьи безвольно обмякла.
— Какой крепкий парнишка! — с восхищением воскликнула Татьяна через несколько мгновений. — Еще на свет толком не выбрался, а уже вопит!
— Мальчик? — прошептала Софи.
— Отличный мальчик! — Исполнив все необходимое, Таня протянула ей маленькое, еще в кровавой слизи, новое человеческое существо.
Адам молча смотрел на своего сына, понимая, что большего счастья в жизни просто не может быть. Он прикоснулся к маленькой, сморщенной, как у старичка, ручке.
— Саша, — прошептала Софи. — Тебе нравится это имя, Адам?
Саша. Александр. Сашенька.
— Да, мне кажется, оно очень ему подходит, — торжественно проговорил Адам.
— Ну а теперь, барин, ступайте вниз и скажите князю, что у него появился прекрасный здоровенький правнук, — распорядилась Татьяна, забирая младенца. — У нас тут еще много работы. Придете, когда мы приведем княгиню в порядок.
Адам наклонился поцеловать Софи. Коснувшись губами влажного лба, он отвел в сторону прилипшую прядку волос.
— Никогда не видел тебя такой прекрасной и сияющей!
— Она станет еще прекраснее, если вы наконец пустите меня к ней, — в нетерпении отпихнула его Татьяна. — Подите же прочь! Мужчина в родильной комнате! Это неслыханно!
Адам, не помня себя от счастья, вышел из спальни. Под лестницей стоял князь. По лицу его можно было угадать, что он уже вес понял.
— У меня родился сын! — Как во сне Адам начал спускаться вниз. — У меня родился сын, князь!
Голицын со слезами на глазах обнял его.
— Как мать?
— Сияет! — ответил Адам, пребывая все в том же ошеломленном изумлении. — После таких мучений она сияет! Сколько же сил в женщинах, князь!
Хватит ли ей мужества еще и на то, чтобы вынести разлуку с новорожденным сыном, подумал старик.
— Идем, это дело надо отпраздновать! На такой случай у меня припасена, бутылочка превосходного кларета!
При иных обстоятельствах рождение правнука Голицына было бы ознаменовано колокольным звоном на многие версты вокруг. В течение недели па перекрестках всех дорог, в каждом дворе не иссякали бы реки вина и пива; во всех церквах служили бы благодарственные молебны, и все соседи отсюда до Киева получили бы приглашения как подобает отпраздновать радостное событие.
Но для этого правнука ничего подобного не произойдет, с горечью думал старик Голицын. Рождение незаконного сына польского графа и русской княгини должно остаться тайной, которая никогда не покинет пределов Берхольского.
Глава 20

— Есть крепкая, здоровая женщина, молодая. Катя Новикова. Она будет отличной кормилицей, барыня, — говорила Татьяна, чуть беспокойно расправляя атласное стеганое одеяло на постели Софьи.
— Я уже тебе говорила, не нуждаюсь я ни в каких кормилицах, — спокойно ответила Софья. — У меня вполне достаточно молока, чтобы самой кормить мою крошку — Она улыбнулась, глядя в личико ребенку, задремавшему у нее на руках. Легкий черный пушок покрывал эту пока еще несоразмерно крупную по сравнению с тельцем головку. Он только что досыта насосался материнского молока и лежал на груди, сладко посапывая; пальцы крошечной ручки были крепко сжаты в маленький кулачок.
— Ох, дорогая моя, — вздохнула Татьяна. — Вы должны быть разумны, Софья Алексеевна. Чем дольше вы кормите младенца сами, тем труднее вам будет потом.
— Труднее что? — непонимающе подняла на нес глаза Софья.
Таня еще раз тяжко вздохнула и вышла из комнаты. Она нашла отца и прадеда ребенка в библиотеке за серьезной беседой.
— Не знаю, что и думать, — заговорила она без предисловий. — Молодые матери первое время после родов, бывает, не сразу в себя приходят, это дело обычное. Но мне кажется, Софья Алексеевна просто глаза закрывает на то, что будет дальше. Она ведет себя с ребенком так, словно они вдвоем во всем мире, больше никого не существует. Если бы были признаки горячки, я бы почувствовала…
— А их нет? — резко спросил Адам, которого пугающий призрак возможной родильной горячки постоянно преследовал все эти дни.
— Бог с вами, барин, нет как нет! — спокойно и уверенно заявила нянька. — Через день-другой княгиня сможет гулять. — Подолом передника она вытерла губы и покачала головой. — Но что же делать? Я уже нашла хорошую кормилицу, Катю Новикову, но княгиня и слышать не хочет… Говорит, что у нее самой достаточно молока, будто в этом дело!
— Пожалуй, нам следует вместе поговорить с ней, — произнес, поднимаясь с кресла, Голицын. — Эта малодушная оттяжка времени ничего не даст.
Адам согласно кивнул и подал старику руку. Они медленно пошли в западное крыло здания. Спальня Софи, расположенная на втором этаже, была залита лучами солнца. В кувшинах стояли яркие охапки осенних листьев. Весело потрескивал горящий камин.
— Я ждала этого визита, — произнесла Софья, прижимая к себе младенца. — У твоего сына отличный аппетит, дорогой, — Она поманила его рукой. — Иди посмотри, как он похож на тебя!
Адам снова весь засветился, не в силах скрыть радости и гордости, которые он постоянно испытывал, глядя на свое сокровище.
— У меня голова покруглее будет, — со смехом заметил он, нежно прикасаясь к макушке, где пульсировал незатянувшийся родничок.
Князь Голицын подошел поближе к огню, грея старческие руки. Адам был так же поглощен своим отцовством, как Софи — материнством. Любовь, такое доброе и плодотворное чувство, способна поворачиваться неожиданной, а порой и трагической стороной! Он обернулся к счастливой паре.
— Софья Алексеевна, тебе пора принимать определенные решения.
Резкость его тона напугала Софью.
— Что ты имеешь в виду, grand-pere?
— Надеюсь, ты не совсем еще утратила способность рассуждать здраво? Ты прекрасно знаешь, что не имеешь права признать своим этого ребенка. Чем дольше ты будешь кормить его сама, тем большей утратой это для тебя обернется.
— Твой дед совершенно прав, дорогая, — с трудом проговорил Адам. — Отдай его кормилице.
— Нет! — вскрикнула Софи с такой силой, что напугала малыша. Тот раскрыл рот и издал протестующий писк. Она принялась нашептывать ему какие-то слова, покачивая на руках, потом подняла, уложив головку на плечо и мягко погладив по спинке. — Не знаю, должна ли я возвращаться в Петербург. — На самом деле все она прекрасно знала. Дмитриев больше не позволит ей улизнуть. Она глубоко вздохнула, переводя дыхание. — Я буду матерью моему сыну столько, сколько смогу.
— Софи, как только ты будешь в состоянии перенести путешествие, я отправлю тебя с младенцем во Францию, — решительно заявил Голицын. — Ты всем будешь обеспечена, и муж не доберется до тебя.
Софи посмотрела на Адама и медленно покачала головой.
— Нет, на это я пойти не могу.
— Либо ты соглашаешься, либо отказываешься от ребенка. — Необходимость жестокого выбора тяжелым камнем легла на сердце прадеда.
— Но пока же мне не надо от него отказываться! — жалобно попыталась она отстоять свое. — Еще рано, еще я могу побыть с ним!
— Софи, ты должна уехать во Францию, — снедаемый отчаянием, повторил Адам требование старого князя. — Я приеду…
— Нет, — ровным голосом оборвала его Софья. — Если ты откажешься от своей матери, ты никогда себе этого не простишь. Я не смогу жить с такой ношей. Я не поеду, потому что там ничего не буду знать о тебе, а жить в такой пустыне просто не смогу. Я буду нести свой крест здесь. Сашеньке плохо не будет, в этом я уверена. Я смогу пережить свое горе, но торопить его приход незачем. Пока могу, я буду делать то, что могу.
Князь Голицын молча покинул спальню, признав свое поражение.
— По крайней мере, надо подумать о ближайшем времени, любимая. — Адам присел на кровать рядом с ней. — Дай мне его подержать.
Она передала ребенка. Адам с изумлением разглядывал ярко-голубые пуговки глаз, маленький курносый носик, миниатюрные пальчики; младенец сладко зевал и таращил бессмысленные глазенки.
— Государыня разрешила мне оставаться здесь до весны, если муж позволит, — продолжила Софья. — Дмитриев пока никак не давал о себе знать. Если он дотянет с гонцом до наступления зимы, я, как вполне здравомыслящий человек, откажусь пускаться в путешествие сквозь снега. И Екатерина будет целиком на моей стороне. — Софи откинулась на подушки.
— Но я не расстраиваюсь, Адам. Уже середина октября. Павел может прислать за мной не позже конца месяца. Но я чувствую, что он этого не сделает. — Улыбнувшись, она наклонилась вперед и почесала пальцем животик малыша. — И не делай такое вытянутое лицо, милый. До весны еще может произойти все, что угодно.
Адам пытался заразиться от нее состоянием счастливого неведения, но не мог отделаться от тревожного предчувствия, не мог не понимать, что Софи сознательно выбрала самообман как защиту против той жестокой правды, которую старательно прятала в самых глубоких тайниках своей души.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики