науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Пожав плечами, он взобрался в седло. Похоже, любовные узы связали его по рукам и ногам, если даже во время краткой разлуки на него накатывает волна страха и отчаяния.
Они продолжали свой путь по следам волчьей стаи, четко отпечатавшимся на заиндевевшей за ночь траве, когда в груди что-то стиснуло с такой силой, что он чуть не задохнулся. Адам охнул как от удара. Борис Михайлов, едущий рядом, бросил на него внимательный взгляд.
— Что такое, барин?
— Не знаю, — ответил Адам, чувствуя, как покрывается холодным потом. — Но произошло что-то ужасное, Борис.
— С Софьей Алексеевной? — уточнил мужик, хотя и без утвердительного кивка Адама уже понял, что так оно и есть.
— Ты можешь считать меня как угодно мнительным, но я просто чувствую, — медленно произнес Адам.
— Это не мнительность, — ответил Борис. — Такие предчувствия трудно объяснить, но сердце не обманет. За шесть часов мы можем добраться до Берхольского.
После неистовой гонки к полудню они увидели впереди тополиную аллею. За все это время Адам не проронил ни слова. Его лицо застыло в жесткой, напряженной гримасе, взгляд был устремлен к усадьбе, куда он изо всех сил торопил своего коня. Борис держатся рядом, тоже храня молчание; четверо крестьян тянулись далеко позади.
Поместье казалось вымершим. Ни звука пилы или топора, ни единого движения в саду или на конюшне. Это была оглушительная тишина. Владения смерти. Двое мужчин, уже не скрывая овладевшего ими страшного предчувствия, отчаянно нахлестывали несущихся во весь опор коней.
Адам выругался, натягивая поводья, заметив что-то странное на толстом суку одного из ближайших к усадьбе деревьев. Это был сторож Григорий; его подвесили за руки, вся спина исполосована ударами кнута.
Борис уже спрыгнул с лошади и побежал, доставая на ходу нож, к неподвижной фигуре. Перерезав веревку, он бережно опустил на землю тело и потрогал сонную артерию.
— Он жив, граф. Просто сильно замерз. Видимо, давно висел так.
— Дмитриев, — произнес Адам.
— Его рук дело, — согласился мужик и взвалил бесчувственное тело на плечо. — Возьмите мою лошадь, граф. Я лучше дойду пешком.
Адам кивнул и хлестнул своего коня, беря с места в карьер. Вскоре он уже был на дорожке перед домом. Закрытые двери и ставни оставляли впечатление полного разорения. Он вылетел из седла. От первого же удара в дверь та распахнулась. На ватных ногах он вошел в прихожую. Внутри стояла такая же гробовая тишина. Ни единого признака жизни. Набрав полные легкие воздуха, он закинул голову и издал вопль, которым можно было разбудить мертвых.
На вопль из кухни показалась бледная, заплаканная Анна, закрывающая лицо передником.
— Ох, барин, это вы, — выдохнула она и зашлась в беззвучных рыданиях.
— Где князь Голицын?
Адам не стал спрашивать, где Софья. И так было ясно, что ее нет в доме.
— В постели, барин. Он ранен. Григорий пытался помешать им, а они…
— Я уже знаю, — перебил Адам, кладя руку ей на плечо. — Борис сейчас принесет его. Позаботься о нем, Анна.
— Он жив? — Искорка надежды, первый признак возвращающейся жизни, затеплилась в старушечьих глазах. — Мы даже не знали, где его искать, когда… когда они уехали…
Адам хорошо понимал состояние полной подавленности и безнадежности, охватившей их здесь после пережитого потрясения. Кивнув, он продолжил:
— Борис сказал, что он жив, но ему срочно нужна помощь. Оставив женщину, он прыжками взлетел вверх по лестнице и толчком распахнул дверь в спальню графа. Татьяна, которая стояла на коленях у кровати, вскочила, испуганно вскрикнув. Но, разглядев, кто перед ней, тут же с рыданиями опустилась обратно на пол.
— Тихо, Татьяна, успокойся, — поднял ее Адам. — Это тоже Дмитриев? — спросил он, увидев на виске свежую ссадину.
— И своей саблей ранил князя в плечо, — кивнула она, стараясь взять себя в руки. Адам склонился над постелью. Голицын лежал в забытьи, бледный, но спокойный, укрытый простыней. Из-под нижней сорочки виднелось плотно забинтованное белыми узкими полосами ткани плечо. Видимо, он очень ослаб от потери крови, но, тем не менее, был жив.
— Рана очень серьезная?
— Для молодого человека не было бы ничего страшного, барин, — ответила Татьяна, за считанные секунды восстановившая свою обычную деловитость. — Надеюсь, поправится с Божьей помощью.
— Что с Софьей Алексеевной? — Адам с трудом заставил себя задать этот вопрос, боясь услышать ответ.
— Он увез ее с собой, барин, — покачала головой Татьяна. — И ее, и младенца. И еще одну женщину из деревни как кормилицу. Уехали в каретах. Старик Петр все видел с чердака. Княгиня — в одной, кормилица с дитем — в другой Нас всех заперли в кухне. Никто ее не видел, барин… с тех пор как вчера он утащил ее наверх, в спальню… Вот только Петр из окошка на чердаке. Ее бросили в карету, барин. Она же не выносит карет… — Нянька принялась утирать передником снова хлынувшие слезы. — Зачем он отнял у нее ребенка?
— Почему бы и нет? — задумчиво спросил Адам, обращаясь больше к себе, чем к Татьяне. — Примерно через час я уезжаю. Если князь придет в себя, позови меня.
Выйдя из спальни, Адам сбежал с лестницы, непроизвольно отметив, что дом постепенно начал оживать, гробовая тишина немного рассеялась, словно его прибытие вывело всех из оцепенения и заронило в души надежду.
— Что с барином? — вопросом встретил его в прихожей Борис.
— Татьяна не отчаивается, — ответил Адам, но глаза его были мрачны. — Он пожилой человек, Борис, чтобы легко пережить такую трагедию, да еще и большую потерю крови.
Лицо Бориса окаменело.
— Я отправил двоих в деревню, — глухо сообщил он, — узнать, не видел ли кто, куда направился генерал.
— Нам понадобятся свежие лошади, — кивнул Адам.
Князь Голицын очнулся незадолго до их отъезда. Его усталым глазам предстало твердое, решительное лицо Адама, который был уже готов к самому худшему, но оно, слава Богу, миновало.
— Я ждал тебя, — дрогнувшим голосом произнес старик. — Я был уверен, что ты почувствуешь… Ты должен освободить ее.
— Клянусь, — ответил Адам, держа обеими руками его слабую кисть. — Я верну ее к вам… Вместе с моим сыном.
Голицын удовлетворенно и устало уронил голову на подушку. Глаза его опять закрылись.
— Возьмите меня с собой, барин, — умоляюще взяла Адама за локоть Татьяна. — Ей понадобится моя помощь, когда…
— Я не могу взять тебя, Таня, — мягко возразил Адам, накрывая ладонью натруженную руку. — Мы должны торопиться. Ты нас будешь задерживать.
Татьяна потупилась и отвернулась к кровати.
Борис уже ждал его на дорожке перед домом, держа за уздечки двух отборных, сильных коней. С появлением Адама из-за дома, из-за деревьев начали показываться мужики. Они шли уверенной походкой, каждый держал в руках оружие — кто нож, кто пистолет. Адам прикинул, что их было не меньше двадцати. Не говоря ни слова, они выстроились перед ним.
— Они знают Софью Алексеевну с тех пор, как я привез ее в Берхольское, — негромко заговорил Борис. — Ей тогда было не больше, чем вашему сыну. Они готовы сражаться за своего господина.
— Так дай им лошадей! — воскликнул Адам. — У нас будет целая армия против Дмитриева!
— Значит, я раздам всем оружие, — добавил Борис. — Это не займет много времени. — Он направился к конюшне. Мужики последовали за ним. Через полчаса Адам, оглядев свою пеструю армию, испытал такое же удовлетворение, как если бы перед ним были опытные, хорошо обученные и дисциплинированные солдаты императорской гвардии. Решительная сосредоточенность была написана на лице каждого; они твердо и прямо восседали в седлах на разномастных крепких лошадях, выведенных Борисом из голицынских конюшен. Все были готовы сражаться за дело, которое считали правым. Эта готовность, как хорошо было известно Адаму, имела в бою гораздо большее значение, чем вся муштра и суровая армейская дисциплина, приверженцем которой были генерал Дмитриев и ему подобные. Вскочив в седло, он направился в сторону тополиной аллеи. Маленькая армия двинулась за ним следом. Целиком отдавшись главной цели — уничтожить Дмитриева, Адам сумел справиться с тягостными мыслями, которые могли бы помешать делу. Сейчас не было ни малейшего смысла задумываться о том, что происходит и может произойти с Софьей. Ясно одно: она страдает и будет страдать до тех пор, пока не будет положен конец тирании мужа. И сделать это можно одним-единственным способом.
Они выскочили на киевский тракт, следуя указаниям одного из крестьян, который видел, в каком направлении отправилась кавалькада всадников с двумя каретами. По его словам, они очень спешили. Каждая карета была запряжена шестеркой нещадно погоняемых лошадей. На мгновение образ Софьи, жестоко страдающей от тряски в карете, несущейся по разбитой дороге, затмил сознание. Она еще не до конца восстановилась после родов, была слаба, все силы уходили на кормление младенца. Как она все это вынесет?
Борису не составляло труда догадаться, о чем думает его спутник.
— Они выехали на восемь часов раньше нас, барин. Если они решат остановиться на ночлег, мы их легко догоним. Если нет — значит, догоним ночью.
— Им придется менять лошадей, — сказал Адам. — Будем расспрашивать на почтовых станциях.
Они меня кормят и поят, как животное, подумала Софья, хотя мысли шевелились с трудом. Она обратила внимание, что в какой-то точке пути ее карета свернула с киевского тракта и поехала другой дорогой, отдельно от остальной партии. Обнаружила она это, когда карета остановилась, и один из мужиков принес ей воды, хлеба и сала. Ей удалось увидеть, что сопровождающих осталось четверо, включая кучера, и стоят они на старой, заброшенной дороге посреди степи. От пищи Софья отказалась. На пустой желудок легче сдерживать тошноту. Несмотря на полную безнадежность своего положения связанной пленницы и оцепенение, она чувствовала, что такого унижения не вынесет.
Когда возникала крайняя необходимость, они развязывали ее и давали возможность уединиться за ближайшими кустиками, но руки не успевали полностью восстановить чувствительность, хотя мужики и не так сильно стягивали кисти, как это сделал Павел.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики