ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

За ней, точно айсберг, сияла бело-голубая милицейская машина. Моя пестровыкрашенная «шкода» рядом с ней выглядела просто подозрительной дешевкой.
Впрочем, и я показался им подозрительным. Во всяком случае, именно так со мной обращались. В отличие от барышни Дроздовой. Ей позволили вернуться в каморку, где среди своих игрушек безжизненной куклой лежал ее дядюшка, а меня оттуда выставили. При этом строго-настрого предупредили: по саду не ходить, ничего не трогать – короче говоря, приперли к стенке. Вот я ее и подпирал почти в буквальном смысле слова.
Я сидел на невысоком заборчике, окаймляющем въезд в гараж. Через вентиляционное отверстие тянуло бензином. Перемахнув барьерчик, я подошел к зарешеченному оконцу в двери гаража. Внутри белела малолитражка и сверкали рукоятки мотоцикла.
– Ничего не трогайте! – рявкнул милиционер, не успел я взяться за дверную ручку. Тут же из-за угла вынырнул человек, который минут сорок назад представился нам как поручик Павровский.
– Что вы тут делаете? – ощерился он, блеснув из-под цепочки усов белыми зубами – отнюдь не в улыбке. – Я ведь сказал вам, обождите у двери!
Пришлось молча вернуться на бетонную дорожку. За спиной поручика я увидел барышню Дроздову, бледную, комкающую в руке платочек. Она укоризненно поглядела на меня, словно считала виновником всех грядущих бед. А может, и тех, что уже случились.
– Простите, – вырвалось у меня под этим взглядом. – Я подумал, что…
– Думать позвольте нам, – раздраженно перебил поручик. – Идемте! – обернулся он к Ганке. – Оба! – И двинулся к входной двери из некрашеной сосны, отделанной тяжелым черным металлом.
Мы последовали за поручиком. Он отпер дверь и вошел внутрь. Сразу же за порогом, вопреки ожиданию, была не прихожая, а большой холл с винтовой лестницей посредине. Легкая дачная мебель, и не какая-нибудь грошовая, а из лиственницы. Кресла и диван покрыты белыми, с коричневыми пятнами шкурами. Похоже, будто Амиго растерзал тут теленочка. Еще одна шкура, бычья, лежала на полу, огромная, цельная – вот-вот замычит.
– Садитесь, – предложил нам поручик Павровский голосом, который разнесся по залу, как рев только что упомянутого парнокопытного.
Я разглядывал его – в нем и впрямь было что-то от быка. Серые, налитые кровью глаза неподвижно уставились мне в лицо. Я послушно опустился в кресло. Шкура неожиданно оказалась мягкой и шелковистой.
– Не хотите ли осмотреть дом? – слабым голосом предложила Ганка Дроздова.
– Потом, – сурово отрезал поручик. Усевшись напротив меня, он выложил на стол ключи, которыми отпирал дверь. Ганка Дроздова нерешительно примостилась на краешке дивана. – Что ж, выкладывайте, – предложил мне поручик. – Все, чем занимались с момента, как сюда приехали. – Попрошу ничего не упускать, – добавил он строго.
Я рассказал все. Как он того желал, шаг за шагом описал я свои действия после ухода Ганки Дроздовой, не забыв про эпизод с собакой, мокрые туфли и про то, как, попав в помещение с отдельным входом из сада, обнаружил труп.
– Сколько времени вы тут пробыли в одиночестве? – спросил поручик, едва я закончил.
– И получаса не прошло. В самом доме, наверное, минут десять, точно не могу сказать. Может, и меньше.
– Десять минут вы стояли над покойным? – иронически уточнил он.
– Я его не видел. Увлекся там моделями… От двери его не было видно, вы ведь сами знаете. Обошел вокруг стола и…
Я замолчал, к чему объяснять то, что и так яснее ясного. Двери открывались внутрь и загораживали место, где лежал убитый. Это же логично – я мог подойти к нему, только обойдя вокруг стола, а по дороге занялся этими игрушками.
– Послушайте, – спохватился я, – мне ничего не стоило уверить вас, что едва я вошел туда, как вернулась Дроздова. Я ведь был там один.
– Не были! – заявил поручик. И повернулся к девушке. – Эти соседи далеко отсюда?
– Минутах в пяти, – пискнула та.
– Что вы слышали, когда возвращались?
В изумлении я уставился на девушку. Краска все еще не вернулась на ее лицо, сухие глаза блестели горячечным блеском.
– Ничего, – ответила она уверенно.
В растерянности я переводил глаза с нее на поручика. Тот не обращал на меня внимания.
– А раньше что вы слышали?
– Сразу же, как только я отошла, залаяла собака. Лаяла долго, почти непрерывно. Умолкла перед тем, как я пошла обратно.
Поручик понимающе кивнул головой.
– За пять минут не пройти и полкилометра, – обратился он ко мне. – А по прямой расстояние и того меньше. Лес здесь редкий. Собачий лай далеко слышно. Собака замолкла, когда потеряла вас из виду. Когда вы завернули за угол и обнаружили эту незапертую дверь. И не уверяйте меня, что вы не сразу поднялись наверх, – угрожающе прибавил он.
– Я не собираюсь говорить вам ничего, кроме правды, – ответил я, совершенно раздавленный его тяжеловесной логикой. – Чего вы хотите? С этой девушкой я не был знаком, увидел ее сегодня впервые в жизни. Оказался тут сбоку припека. А человек этот был мертв наверняка еще до того, как мы сюда приехали. У вас ведь есть врач! Он должен вам все подтвердить.
Поручик выпятил губы под усиками карточного шулера и закивал головой.
– Да. Время смерти удалось установить совершенно точно. Абсолютно точно, минута в минуту.
Я уставился на него во все глаза. Ганка, наоборот, скорбно вздохнув, опустила длинные ресницы.
– У него на рабочем столе стоял будильник. И зазвонил он минуту спустя после того, как мы приехали.
– Ну и что? – буркнул я. Звон этот я тоже слышал, когда ждал внизу у двери. Но никак не связывал его с будильником на столе под окном. С чего-то решил по дурости, что это звук какого-то прибора, которым пользуются при осмотре места происшествия.
– Это он его завел. – И поручик поднял глаза кверху, точно собираясь призвать в свидетели особу, чья душа уже пребывала на небесах.
В голове у меня прояснилось.
– Вполне возможно, – заметил я саркастически. – Он мог это сделать в любое время за последние двенадцать часов.
– Мог, но не сделал, – отрезал поручик все тем же тоном. – Будильник он завел ровно за час до звонка.
– Откуда вы знаете?
– Потому что я тоже занимаюсь моделированием, – ошеломил меня поручик. – И по чистой случайности знаю, что клей, который он использовал для своей последней модели, должен сохнуть ровно час. А если во время работы не хочешь терять ни минуты – заводишь будильник. – Откинувшись в кресле, поручик вытащил серебряный портсигар, бережно извлек из него сигарету и закурил. Все его движения были неторопливы, размеренны и аккуратны. Давненько не приходилось мне видеть человека, который носил бы при себе серебряный портсигар.
Мало-помалу я начал соображать, что стоит за этой его уверенностью. Взглянул на часы – четверть первого. Милиция прибыла сюда в половине двенадцатого, и будильник в самом деле зазвонил тотчас после их приезда. На дорогу сюда у них ушло около получаса. Конечно, еще раньше появился местный участковый, который их и вызвал. Значит, они гнали еще быстрее, чем я, а я до ближайшего милицейского участка мчался как сумасшедший. И сообщение сделал минут через десять после того, как обнаружил труп. Я потряс головой, заморгал и уставился на циферблат часов, словно там мог найти опровержение того, что поручик явно вычислил до минуты.
Так оно и было. Поручик снова полез в карман, вытащил блокнотик и, открыв его передо мной, вежливо предложил:
– Поправьте, если я где-то ошибся.
Там было написано:
11.25 – звонит будильник.
11.22 – прибытие группы на место происшествия.
10.53 – телефонное сообщение о преступлении.
А под всем этим буквами помельче, будто выражающими сомнения поручика в том, что он не мог подтвердить сам:
10.44 – обнаружение трупа (сообщение Петра Мартина).
10.20 – приезд Ганны Дроздовой и Петра Мартина на место происшествия (по сообщению обоих).
И в самом низу, как сумма известных чисел, подчеркнуто:
10.25 – Алоис Эзехиаш заводит будильник.
– А это означает, – тихо сказал я, – что…
– Да. Он умер в то время, когда вы находились здесь. А точнее, когда вы остались здесь один. Потому что пани Дроздова через несколько минут ушла за ключами. Во всяком случае, оба вы это утверждаете.
– Какая пани? – Я наморщил лоб, пытаясь понять, о ком он говорит.
– Да, – печально подтвердила красавица Ганка, она же пани Дроздова. И уголком платка промокнула глаза.
Поручик захлопнул блокнотик перед моим носом.
– Все укладывается один к одному. А ведь я вас на слове не ловил, – дружелюбно добавил он.
Протестовать не было смысла. Я воскрешал в памяти каждую секунду из тех приблизительно двадцати минут, которые, по подсчетам поручика, я пробыл здесь в одиночестве, а вернее, с покойником, то есть с будущим покойником… Нет, ничего подозрительного не вспомнилось. Ни малейшего намека на то, что кроме меня тут находился еще кто-то. А ведь, если поручик не ошибается, кто-то тут был.
– А если это самоубийство? – безнадежно спросил я. Поручик покачал головой:
– Оружия мы не нашли. Вы ведь его не взяли?
– Нет. – Я открыто посмотрел ему в глаза. – Понятно, чего вы от меня хотите услышать. Но я и вправду выстрела не слышал. Давайте отвлечемся от этих минут. Ведь смотреть на часы я стал только тогда, когда понял, что следствию понадобится точное время. Уже после того, как мы его нашли.
Пани Дроздова приняла оскорбленный вид. Поручик кивнул в знак согласия.
– Ну ладно, пусть я один его нашел. Хотя вы пришли в ту же минуту.
Она дернулась, обиженно скривив рот. Поручик взглядом заставил ее молчать.
– Время до этого я могу назвать только приблизительно. Если его и впрямь застрелили, когда я был здесь, то выстрел мог прозвучать в тот момент, когда я стоял у противоположной стороны дома. Там, где собака. Она почти непрерывно лаяла, как осатанелая. Вы это тоже подтверждаете. – Я вопросительно взглянул на пани Дроздову. И тут вдруг до меня дошли кое-какие неувязки в ее рассказе, на которые поручик почему-то не обратил внимания.
– Мы проверим, слышен ли выстрел в помещении при таких условиях, – снисходительно кивнул поручик.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики