науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Я молчала.
Когда молчать далее было уже невозможно, Муся поднялась из-за стола и, в очередной раз за сегодняшний вечер, нарушив свои обыкновения, вышла из кухни, громко хлопнув дверью. Посуда на столе и на полках возмущенно звякнула: она не привыкла к такому обращению.
Так же, как и я.
В квартире наступила мертвая тишина.
И время, вроде бы даже замедлило свой неустанный бег, по крайней мере, большие деревянные часы с кукушкой, тикали как-то непривычно медленно и почти бесшумно.
Однако, время все же двигалось вперед, как это и полагалось ему самой сущностью мироздания, и ровно через полтора часа все оказалось кончено.
Говоря « все» я имею в виду наши отношения с Мусей, но поскольку ничего иного в моей жизни не происходило целые полгода, то это «все» представляется вполне уместным.
Некоторое время Муся, очевидно, все же ждала, затаясь в своей комнате моего покаянного визита, с целым ворохом извинений, омытого обильными слезами и скрепленного клятвой в вечной дружбе до гроба.
Такое случалось не раз, потому что не раз и не два мы с Мускй ссорились и разбегались по своим комнатам в тоске и обиде.
Однако, всегда виноватой стороной, в итоге, оказывалась я.
Да, собственно, это, наверное, и было так.
Я была не сдержана, вспыльчива, упряма, порой — откровенно груба.
Однако — отходчива.
И каждый раз, отсидевшись в своих бастионах, мы заключали очередной мир.
И каждый раз инициатором этого процесса была я.
Я виновато скреблась в дверь Мусиной комнаты, бормоча извинения, впрочем, она никогда не заставляла меня предаваться этому не очень-то приятному занятию долго: дверь распахивалась почти сразу.
Теперь ничего этого не произошло.
Я не пошла к Мусе просить прощения, хотя некоторое ощущение вины бередило мою душу, но делало это так слабо и неуверенно, что я вполне могла себе позволить просто не обращать на него внимания.
Я не сделала этого потому, что в соседней комнате дожидалась меня и моих извинений совсем другая Муся. У этой — новой, разгневанной, возмущенной мне совсем не хотелось просить прощения. И я решила подождать. Возможно, странная метаморфоза, так неприятно преобразившая милую Муся, окажется всего лишь следствием усталости и напряжения последних дней. Тогда все должно разрешиться каким-ни-будь естественным образом.
Я решила не торопить события.
В это же время Муся, очевидно, тоже приняла решение.
Дверь моей комнаты открылась без стука, но довольно шумно.
"Новая " Муся продолжала демонстрировать свой нрав.
Она стояла на пороге одетая в пальто, в сапогах, с волосами, убранными под черный шерстяной платок с яркими цветами, из тех, что так любят увозить из России иностранцы.
Словом, всем своим видом, Муся демонстрировала готовность уйти сию же минуту.
К тому же, возле ее ног, на полу стояла большая спортивная сумка, в которой Муся перевозила ко мне свои вещи. Сумка, судя по раздувшимся бокам, была набита до предела. Очевидно, Муся решила сразу же забрать все необходимое, что тоже подчеркивало окончательность ее намерений.
— Я думаю, что теперь тебе лучше пожить одной. — Произнесла Муся торжественно и скорбно. Я молчала.
— У тебя появились какие-то новые представления о жизни, с которыми я не согласна, и это тебя сильно раздражает, как выяснилось. В конце концов, ты права: в своей квартире ты совершенно не обязана прислушиваться к мнению постороннего человека. — Произнося эту тираду, она сделала ощутимое ударение на два слова: «своей», относительно квартиры и « постороннего», относительно себя. Сделала, надо полагать, совсем не случайно. Во время наших прошлых ссор, даже беглое упоминание о том, что она живет в моей квартире и является для меня посторонним человеком, немедленно приводили меня в состояние жесточайшего раскаяния, и я буквально заходилась в припадке вины. Однако теперь я отчетливо понимала, что Муся педалирует эти моменты не от того, что они действительно тяготят ее, отнюдь — это был всего лишь кратчайший путь к моему раскаянию. И сразу же отчетливо зазвучала фальшь. Я не ощущала ничего, кроме раздражения и неприязни, а потому продолжала упорно молчать.
— Ну что ж, молчание — знак согласия — подвела черту под своим монологом Муся. Похоже, она поняла мое состояние и то, что говорить дальше просто не имеет смысла. — Захочешь сказать мне что — ни — будь — позвони.
Ключи я оставила на кухне. — Она легко подхватила с пола свою туго набитую сумку и уже повернулась ко мне спиной, но вспомнила еще что-то, чего не могла не сказать мне на прощание. Так и не выпуская тяжеленной сумки из рук, она повернулась и проговорила мне в лицо, медленно, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Да, и вот что. На похороны Егора я завтра пойду обязательно. А ты — как хочешь. Это дело совести каждого. — Я снова промолчала, и Муся, неловко развернувшись в узком дверном проеме, скрылась в коридоре.
Через несколько секунд звук закрывающейся двери завершил очередной этап моей жизни.
Закончились полгода Мусиной эпопеи В том, что закончились безвозвратно, я почему-то была совершенно уверена И еще крутилась в голове странная мысль: « Похоже, это начертано мне судьбой: все близкие люди, казалось бы, прочно связавшие свои судьбы с моей, исчезают из моей жизни нежданно-негаданно, в одночасье, вдруг, словно подхваченные порывами какого-то злого, и очень недоброжелательно настроенного ко мне, урагана»
А более в эти минуты я не думала ни о чем.
Хотя пищи для размышлений было, хоть отбавляй.
К примеру, . я совершенно не думаю о том, что это последний вечер Егора в этом мире.
Что завтра тело его будет предано земле, и мне никогда уже не дано будет увидеть его в том образе, который был так любим мною.
Я не пытаюсь представить себе, кто в эти минуты рядом с ним?
Что переживает сейчас та «другая женщина».
И представлять себе завтрашние похороны я не хочу.
И вовсе не от того, что эти фантазии доставят мне боль.
Нет.
Сейчас, отчего-то все это мне совсем не интересно.
Нет в моей душе горя, нет боли и обиды нет, пустота.
И уж конечно мне следовало подумать о Мусе.
О том, как странно и совсем не вовремя, если исходить из ее гипертрофированного гуманизма, она покинула меня.
О том, как спокойно отпустила ее я, не испытав при этом ни вины, ни раскаяния.
Ну, хорошо, лукавила Муся, фальшивила, чтобы заставить меня удерживать ее, как и прежде. Но что уж в этом такого отвратительного или ужасного?
Разве не говорила она, что боится одиночества и страдает от него? Так откуда же взялась во мне вдруг такая жестокость?.
Вопросы, цеплялись друг за друга, вытягиваясь в бесконечную, тяжелую цепь, наподобие кандальных цепей. Они вроде бы даже позвякивали, совсем как кандалы, ржаво и тоскливо. Нет, тянуть эту каторжную ношу у меня теперь не было сил. И откровенно говоря, меня совершенно не интересовали ответы.
Вопреки здравому смыслу и логике нормальных человеческих реакций, послонявшись еще какое-то время по квартире и выпив на пустой кухне чашку безвкусного чая, пить который мне вовсе не хотелось, я отправилась спать.
И сон мой в эту ночь был, на удивление, спокойным и глубоким.
Наступило утро.
Обычное, серое московское утро, такое же, как тысячи других в неуюте наступающего межсезонья.
Проснувшись, я сразу же вспомнила все.
И то, какой сегодня день.
И то, что со мной рядом больше нет Муси.
Но не могу сказать, что настроение мое от этого сильно испортилось.
Куда ощутимее повлияло на него хмурое небо, бесцеремонно заглядывающее в комнату, и грязный серый город, который открылся мне с высоты птичьего полета, когда нехотя поднявшись из теплой постели, я зачем-то выглянула в окно. Словно там могло открыться мне что-то иное!
Не горе и тоска, и даже не тревожное волнение наполнили тотчас по пробуждении все еще пустующую душу.
Нет.
Это была всего лишь вязкая унылая хандра, от которой лень даже пошевелиться, и целый день можно пролежать в постели, не умываясь и не завтракая, не включая телевизора и уж тем более не беря в руки книги или журнала.
Такое было настроение.
Я все же сварила себе крепкий кофе, и две большие чашки ароматного обжигающего напитка доставили мне некоторое удовольствие — но не более.
Делать, по — прежнему, ничего не хотелось.
В конце концов, я все же включила компьютер и вторглась в паутину интернета, исключительно ради того, чтобы как-то убить время.
" Интересно, — даже подумала я, мельком поглядывая на экран монитора, — это со мной — навсегда или на время? А если, навсегда, то как долго протяну я в таком режиме? — вопрос не столько волновал меня, сколько забавлял, но думать над ответом было лень.
В этот момент компьютер издал тихий мелодичный звон, привлекая мой внимание к чему-то, что произошло в сети. Я вгляделась в панель и… не поверила своим глазам. Значок, появившийся на ней, сообщал мне, что в мой электронный почтовый ящик пришло сообщение. Собственно, особо удивляться было нечего: это могло быть какое — ни — будь послание от провайдера или чье-то рекламное обращение.
Однако, это могло быть и послание от того, кто затеял всю эту странную историю.
И почему-то в первую очередь я подумала именно о нем.
Или о ней.
Или о них.
Но как бы там ни было, апатия покинула меня довольно быстро, а в сердце, впервые за последние дни, вдруг испуганно подпрыгнуло и затрепетало, в ожидании чего-то.
Я машинально взглянула на часы: было пятнадцать минут второго.
«Егора сейчас везут на кладбище» — мысль пришла в голову неожиданно, и вроде бы совершенно ни с чем не связанная. Но сердце забилось еще тревожнее, и зябко похолодели руки.
В почтовом ящике меня, действительно ждало сообщение " Привет! Выйди в чат (дальше следовали координаты чата, выделенные другим цветом в тексте, что бы «кликнув» по ним «мышкой» можно было стразу попасть на нужный адрес ). Прямо сейчас. Гор. "
И все. Коротко, лаконично, безапелляционно.
Собственно, Егор всегда изъяснялся именно так.
А это была именно его подпись.
Имя, которым назвала его только я.
Гор.
У меня вышло это как-то случайно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики