ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Сейчас ему не хотелось говорить о Зюлейке.
Амир понимающе кивнул.
– Неудивительно. Что за девушка? Из Багдада? Из какой семьи?
– Ты их не знаешь, – чуть помедлив, осторожно произнес Алим, – они… приезжие.
– Тебе повезло больше, чем мне, – со вздохом заметил Амир, – выбрал, кого захотел, ни перед кем не держал ответа. Ведь так?
– На все воля Аллаха.
Едва ли Амир захотел жениться на такой девушке, как Зюлейка, побывавшей замужем, имеющей ребенка, нищей, «безродной», как говорила Зухра. Старший брат всегда стремился выбирать самое лучшее – потому и решил отбить у отца Джамилю.
В следующий миг Алим испытал неприятное чувство. Нет, он не должен думать о Джамиле как о звезде, которую невозможно достать с небес! У него есть Зюлейка; он ее любит и будет любить всегда.
– Не засыпай! Нам пора идти, – сказал он Ясину.
Разморенный сытной едой и теплом костра мальчик клевал носом. Услышав голос Алима, он сразу вскочил на ноги. Живые, золотисто-карие глаза Ясина ярко блестели в свете костра.
– Оставайтесь тут. Отдохните до утра. Если вас станут искать, я постараюсь направить погоню в другую сторону, – сказал Амир.
– А ты?
– Вернусь назад.
Старший брат направился к лошади. Его походка была по-прежнему красивой, тело – гибким и стройным. Алим не ожидал, что он оглянется и простится – в конце концов, они столько лет оставались друг другу чужими, но, взяв скакуна за повод, Амир неожиданно произнес:
– В общем, так, брат, – он сделал ударение на последнем слове, – бери коня и поезжай вместе со своим сыном. Я дойду до лагеря пешком. Прошу, передай Джамиле, что все совершенное мною в жизни – и хорошее, и плохое – я делал ради встречи с ней. Если бы я мог вырвать из груди свое сердце и послать его ей, я бы это сделал!
– Передам, – прошептал Алим.
Когда Амир ушел, они с Ясином легли возле затухающего костра и забылись сном.
Проснувшись на рассвете, они неожиданно для себя увидели, как прекрасен пейзаж. Близ реки росла высокая, налитая соком трава и множество цветов. На воде играли розоватые отблески зари. Ясин смотрел с удивлением и восторгом. Сколько влаги, какое буйство красок! А до пустыни – всего лишь два часа ходу!
Путники доели то, что осталось от вчерашнего ужина, и напились из ключа, который бил из-под корней большого дерева. Алим закончил первым и пошел набрать воды про запас. Вернувшись, он заметил, что мальчик не сводит с него пристального взгляда и в его красивых глазах переливается непонятное сияние.
– Ты правда мой отец? – застенчиво спросил Ясин.
Алим вспомнил свои слова и смутился. Почему-то вчера ему захотелось показать Амиру, что он обладает чем-то большим, чем тот. Не в смысле богатства, а в смысле обретения чего-то истинно человеческого – семьи, жены, детей.
Он присел на корточки, положил руки на плечи мальчика и заглянул ему в лицо.
– Твоя мать – моя жена, а ты – ее сын, значит, и мой тоже.
Сказав это, Алим испытал облегчение. Если он признает Ясина своим ребенком, не останется ни малейшей двусмысленности по поводу пребывания мальчика в доме. И Зюлейка, конечно, будет рада!
Они сели на лошадь и поехали вверх по течению Евфрата, а через некоторое время свернули в сторону Багдада.
Ясин был весел, он задавал множество вопросов, многие из которых развлекали Алима. Мальчик считал, что города построили джинны, и никак не ожидал, что человеческие руки могут возвести что-то подобное! Он не знал назначения многих вещей и живо интересовался всем, что видел. Алим убедился в том, что ребенок наблюдателен и умен, просто недостаточно развит в том смысле, в каком это применительно к жизни большого города.
Ясину казалось, что вокруг простирается бесконечный оазис. Как близость влаги меняет природу, одевая ее в пышную зелень, так и то, что он видел сейчас, изменяло его представление о мире. Он думал, что пустыня велика, а она оказалась мала – перед необъятными просторами, полными воды, растений, невиданных построек, красиво одетых людей и прочих чудес!
Мальчик верил в то, что его будущее окажется таким же непредсказуемым, интересным и ярким.
811 год, Багдад
Когда Ясин увидел опоясанный двойным кольцом высоких крепостных стен, – окруженный огромным рвом Багдад, покрытый бирюзовой черепицей купол халифского дворца, а после – бесчисленные улицы и бесконечные толпы народа, он долго не мог прийти в себя.
– Наверное, люди, которые здесь живут, очень счастливы? – наивно поинтересовался ребенок.
– О нет, далеко не все! – ответил Алим.
Он обдумывал встречу с женщинами. Что рассказать Джамиле об Амире, как выдержать возмущенные речи Зухры? Узнав о Ясине, она не станет молчать… А Зюлейка? Поправилась ли она?
Зюлейка выздоровела, она вышла им навстречу со слезами на глазах и не сразу осмелилась обнять Ясина, лишь смотрела на него с выражением счастливого неверия и глубокой любви.
– Ты помнишь меня, сынок?
Мальчик догадался, какого ответа ждет женщина, и с готовностью кивнул. Тогда Зюлейка самозабвенно обняла его и крепко прижала к себе.
– Как я счастлива! Теперь ты будешь жить со мной! Надеюсь, тебе понравится здесь. У тебя будет своя комната и все, что пожелаешь!
– Знаю, отец мне говорил.
– Отец?
Быстрый, испуганный взгляд женщины был подобен сверканию молнии. Алим улыбался растроганно и открыто.
– Я подумал, что это будет наилучшим выходом. Я готов стать его отцом. По-моему, Ясин не против. Мне кажется, мы хорошо понимаем друг друга.
Не выдержав, Зюлейка с громким плачем повалилась в ноги мужу. Когда-то она так же ползала перед человеком, который отказался признать ее ребенка.
– Перестань, – мягко произнес Алим, поднимая ее, – это не жертва. Это просто… долг любви. – Он обнял жену, зарылся лицом в ее волосы и прошептал: – Не представляешь, как я по тебе соскучился!
Молодой человек знал, что им не скоро удастся остаться наедине. Разговор с Джамилей и Зухрой отнимет много времени и сил.
И он не ошибся: последняя поджидала его в саду. Когда Зюлейка увела Ясина в дом, Зухра подошла к Алиму и пригласила его в беседку с явным намерением завести серьезный разговор.
Его поразил вид матери Амира. Лицо было бледно, в глазах стыл ледяной холод.
– Что это за ребенок? – глухо спросила она.
Впервые после смерти отца Алим почувствовал себя так, как чувствовал в детстве. Тогда он боялся эту женщину, боялся ее голоса, взгляда, слов, прикосновения цепких пальцев. Он сбросил цепи страха, лишь, когда стал хозяином дома. Но сейчас…
– Это… сын Зюлейки.
– Сын Зюлейки? У нее есть сын?!
– Да. Когда мы встретились, Зюлейка была вдовой. Когда мы поженились, мальчик остался в пустыне. Теперь я решил привезти его в Багдад.
Женщина долго смотрела на Алима как на помешанного, потом отчеканила:
– Он будет жить в этом доме? В нашей семье?!
– Да. Я собираюсь его усыновить.
Зухра пошатнулась и схватилась рукой за переплет беседки. Ее дыхание стало тяжелым и прерывистым, будто она долго бежала от чего-то ужасного. Женщина смотрела так, словно на ее глазах внезапно рухнуло нечто такое, что составляло основу жизни. А потом вдруг заговорила с Алимом, как не говорила ни разу в жизни. Ее голос звучал по-человечески проникновенно, и в нем не было ни презрения, ни насмешки, ни скрытой злобы.
– Прошу тебя, заклинаю, Алим! Вспомни, что записано в Коране: «Аллах не сделал ваших приемышей вашими сыновьями, это – только ваше слово в ваших устах, а Аллах знает истину!» У тебя еще нет детей; если ты узаконишь этого мальчика, то он, как старший сын, унаследует все, что принадлежит роду Бархи – состояние, имя! Он – безродный дикарь, бедуин! Зачем ты взял в жены эту женщину, если знал, что до тебя она принадлежала другому мужчине?! О какой чистоте потомства может идти речь? Умоляю, – произнесла Зухра, сложив руки, – откажись от нее, выгони из дому! Скажи, что не знал о ребенке, что она скрыла от тебя правду! Поклянись на Коране, и ваш брак будет расторгнут! Ты сможешь жениться на другой девушке, родовитой, богатой, честной, и она родит тебе сына, твоего собственного сына!
Женщина замолчала, и наступившая вдруг тишина показалась бездонной. Последние лучи заката бросали призрачные золотые отблески на темную, увитую виноградом беседку. В небесах разгорались россыпи звезд.
По щекам Алима разлился жаркий румянец. Да, Зюлейка скрыла правду: прежде он думал, что отец мальчика – ее муж-бедуин. Впрочем, какое это имеет значение? Он любит Зюлейку, и это – тоже истина, которую видит и знает Аллах. В конце концов, что такое жизнь? Короткая вспышка, угасающая прежде, чем человек успевает оглянуться и понять, зачем он появился на свет. Главное, вовремя разобраться в чувствах. Самое светлое, чистое и возвышенное из них – любовь, стало быть, стоит идти за ней и следовать ее заветам.
– Нет, Зухра, я не изменю своего решения. Лучше позови Джамилю, у меня есть для нее известие. И для тебя тоже.
Когда девушка пришла и радостно поприветствовала его, Алим вгляделся в ее прелестное лицо и попытался представить Джамилю рядом с Амиром, с теперешним Амиром. И – не смог.
Однако он не собирался скрывать правду, потому сказал:
– Я видел Амира. Он жив. Служит аль-Мамуну, который сражается против нашего халифа и движется со своей армией к Багдаду. Амир спрашивал о вас. Он сильно изменился, но по-прежнему любит тебя, Джамиля, и ждет вашей встречи.
Алим ожидал, что девушка разрыдается или лишится чувств, однако она спокойно и просто произнесла:
– Я знала, Алим. Я верила в то, что Амир вернется.
При этом взгляд ее прекрасных глаз наполнился таким светом, что у молодого человека защемило в душе.
Весть о том, что сын жив, вернула Зухре часть сил. Заметив это, Алим сказал:
– Если с головы мальчика упадет хотя бы один волос, пеняй на себя.
– Когда Амир вернется… – в бессильной ярости прошипела женщина.
– Когда Амир вернется, он ничего мне не сделает. Мы помирились.
Алим нашел Зюлейку сидящей на качелях. Она медленно раскачивалась, запрокинув голову, наслаждаясь свежим ночным воздухом и любуясь золотой звездной пылью.
– Ясин спит.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики