науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Не трудитесь прощаться со мной в Колумбусе. Будем считать, что вы это уже сделали.
Ее слова не успели произвести должного впечатления: поезд затормозил, и она, споткнувшись о ноги Маккриди и потеряв равновесие, упала ему на колени. Пытаясь ее удержать, он невольно застонал от боли.
— Осторожней, — вскрикнул он, — вы задели мое больное ребро!
— Поверьте, я бы предпочла сейчас оказаться где угодно, но только не здесь, — сказала она, перебираясь на свое место. — У меня такое ощущение, будто я спустилась на самое дно преисподней. Здесь и так уже невозможно дышать, так вдобавок мы еще останавливаемся!
Оказавшийся в этот момент где-то в середине прохода проводник перегнулся через головы пассажиров и приник к окну. Потом, выпрямившись, во всеуслышание объявил:
— Так, ребятки, похоже, на этот раз овцы. На путях их — целая туча, и пара мексиканцев пытаются оттуда их согнать. — После небольшой паузы он добавил: — Сдается мне, мы сейчас где-то в районе усадьбы Брассфилдов.
Это была последняя капля, переполнившая чашу терпения Верены. Она и так не спала всю ночь, сейчас умирала от жары да к тому же умудрилась поссориться с единственным человеком, которого знала в этом забытом богом месте. Колумбус начинал ей казаться каким-то мифом, чем-то абсолютно недосягаемым. На глаза ей стали наворачиваться слезы отчаяния; борясь с ними, она сделала глотательное движение и тихо проговорила, обращаясь больше к себе, чем к Мэтту:
— Будь я суеверна, я бы подумала, что на мне лежит проклятие какого-то злого рока.
Голос ее звучал чуть сипловато, и это тронуло его неизмеримо больше, чем все взрывы гнева. Он начинал понимать, что донимал ее своими обвинениями больше из-за того, что она отвергла его деньги, чем из-за чего-то другого. Ведь если бы она приняла их, он бы считал, что его совесть чиста. Но она не сделала этого, а это значит, что ему не будут давать покоя сомнения, удалось ли ей добраться до Сан-Анджело или же она попала в лапы своих преследователей по пути из Колумбуса.
Не стоит в это ввязываться, убеждал он себя. Я сам вынужден скрываться от закона и в первую очередь должен заботиться о своей шкуре. Но рядом — беззащитная женщина, и один только Бог знает, чего от нее нужно той парочке. А в том, что Верена была искренне потрясена услышанным в Орлином Озере, он нисколько не сомневался. И пусть ему не хотелось себе в этом признаваться, но он понимал, что не сможет оставить ее на произвол судьбы. По крайней мере, посадить ее в почтовый дилижанс до Сан-Анджело он просто-таки обязан. А что с ней будет потом, это уже не его забота. Тогда он сможет умыть руки и забыть о ней. Хотя сможет ли?..
На какое-то мгновение у него даже мелькнула мысль: а не взять ли Верену с собой? Но он тут же ее отверг. Нет, Хелена, эта дыра в Техасе, не очень-то подходящее место для школьной учительницы с Восточного побережья. По правде говоря, и для него тоже. И если бы он появился там в обществе красавицы Верены, то только напросился бы на новые неприятности. Нет сомнений, на нее бы там многие положили глаз, и ему, Мэтту, пришлось бы защищать ее честь. Можно только представить себе, какую чертовски дорогую цену он заплатил бы за это!
После некоторых раздумий он решил, что лучше всего сделать так: проводить ее до того места за Сан-Антонио, через которое проезжает военная почтовая карета, и посадить на нее Верену. А это означает: ему придется сесть вместе с ней в Колумбусе в дилижанс, что связано с немалым риском, особенно если поезд будут встречать те двое. Ему сейчас не хватало только влипнуть в какую-нибудь новую неприятность и привлечь к себе внимание, что привело бы его прямой дорогой на виселицу.
Размышления его были нарушены громом выстрела, который тут же вернул его к реальности. Глянув в другой конец прохода, он увидел, что какой-то ковбой высадил выстрелом стекло в вагоне, а теперь размахивает своим дробовиком и орет во всю мочь, что «не станет ждать, пока уберутся эти чертовы вонючие овцы!». Его ближайший сосед, по-видимому разбуженный посыпавшимся на него градом осколков, вскочил, чертыхаясь, с места и выхватил свой «кольт» сорок пятого калибра. Грохнул выстрел, и ковбой тяжело повалился лицом вниз. Его дробовик, ударившись прикладом об пол, выпустил еще один заряд дроби, изрешетившей потолок вагона, и все, как по команде, инстинктивно пригнули головы.
У Верены от ужаса перехватило дыхание.
— Вы видели? — повернулась она к Мэтту. — Он застрелил этого человека!
— Видел, — процедил тот, мгновенно принимая решение.
Он не намерен торчать в вагоне и ждать, пока начнется расследование. Если ковбой умрет, в Колумбусе им обеспечена целая орава рейнджеров и следователей из железнодорожной компании. Пользуясь возникшей суматохой, он встал и жестко сказал:
— Пошли! Здесь становится чертовски опасно, — и, ухватившись за полку над головой, шагнул в проход.
— Но почему?
— Сейчас тут начнется настоящее светопреставление, и лучше, если нас здесь не будет. Ну же, быстрее! — И, не теряя времени на лишние споры, он схватил ее за руку и вытащил за собою в проход.
К этому времени во всем вагоне началась шумная перебранка, несколько человек повскакивали с мест и, выхватив револьверы, застыли в угрожающих позах, готовые начать стрельбу. Белый как мел — несмотря, на жару — проводник припал к полу и заполз в пространство между двумя свободными сиденьями.
Верена все еще колебалась:
— Но, послушайте…
— Я лично прямо сейчас сматываю удочки, — прервал ее Мэтт.
Это была не пустая угроза: рванув дверь тамбура, он обернулся к Верене и, взглянув ей в глаза, спросил:
— Ну, вы идете или нет?
Она с отчаянием оглянулась через плечо, но в этот момент прогремел еще один выстрел, и она не колеблясь шмыгнула мимо Мэтта на тесную площадку тамбура. Когда за ее спиной захлопнулась Дверь, она почувствовала огромное облегчение. По крайней мере, здесь ее не достанет шальная пуля. Но то, что вслед за этим сказал Маккриди, буквально огорошило ее:
— А теперь, пока еще есть такая возможность, нам придется сойти с поезда.
— Сойти? — изумилась она. — Прямо здесь?
— Да, здесь. Вы готовы?
— Но я… здесь ведь ничего вокруг нет! — ужаснулась она.
В этот момент раздался скрежет колес, поезд, дернувшись, тронулся с места, и Верену бросило на металлическую ограду площадки. Мэтт осторожно ступил на маленькую ступеньку под площадкой и, обернувшись к Верене, прокричал, перекрывая шум поезда:
— Я иду первый; когда я крикну вам, прыгайте сразу, иначе я не смогу вас поймать!
— Но мне нельзя сходить с этого поезда! — прокричала она в ответ. — Я не могу…
То ли он не услышал ее, то ли не хотел слышать, но, ухватившись для равновесия за короткие металлические поручни, оттолкнулся от ступеньки и спрыгнул на землю. Поезд все больше набирал скорость, и Мэтту пришлось бежать за ним, чтобы не отставать.
— Пора, Рена! — крикнул он ей что есть мочи. — Прыгайте!
Она глянула вниз на гравий, на все чаще мелькающие шпалы, а затем, ухватившись одной рукой за поручень, свесилась с площадки, чтобы быть поближе к протянутым рукам Маккриди. Он схватил ее за руку, потянул к себе и, когда она оторвалась от площадки, успел поймать ее за талию. Они кубарем покатились вниз под уклон, прочь от тяжелых колес поезда. Верена лежала, пригвожденная к земле тяжестью его тела, ощущая спиной каждый камешек гравия, а во рту — неприятный привкус пыли и грязи.
Она попыталась высвободиться из-под Маккриди, и он, все еще не в состоянии отдышаться, приподнялся на руках и сел. Последний вагон был уже на приличном расстоянии от них, а вскоре поезд, продолжая набирать ход, исчез в отдалении.
— Вы не пострадали? — спросил он у нее.
Она окинула себя взглядом и, увидев, что ее платье и нижняя юбка задрались, отчего стали видны панталоны, начиная от бедер и ниже, в смятении проговорила:
— Пострадала лишь моя одежда.
Затем она, приподнявшись, тоже села и поспешно поправила юбку, опустив ее края до самых щиколоток. Лишь только тогда она заметила исчезающий вдали поезд, и, будь она из тех, у кого глаза всегда на мокром месте, тотчас бы разрыдалась, но Верена была не из их числа, а потому она просто грустно вздохнула и промолвила тоном смирившегося со своей участью человека:
— Там остался мой саквояж, а в нем — все, что я с собой привезла.
— Ничего, когда мы доберемся до Колумбуса, я заберу ваши вещи на вокзале. Если поезд окажется там раньше нас, то носильщик обязательно их туда сдаст.
Ее взгляд упал на стадо овец, которое удалялось от теперь уже свободного пути, и она еще больше пала духом: кроме животных и сопровождавших их двух пастухов, ничего больше не было видно — ни дороги, ни домов, вообще ничего. Лишь холмы, луга да полоса деревьев.
— Знаете, — сказала Верена с чувством, — если бы я могла предположить, что вы собираетесь прыгать с поезда, я бы лучше снова бухнулась на пол. Я ведь думала, что вы просто решили укрыться от стрельбы за железной дверью, не более.
— Мне необходимо было сойти — и вам тоже.
— Хотелось бы услышать хоть одну убедительную причину, зачем, — резко отозвалась она. — Особенно если учесть, что мы оказались среди чистого поля, не захватив с собой даже зубной щетки и не имея представления, как отсюда попасть в Колумбус.
— Я могу назвать сразу две.
— Ну-ну, послушаем.
— Начнем с того, что, как только поезд прибудет на станцию, там все будет кишеть стражами порядка, и каждому, кто ехал в нашем вагоне, придется давать показания насчет перестрелки.
— Мне нечего скрывать, мистер Маккриди.
— Может быть, нет, а может быть, и есть. Как бы там ни было, но, прежде чем рейнджеры или путевые детективы разберутся, как было дело, пройдет день, а то и два — более чем достаточно, чтобы сно ва объявились ваши приятели. И если они не круглые идиоты, то к тому времени они уже успеют сообразить, что к чему. Вам что, хочется оказаться там, когда это случится?
— Они мне не приятели. Сколько еще раз повторять вам, что я их не знаю?
— До тех пор, пока я вам не поверю.
— В таком случае я этого больше не буду повторять.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики