науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Вспоминала этот день, и что Кейти погибла, и как жалко Джимми и Аннабет. Обо всем этом.— Обо всем этом, — повторил Дейв. — А ты знаешь, Селеста, о чем я думал, когда брел с Майклом домой? Думал, как он, наверное, озадачен, что его мама уехала, никому не сказав куда и когда вернется. Я долго думал об этом.— Я же сказала тебе, Дейв...— Сказала мне что? — Он поднял на нее глаза и улыбнулся, но на этот раз улыбка его не была мальчишеской. — Что ты сказала мне, Селеста?— Что мне хотелось подумать. Прости, что не позвонила, но последние дни — это такой ужас, что я сама не своя.— Как и все прочие.— Что?— Как в этой картине, да? — спросил он. — Там непонятно, кто люди, а кто вампиры. Я уже видел это, но кусками и не до конца. А этот брат Болдуин, знаешь, он потом влюбится в ту блондинку, хотя ему известно, что ее укусил вампир. Значит, и ей предстоит стать вампиршей, а ему на это начхать, понимаешь? Потому что он любит ее! А она сосет кровь. И у него будет сосать кровь и превратит его в ходячего мертвеца. Я что хочу сказать, Селеста, что в вампирстве есть и своя привлекательная сторона. Даже если знаешь, что это станет твоей гибелью, и душа твоя будет проклята навеки, и тебе придется только и делать, что кусать людей в шею, прятаться от солнца и от ударных бригад из Ватикана. Может быть, в один прекрасный день ты проснешься и не вспомнишь, каково это — быть человеком. И такое может случиться, но ничего страшного. В тебя попал яд, но и к этому можно приспособиться. — Он задрал ноги на кофейный столик и сделал большой глоток из банки. — Так, по крайней мере, считаю я.Селеста очень тихо сидела на диванном валике и глядела оттуда вниз, на мужа.— Дейв, что ты плетешь, о чем это ты говоришь?— О вампирах, милочка. О вервольфах.— Вервольфах? Я не улавливаю смысла.— Смысла? Ты думаешь, что я убил Кейти. Это единственный смысл, который мы за последнее время уловили.— Я вовсе не... Когда это ты пришел к такому выводу?Он ковырнул ногтем жестяную крышку.— Ты не могла даже заставить себя посмотреть в мою сторону там, в кухне у Джимми, перед тем, как уехать. Ты держала ее платье так высоко, словно оно еще на ней, и не могла даже взглянуть на меня. Вот я и стал думать, с чего бы это моя жена стала чувствовать ко мне такое отвращение? А потом меня как ударило — Шон! Ведь это он тебе что-то сказал, верно? Он и этот его мерзкий прихлебатель задавали тебе вопросы.— Нет.— Нет? Ерунда.От его спокойствия ей было не по себе. Она могла бы приписать это спокойствие действию пива.Алкоголь всегда действовал на него умиротворяюще, но сейчас в его спокойствии было что-то опасное, словно в слишком туго натянутой и перекрученной пружине.— Дэвид...— Ах, так я уже Дэвид!— Я без всякой задней мысли. Просто запуталась, сбилась.Наклонив голову к плечу, он смотрел на нее снизу вверх.— Что ж, тогда давай все выясним, детка. Это ведь фундамент прочных взаимоотношений — уметь общаться.На счету у нее было 147 долларов и пятисотдолларовый лимит на карточке «Виза», хотя примерно половину лимита она уже израсходовала. Если ей даже и удастся выкрасть отсюда Майкла, далеко им не уехать. Две-три ночи в каком-нибудь мотеле — и Дейв их разыщет. В чем, в чем, но в тупости его не упрекнешь, и, уж конечно, он сумеет их выследить.Пакет. Она может отдать мусорный пакет Шону Дивайну, и тот обнаружит въевшуюся в ткань кровь на одежде Дейва. Она уверена, что обнаружит, а она слышала о больших успехах генетических исследований. Они обнаружат кровь Кейти на одежде Дейва и арестуют его.— Ну давай же, — сказал Дейв. — Давай поговорим, детка. Проясним ситуацию. Я не шучу. Я действительно хочу, что называется, унять твои страхи.— Я не напугана.— Но выглядишь ты именно так.— Нет, не напугана.— Прекрасно. — Он снял ноги с кофейного столика. — Тогда скажи мне, дорогая, что тебя тревожит, хорошо?— Ты пьян.Он кивнул:— Не спорю. Но это не означает, что со мной нельзя вести разговор.На экране вампир опять отсекал кому-то голову — на этот раз, кажется, священнику.Селеста сказала:— Шон не задавал мне никаких вопросов. Когда ты ушел за сигаретами для Аннабет, я случайно подслушала их разговор. Не знаю, что ты им говорил раньше, Дейв, но твоей истории они не поверили. Они знают, что ты был в «Последней капле» чуть ли не до звонка.— Что еще?— Кто-то видел твою машину на стоянке примерно в то время, когда Кейти вышла из бара. И истории, как ты повредил себе руку, они не поверили.Дейв вытянул руку перед собой, согнул и разогнул ее.— Речь про эту руку?— Это все, что я слышала.— И это заставило тебя вообразить — что?Она опять чуть было не прикоснулась к нему. На мгновение агрессивность, казалось, покинула его, уступив место ощущению обреченности. Это чувствовалось в его спине и плечах, и ей захотелось, протянув руку, прикоснуться к нему, но она удержалась.— Дейв, ты только расскажи им про грабителя.— Про грабителя.— Ну да. Может быть, тебе и придется явиться в суд, но что тут такого? Подумаешь — большое дело! Это лучше, чем если на тебя навесят убийство!«Вот сейчас, — думала она. — Скажи, что не виноват. Скажи, что не видел, как Кейти уходила из „Последней капли“. Скажи это, Дейв!»Но вместо этого он лишь сказал:— Я понимаю ход твоих мыслей. Правда. Я прихожу домой весь в крови в то самое время, когда было совершено убийство Кейти. Значит, это я ее убил.У Селесты вырвалось:— Да?Дейв поставил банку с пивом и рассмеялся. Он опять задрал ноги и, повалившись на диванные подушки, все хохотал, хохотал... Его просто корчило — каждый вдох превращался в новый раскат хохота. Он смеялся так бурно, что из глаз его текли слезы, а грудь и плечи тряслись и ходили ходуном.— Я... я... я...Он не мог ничего выговорить. Волны смеха перекатывались через него, подступая к горлу, вырывались наружу — и опять, и опять... Слезы теперь лились ручьем, текли по щекам прямо в разверстый рот, пенились на губах.Селеста знала одно: никогда еще ей не было так страшно.— Ха-ха — Генри, — наконец произнес он, когда смех начал утихать, переходя в фырканье. — Генри, — сказал он. — Генри и Джордж, Селеста. Так их звали. Ну разве не забавно? Джордж, смею тебя уверить, был прелюбопытный тип, зато Генри был просто негодяй!— О чем это ты?— Генри и Джордж, — весело продолжал он. — Я говорю о Генри и Джордже. Они взяли меня покататься. И катали четыре дня. И прятали меня в погребе, где я спал на каменном полу в вонючем, проеденном крысами спальном мешке. И, ей-богу, Селеста, они уж там потешились. Никто не пришел на выручку старине Дейву. И Дейву оставалось только притвориться, что все это происходит не с ним, а с кем-то другим. Пришлось так развить воображение, чтобы можно было раздвоиться. Что он и сделал. Дейв умер, черт возьми. А паренек, который выбрался из этого погреба — уж не знаю, кто это был, — вообще-то это я, но ясно как день, что это был не Дейв. Дейв умер.Селеста онемела. За восемь лет Дейв ни разу не заговаривал о том, что с ним случилось и о чем было всем известно. Говорил только, что играл с Шоном и Джимми и его похитили, а он убежал — и на этом разговор заканчивался. Ни разу она не слышала от него имен похитителей. Ни разу он не упоминал о спальном мешке. Ничего этого она не знала. Казалось, что в этот момент происходит пробуждение от иллюзий их семейной жизни и невольно, против их желания, они остаются лицом к лицу со всеми разумными обоснованиями и полуправдами, потаенными страстями и сокровенными "я", на которых все строилось. Чтобы смотреть, как все рушится под ударами ошеломляющей правды, что никогда-то по-настоящему они друг друга не знали, а только надеялись когда-нибудь узнать.— Дело в том, Селеста, — сказал Дейв, — что все это очень похоже на то, что я говорил тебе про вампиров. По существу, все это — одно. Одна и та же проклятая штука.— Какая «проклятая штука»? — прошептала она.— То, что это не исчезает, не выходит наружу, а, раз попав, сидит в тебе.Взгляд его был устремлен на кофейный столик, и ей показалось, что, разговаривая с ней, он успокаивается.Она прикоснулась к его плечу:— Что «не выходит наружу», Дейв? Что «сидит в тебе»?Дейв покосился на ее руку с таким видом, словно еще секунда — и он с рычаньем вонзит в нее зубы и оторвет ее от запястья.— Я больше не доверяю своему разуму, Селеста. Предупреждаю тебя: я себе не доверяю.Она убрала руку — в том месте, каким рука касалась Дейва, кожу жгло и покалывало.Дейв поднялся, пошатываясь. Склонив голову к плечу, он взглянул на нее, как будто не совсем понимал, кто она такая и как попала сюда, на краешек дивана. Потом посмотрел на экран, где Джеймс Вудс стрелял из арбалета прямо в грудь какому-то типу, и прошептал:— Раздраконь их всех, Охотник! Раздраконь!С пьяной ухмылкой он опять повернулся к Селесте:— Я собираюсь прогуляться.— Хорошо, — сказала она.— Прогуляться и подумать.— Ага, — сказала Селеста, — конечно.— Если я сумею уложить все это в моей голове, то все наладится. Но просто надо уложить это в голове.Селеста не спросила, какое «это» он имеет в виду.— Ну, тогда привет, — сказал он, идя к входной двери. Он открыл дверь и ступил за порог, и тут же она увидела его руку на косяке — голова его просунулась в комнату.Не входя обратно, но склонив голову к плечу и внимательно глядя на нее, он сказал:— Между прочим, о мусоре я позаботился.— Что?— Мусорный пакет, — сказал он. — Тот самый, куда ты положила мою одежду и прочее, помнишь? Я еще раньше вынес его и выбросил.— А-а, — сказала она, чувствуя, что ее сейчас вырвет.— Итак, до скорого, — сказал он.— Ага, — сказала она, когда голова его опять вынырнула наружу, на лестницу. — Увидимся.Она слушала его шаги — как он спускается вниз по лестнице. Вот заскрипела дверь парадного и Дейв вышел на крыльцо, вот он спустился по ступенькам. Она подошла к лесенке наверх, ведущей в комнату Майкла, и послушала, как мерно он дышит во сне. Потом она пошла в ванную, и там ее вырвало. * * * Он не смог найти место, где Селеста поставила машину. Иногда, особенно в снегопад, приходится проехать кварталов восемь, прежде чем найдешь место для парковки, так что, судя по всему, Селеста могла поставить машину и у Стрелки, хотя неподалеку он углядел кое-какие свободные места.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики