ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Что за румын? - спросил я.
Македонский рассказал.
Оказывается, несколько дней назад начальник разведки отряда Михаил Самойленко, возвращаясь с очередной операции, заметил на партизанской тропе румынских солдат без оружия.
- Хлопцы, стой, румыны идут. Или рехнулись, или хотят в царство небесное...
Партизаны пошли наперерез и заняли обочину дороги.
- Стой, руки вверх! - крикнул Самойленко.
Румыны тотчас подняли руки. Самый маленький, с голубыми глазами солдат проговорил:
- Мы партизан... мы партизан... - опустив руки и повернувшись к своим, он стал указывать на каждого румына в отдельности:
- Партизан... Партизан... Партизан...
- Ого, ребята, да тут целый отряд! А ну, пошли за нами!
На всякий случай Самойленко проделал такую штуку: отрезал у всех румын пуговицы с брюк, аккуратно вручив их владельцам.
- Понадобится - пришьете.
Это была интересная процессия: шесть партизан вели пятерых румын, поддерживающих спадающие брюки.
В отряде долго не могли сговориться. Румыны совсем не понимали по-русски. Наконец, Македонский обратился к ним по-гречески. Маленький румын встрепенулся, у него заблестели глаза. Оказалось, что отец его был грек, поэтому греческий язык был для него тоже родным.
Дело пошло на лад. Выяснилось, что румыны дезертировали из второй горно-стрелковой дивизии, не желая воевать на стороне фашистов. Румын гнали на Севастополь, но они наслушались таких ужасов об этом участке фронта, а главное, - о моряках, обладавших какой-то сверхъестественной силой, что решили по дороге бежать в лес.
Вначале они не думали приставать к партизанам - боялись...
Их было двенадцать человек. Шли они строем, приходя в деревню, обращались к старосте с требованием кормить их. Вначале их принимали за представителей румынских войск, но потом начали преследовать. Троих убили, четверо сбежали. Осталось пять человек. Старшим был маленький румын, которого партизаны прозвали почему-то "Жорой". Он-то и настоял на уходе к партизанам. Долго думали, как это сделать, потом решили бросить оружие и ходить по тропам, пока партизаны не остановят.
...Рассказав про похождения румын, Македонский хитро прищурился:
- Вот я и думаю...
- Что ты надумал, командир, докладывай толком, - попросил я Македонского.
- Дело связано с румынами. У нас много партизан, одетых в румынскую форму. Теперь у нас есть и настоящие румыны. Я давно слежу за одной мельницей. Охраняется она сильно, кругом пулеметы и дзоты. Без хитрости туда не подойдешь - будут большие потери. Через село, мимо мельницы, проходит дорога. Мой разведчик Василий Васильевич наблюдал с гор: никто из охраны не обращает внимания на проходящие мимо немецкие и румынские подразделения... Мы, переодетые румынами, войдем в село вечером и дойдем до самой мельницы - это главное. Остальное зависит от нашей решительности. Вот мой план, и напрасно комиссар возражает, - сказал Македонский.
- План хорош, - сразу поддержал я бахчисарайского командира.
Начались приготовления к операции: из каждого отряда отобрали всех ходячих партизан и передали бахчисарайцам. Северский одобрил наш план и тоже дал своих людей.
Особенно тщательно мы готовили "румынское подразделение". Главным консультантом был Жора, ходивший теперь за Македонским, как тень.
Партизанка Дуся сумела пробраться в село и связалась с женой мельника. От мельничихи Дуся узнала о порядках на мельнице.
Штурмовать село обычным путем действительно было невозможно. Большая водяная мельница принадлежала горной румынской дивизии и тщательно охранялась. Шумная, полноводная весной река, шириной более десяти метров, огибая полукольцом мельницу, надежно отделяла ее от темной полосы соснового бора. За мельницей, делая возле нее поворот, проходила дорога на Коуш, на которой было довольно оживленное движение вражеских войск.
Другого подхода к мельнице не было.
Михаил Андреевич просил разрешения самому вести "румынское подразделение" на мельницу.
- Нет, Македонский, этого не стоит делать. Пусть пойдет Василий Васильевич. Он, кстати, был здесь дорожным начальником, ему знаком каждый поворот. А тебе, командир, придется взять под свое начало триста партизан и у соснового леса ждать сигнала Василия, - сказал я.
Мы здесь же уточнили окончательный план операции.
По замыслу план был прост, но по исполнению весьма сложен. Основная группа партизан под командой Македонского должна подойти как можно ближе со стороны бора к огибающей мельницу полукругом речке.
"Румынское подразделение" - около сорока человек, переодетых в румынскую форму, с пятью настоящими румынами, - должно было незаметно выйти на шоссе в четырех километрах от мельницы и двинуться через село к объекту нападения.
Переодетые партизаны, подойдя к цели, обязаны внезапно напасть, а Македонский по сигналу - форсировать речку и ворваться на мельницу со стороны леса.
Больше всего тревожило нас переодетое подразделение. Партизаны мало напоминали действовавших под Севастополем сытых румын.
Наконец закончили подготовку. Группы отправились. В отрядах остались только больные.
Василию Васильевичу, отлично знавшему местность, удалось благополучно подойти к шоссе, куда он, улучив удобный момент, и вывел своих "румын".
Впереди колонны шел "фельдфебель" маленького роста. Это был Жора, на которого возложили всю "разговорную" часть. Василий Васильевич, идя в строю, зорко наблюдал за всем и через партизана-грека тихо передавал Жоре команды.
Шли партизаны, их обгоняли машины, полные солдат.
Из одной встречной машины, затормозившей перед идущей колонной партизан, высунулся румынский офицер. Жора остановился, за ним остальные.
Обстановка была необычная. Жора браво отвечал офицеру. Тот удивленно пожал плечами, подумав, махнул рукой в сторону деревни и уехал. Все облегченно вздохнули. Жора через переводчика передал командиру содержание разговора:
- Офицер спросил, куда мы идем. Я ответил: идем на пополнение во вторую дивизию. Офицер спросил, где остальные маршевые роты. Я ответил, что нас послали вперед для организации ночевки, а остальные прибудут позднее. Офицер сказал, что он едет в Бахчисарай, следовательно, встретит их.
Солнце пряталось за развалины древнего города Чуфут-Кале. С гор несло прохладой, запахом талого снега.
Наступал партизанский "день". В вечерних сумерках партизаны зашагали смелее. Бешеный лай собак встретил их на околице. Патрули молча пропускали запоздавших "румын". Жора громко говорил по-румынски со своими друзьями.
Дорога свернула к реке. Бурливая река шумела, заглушая все остальные звуки. Впереди засветились два огонька - мельница.
К партизанам подошли несколько румын. Жора вступил с ними в разговор, продолжая движение, за ним тянулась колонна.
Вдруг румын-охранник что-то крикнул другому, тот побежал. Тогда Жора, вскинув к плечу винтовку, крикнул по-русски:
- Лупи!!!
- Давай сигнал! На мельницу, бегом! - скомандовал Василий Васильевич и дал очередь из автомата.
Началась суматоха, стрельба.
В это время партизаны Македонского бросились форсировать бурную реку. Первым шел сам командир, обвязанный веревкой. За ним остальные.
Ноги скользили, партизаны падали, захлебывались водой. Михаил Андреевич перевел на тот берег девяносто партизан. Стрельба на мельнице внезапно прекратилась, там уже действовали партизаны Василия Васильевича. На покрытом мучной пылью полу валялись трупы врагов.
Мельник, муж Дусиной знакомой, находясь рядом с Василием Васильевичем, говорил:
- Я русский, свой... Петр Иванович... Фу, до чего напугали. Как снег на голову. Ведь чуть не убили своего человека.
- А если ты свой, так нечего якшаться с врагом, да еще работать на него, - ответил партизан.
- Работать, работать... Жрать захочешь, так будешь и работать, пробормотал мельник и отошел в сторону.
Македонский и Черный подбежали к мельнице.
- Ну как, Вася?
- Хорошо, Михаил Андреевич, жду вас. Ребята на охране у дороги. Румын побили порядком, и мучка, кажется, есть.
С исключительной быстротой мешки с мукой передавались по живой цепи на ту сторону реки. В воде, поддерживая друг друга, плотной стеной стояли самые сильные партизаны. Через два часа сто мешков муки было на другом берегу.
Из-за поворота показалась фашистская машина. Осветив мельницу, фашисты открыли сильный огонь. Завязался бой.
- Васенька, теперь, дорогой, твоя задача - увлечь немцев за собой. Возьми еще десять человек и беги к повороту, - приказал Македонский.
Когда он со своей группой в полной боевой готовности стал отходить, его догнал мельник:
- Слушай, начальник, а мне что, пропадать? Ведь убьют, проклятые, если останусь, - схватил за руку Македонского Петр Иванович.
- Что же с тобой делать? - задумался Македонский.
- Возьмите с собой, в лес!
- В лес, говоришь? - спросил командир скорее себя чем мельника. - Ну, хорошо, давай с нами, а там посмотрим.
Василию Васильевичу пришлось трудно.
Отбиваясь, отряд отходил в сторону Бахчисарая. Партизаны вели бой и несли своих раненых.
Только к рассвету группе удалось выйти к лесу.
Македонский, нервно поглядывая на дорогу, по которой отходил Василий Васильевич, уводил в горы партизан, нагруженных до отказа ценнейшим грузом - ста мешками муки.
Мучной след вел в лес. Утром по этому следу отправились фашисты. Напрасны были их попытки, - разветвляясь по тропинкам, след удваивался, утраивался. Трофейная мука расходилась по всем партизанским отрядам, неся живительную силу для новой борьбы.
Долго вспоминали в лесу о "мучной операции", а участники не скоро отделались от следов ее; вся одежда их пропиталась мучной пылью.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Наступил апрель. Через горы шла весна. Она долго бушевала в садах Южного побережья, захлестнула зеленью предгорные леса и, перешагнув через продутую холодными ветрами яйлу, споро зашагала в таврические степи.
Прошли первые весенние дожди, короткие и стремительные. Снова зашумели горные речки, на северных склонах гор на глазах сходил снег.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики