ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Такая вот мелкая месть.
Вчера у военных был какой-то праздник, и из соседней части к Марии пожаловали гости. Тот, который полковник, встречался с Машиной подругой Светой, тоже женщиной разведенной.
Если можно было бы озвучить Ленины мысли и пропустить их через динамик, на целый квартал бы стоял крик: «Развели бардак!» По Таниному мнению, они сам был не прочь оказаться в компании двух таких симпатичных разведенных женщин…
В каждой половине коттеджа по пять жилых комнат, а единственный сын Маши, Танин племянник Николай, служил сейчас на Северном флоте, в Мурманске.
Пять комнат — это нечто! Раздолье для влюбленных пар.
Но утром полковнику нужно было пораньше идти на службу, и скорее всего решил не беспокоить Машу. Ушел, как говорится, по-английски, не прощаясь с хозяйкой, а калитка на запоре…
Почему Леонид не оставил ключ на гвоздике у калитки, где тот всегда висел, а прихватил с собой в дом? Начни у него спрашивать, скажет, прихватил машинально. Интересно, знала ли сестра о происках Леонида?
На днях Таня подметила плотоядный взгляд, который Леонид бросил на Машу. Между сестрами разница в четыре года, но Мария следила за собой, вела жизнь светскую, хозяйством не обремененную, у плиты не стояла, как Таня. Она пользовалась всяческими полуфабрикатами. Покупные пельмени, суп из них же, замороженные бифштексы, которые надо всего лишь бросить на сковородку — и через несколько минут готовы.
Вот и выглядит Маша если и не моложе своей младшей сестры, то привлекательнее, это уж точно!
Если честно, то Таня лишь оправдывала собственную лень: ей не хотелось ухаживать за собой. А сестра выглядела хорошо вовсе не из-за того, что не готовила. Под настроение она могла на плите такое изобразить, что Тане оставалось только завидовать.
Что ж удивительного, если Леня на нее посматривал. Красивая женщина. Желанная для любого нормального мужчины.
Татьяне вообще не было оправдания. Она совсем не убивалась на домашней работе. Особенно если учесть, что и Александра участвовала во всех хозяйственных делах, а муж Леонид купил жене стиральную машину-автомат, кухонный комбайн, пылесос — все, что может облегчить жизнь хозяйки.
Значит, у Тани не было стимула, чтобы следить за своим внешним видом? Но об этом она старалась не думать.
Глава вторая
Маше Леонид не нравился. По крайней мере, выбора сестры она не одобрила с самого начала, едва увидела будущего зятя на вечеринке по поводу Таниного дня рождения.
— Мой бывший муж в таких случаях говорил: «Поменяла часы на трусы».
— Ничего подобного, — упрямо сказала Таня. — Он красивый мужчина.
— Что же, интересно, в нем красивого? — удивилась Маша и посмотрела на нее чуть ли не с жалостью. — Правильно говорят: любовь зла, и козлы этим пользуются. Пузатый, коротконогий, плешивый. Одна извилина, и та ниже пояса, если судить по твоим рассказам…
— Ну ты вообще беспредельщица!
Таня рассказывала Маше о своем новом знакомстве. По иронии судьбы с Леонидом она познакомилась так же, как и с Мишкой: тот подвез ее, когда она опаздывала на работу в свое технологическое бюро. Увы, Таня не изменила своей юношеской привычке — по утрам спать до последнего, а потом мчаться на работу сломя голову.
Во второй раз Леня снял для их встречи номер в гостинице, и Таня провела с ним незабываемую ночь. Она не хотела признаться себе, что идет на все это лишь для того, чтобы поскорее забыть Мишку. Кажется, такая же цель была и у Леньки, чем-то бывшая жена ему досадила так, что он даже корежился при упоминании ее имени — Элеонора.
Словом, обоим понадобилось забвение, они упали в объятия друг друга, и интимная часть их отношений обоим понравилась.
Так что вопрос о новом браке был Каретниковым поставлен, и Таня не видела причины, чтобы ему отказать.
Высказывания сестры относительно Каретникова Таню неприятно поразили. Портрет мужчины, нарисованный Машей, выглядел прямо-таки гротескно.
— Тебя послушать, он урод, да и только.
— Ты права, — спохватилась сестра, — это я от раздражения. Ты у нас женщина высокая, и я никак не привыкну, что с тобой рядом мужчина лишь чуть выше тебя. Нет, сестра, ты как хочешь, а я люблю мужиков не меньше метрa восьмидесяти, стройных, чтобы другие бабы смотрели и завидовали. Не будешь же ты всем и каждому рассказывать, как он хорош в постели…
— А разве этого мало? — спросила Таня. — Ты поспрашивай у женщин насчет красавцев. Далеко не у всех привлекательная внешность равнозначна мужской силе.
— Если бы ты могла жить не вылезая из койки, тебе бы этого вполне хватило.
Маша помедлила — говорить? не говорить? — не хотела обижать сестру, но раз уж разговор пошел откровенный…
— А самомнение! Раза в два больше его самого. Такие бабы, как ты, разбаловали. Все уши прожужжали: «Ах какой он бесподобный! Ах какой сильный!» Любим мы их на пьедестал воздвигать. Посмотришь со стороны — крошка Цахес, а мнит себя Аполлоном…
Видимо, у Маши просто было в тот день плохое настроение, вот она и нападала на бедного Ленечку. Надо ж такое придумать: крошка Цахес!
Таня едва не расхохоталась при воспоминании об их разговоре, но бросила взгляд на мужа и осеклась: отчего он всегда такой недовольный, раздражительный? Вроде дела его шли неплохо.
Многие интеллигенты советского пошиба ломали себе зубы об новорожденный российский бизнес, считая, что их ума вполне хватит, чтобы добиться того же, чего добились те, тупари, новые русские, с тремя классами образования…
Оказалось, в таких делах нужно кое-что еще, кроме образованности. Деловая хватка. Жесткость и жестокость. Наглость и умение держать нос по ветру… Выяснилось, что составляющих гораздо больше, чем казалось до того. В бизнес надо было вписаться. Из Ленькиных бывших однокурсников мало кто смог. А он ничего, удержался.
Про него уже вскоре друзья шутили, что он парень-гвоздь и без мыла кое-куда влезет.
Как бы то ни было, но Леонид действительно научился улаживать самые щекотливые дела с пожарной инспекцией, газовиками, санврачами, налоговиками, особенно если приходилось иметь дела с женщинами, так что у тех, кто хотел строить модные и добротные дома, причем в самые сжатые сроки, на услуги Каретникова даже имелась некоторая очередность. Безработица ему не грозила.
Таня вообще считала своего мужа человеком неординарным. И уважала его за это. Но была ли это любовь? По крайней мере, Таня за такую версию держалась: вышла замуж по любви. И повторять это друзьям и знакомым она считала нужным. Иначе они могли подумать, что Таня вышла за Леонида в горячке, чтобы досадить своему первому мужу…
Леонид время от времени давал Тане понять, что тоже ее любит, но произносил это так привычно, так между прочим, что она вполне могла представить, как он те же слова говорит еще кому-нибудь из женщин.
Первое время, живя с Леонидом, она пыталась найти в его глазах такой же огонь, какой соответствовал бы придуманным ею супружеским отношениям. Страсть. Нежность. Любование ее красотой — если уж любовь зла. В крайнем случае ненависть.
Услышь кто-то ее мысли, сказал бы: у бабы не все дома, а если дома, то спят! Ей же казалось, что откровенную нелюбовь легче было бы перенести. Но равнодушие… Для женщины это синоним оскорбления. Конечно, это ее высказывание вовсе не аксиома, но Таня воспринимала мир чувств именно так.
Знал бы кто, с каким остервенением она хватала саму себя за горло и носом, носом совала в то варево, которое собственноручно сварила. Второй брак, который назло всему свету должен был быть счастливым, держался вообще неизвестно на чем.
Можно подумать, у нее оказался несчастливым первый брак!
Тогда родителей уже не было в живых.
Когда они погибли, Тане было пятнадцать лет, а сестре Маше девятнадцать. Училась она в медицинском институте и собиралась стать терапевтом. Из-за Татьяны выбрала себе специализацию — невропатолог.
Все потому, что гибель родных Таня пережила так тяжело, что медики предлагали даже положить ее в психиатрическую больницу, и сестра Маша, во-первых, не дала этого сделать, а во-вторых, почти на три года сделалась врачом, сиделкой и матерью своей несовершеннолетней сестры.
Выхаживала ее, отпаивала лекарствами, сидела у постели, когда очередной кошмар стискивал Таню ледяными пальцами.
Когда появился Мишка, старшая сестра сразу почувствовала опасность, но уже совсем другого рода. Эта дуреха так влюбилась в своего парня, что могла наделать глупостей. В восемнадцать лет стать матерью-одиночкой!
Маша взялась, по выражению возлюбленного Тани, пасти сестру и, конечно, не упасла.
Таня с Мишкой в тот памятный вечер ехали на такси из ресторана.
А до того… Как они и предполагали, назойливый мужчина с соседнего столика и его товарищи решили не дать им уйти из ресторана просто так.
Незадолго до того, как Таня с Мишкой пригласили официантку, чтобы рассчитаться с ней, перед молодой парой опять появился тот самый развязный тип, и опять с требованием к Михаилу:
— Выйдем поговорим.
Мишка окинул его взглядом с ног до головы и снисходительно спросил:
— Ты ведь там будешь не один?
— Не один, — согласился, помявшись, задира.
— Значит, тебе будет не скучно. Видишь ли, я сейчас очень занят. Так что, если через пять минут не выйду, начинайте без меня.
Тот сузил глаза и зло прошипел:
— Ты если и уйдешь из ресторана, то только на костылях!
Угроза прозвучала зловеще, но Мишка не испугался.
— Посмотрим, — усмехнулся он, глядя в глаза наглецу. На его месте многие мужчины просто испугались бы, но Мишка… В какой-то момент она даже подумала, что он всего лишь бравирует своей храбростью. Таня, попытавшись представить себе, как он будет драться сразу с четырьмя парнями, чуть не заплакала от страха за него.
— Мишенька, здесь есть второй выход, я знаю, через гостиницу. Пусть себе ждут у входа. Иной раз лучше проявить благоразумие, чем позволить каким-то подонкам себя изуродовать.
Что поделаешь, ее воспитывала сестра и потому не могла не передать своей воспитаннице толику этого самого благоразумия. Разве могла она тогда понять, что настоящие мужчины устроены по-другому.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики