ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Машенька, пожалуйста, зайди ко мне.
— Но зачем? — уперлась Маша; она не могла так же легко, как младшая сестра, переходить из одного состояния в другое. Разве они не поссорились совсем недавно. С криком и битьем стекла?
— Пойдем, пожалуйста! Я хочу попросить у тебя прощения. Сама не знаю, что со мной творится. Такое впечатление, что я все эти пять лет сидела в наглухо запертой квартире, а потом открыла настежь все окна и двери, и по тем же прежде затхлым комнатам гуляет теперь сквозняк… Мозги, наверное, все и выдуло.
— Я бы так не сказала.
— Маша, пожалуйста, мне нужна твоя помощь.
— Что у тебя стряслось? — все же сдалась Маша, заходя следом за Таней в ее дом. — Ты такая возбужденная. Выпей валерианочки, раз уж другие лекарства ты не признаешь…
— Маша, со мной все в порядке. Просто… я подслушивала! То, о чем ты говорила с Мишкой.
Она могла бы признаться, что не только с ним, но не хотела выглядеть перед сестрой совсем уж пропащей.
— Такого за тобой прежде не водилось, — удивилась Маша и проницательно посмотрела на сестру: — Неужели ты подумала…
Таня смутилась: от Маши не скроешься, — но не стала продолжать Машину мысль. Просто сказала:
— Раньше не водилось, а теперь водится. За мной теперь много чего водится! Я только в одном раскаиваюсь — что тебя обидела. Простишь ли ты меня? Молчишь? Хочешь, я стану перед тобой на колени?
Маша снисходительно улыбнулась. Совсем как прежде, когда глупая Таня что-нибудь этакое вытворяла. В глазах ее не было осуждения. Понимание было.
— Еще чего не хватало! Я хочу, чтобы ты успокоилась. Ну, набери побольше воздуха, медленно выдохни.
Она взяла сестру за запястье.
— Посмотри, как скачет твой пульс.
— Черт с ним, с пульсом. Маша, это правда, что он может погибнуть, Михаил?
Сестра замялась, но ответила:
— Я думаю, вряд ли их бросят туда, где идут бои.
— Но он все приготовил: бумаги, завещание… Может, он что-то чувствует?
— Успокойся, Таня, это всего лишь мера предосторожности. Я думаю, все его товарищи это делают. Служба у них такая.
— Маша, помоги мне!
Таня все время повторяла одно и то же из-за нервного возбуждения, а Маша успокаивающе поглаживала ее по плечу.
— Чем тебе помочь, моя девочка?
Все-таки Маша — человек благородный и незлопамятный. Другая бы ее так легко не простила, а Маша уже и думать забыла о хамстве сестры.
— Вон, видишь, на столе корзинка. Я хотела идти в больницу к Лене. А теперь не могу. Будь другом, сходи вместо меня.
— Вместо тебя? А что я ему скажу?
— Ну не знаю. Придумай что-нибудь. Что встречаю кого-то в аэропорту. Или плохо себя чувствую. Какие в таких случаях называют причины, я не могу сообразить… Скажи, я так переволновалась из-за него, что ты прописала мне постельный режим…
— Постельный режим, но не с ним, — пробормотала Маша и тоже, как и Мишка, взглянула на часы. — Но я через полтора часа на работу ухожу. До восьми вечера. Мне еще халат надо погладить…
— Скажи, что у тебя родственник болен. Ведь это же правда. Пусть тебя на пару часов подменит кто-нибудь. Леня будет только рад!
Она не замечала, что говорит обидные для Маши слова, но, наверное, сестра понимала, как она волнуется.
— Хорошо, я схожу в больницу. И причину для тебя придумаю. Ты лучше скажи, что собираешься делать?
— Разве ты не поняла? Собираюсь встретиться с Мишкой.
— Таня! Ты замужем. У тебя муж в больнице!
— Он уже пошел на поправку. Ты сама говорила, что ничего серьезного! — закричала Таня.
— Говорила, — растерянно подтвердила Маша, — но я не вижу связи…
— Видишь, ты все прекрасно видишь! Ленька выздоравливает, а Миша на смерть идет. А я люблю его, понимаешь? Он единственный мужчина моей жизни. А я эгоистка, которая убивает его собственными руками. Не мне, так и никому — вот как это называется!
— Таня, если ты не возьмешь себя в руки, у тебя опять будет обморок! Ты здесь совершенно ни при чем. Михаил сам выбрал себе такую работу.
— Ничего у меня не будет, я себя прекрасно чувствую! Она стала совать в руки Маше корзинку с продуктами.
— Не забудь его навестить, пожалуйста, выручи меня! Я хочу проститься с Мишей! И ничего больше мне не говори, слышишь? Никто не сможет меня отговорить!
Маша, ошарашенная ее натиском, попятилась к двери.
— Слышу я, слышу, Танюша! Ты не в себе, в таком состоянии лучше не выходить из дома.
— Да, ты права. Я выпью твой транквилизатор. У меня их целая куча.
Таня схватила себя за горло, словно перекрывая рвущийся из него крик.
— А ты иди к себе, ладно? Прости, мне надо переодеться! Я люблю тебя, Маша, ты же умница, ты все понимаешь!
— Понимаю, — растерянно подтвердила Маша, увлекаемая мощным потоком Таниных эмоций. — Что-то в последнее время слишком многие говорят мне, что я умница. Неужели я так явно поглупела?
Таня собралась идти в комнаты, но, вспомнив, обернулась:
— И Шурку покорми. В смысле, проследи, чтобы она поела. Вечером. В ужин. Она стала плохо есть. Может, влюбилась? А мне некогда даже с дочерью откровенно поговорить. Да и она, наверное, отвыкла от откровений с матерью. И скажи, что я поехала с папой проститься.
Фразы у нее получались короткие, как одиночные выстрелы. На более длинные не хватало дыхания. И пульс, наверное, таки частил, но Маша лишь молча смотрела на нее, словно впервые видела.
— Скажу, не проститься, а попрощаться.
— Да, ты права… Попрощаться.
— Таня, ты домой вернешься? Ночевать?
— Ах, я не знаю, я ничего не знаю! Вдруг он разозлится и прогонит меня. Подумает, что я его всего лишь жалею… А я люблю его!
— Я знаю, ты это уже говорила. Но Таня… Ты сама утверждала недавно, что разбитого не склеишь. У тебя во второй семье уже все сложилось, а теперь может случиться так, что ты останешься совсем одна.
— Ты имеешь в виду, если Мишку убьют, да? Взгляды сестер скрестились, и первой опустила взгляд Маша. Да и кто не опустит глаз перед человеком, который наэлектризован собственными эмоциями до взрывного состояния.
— Если ты не придешь ночевать, я возьму Шурку к себе, — проговорила Маша, на минутку задержавшись у двери. — И пожалуйста, будь умничкой, ладно?
Никогда столь тщательно Таня не собиралась. Раньше, бывало, взглянет на себя в зеркало, заколку на волосах поправит, вот и все приготовления. А тут она минут двадцать сидела, рисовала себе лицо. Подводила глаза, как ей советовала визажистка. Наносила тушь. И все равно осталась недовольна. Какая-то она бледная. Словно насмерть перепуганная. Собственной смелостью, что ли? Так что пришлось и румянами воспользоваться, хотя прежде Таня всегда считала, что уж летом они смотрятся вульгарно.
Нужна ли какая-то особая смелость, чтобы встретиться с человеком, которого любила всю жизнь… Ну вот, ока уже произносит это слово в прошедшем времени. Любила… Любит и любить будет!
Таня вгляделась в свое отражение в зеркале. Правильно говорили ей в салоне: она помолодела. То есть выглядит не молодой, а помолодевшей. Ей скоро стукнет тридцать восемь. Когда уходила от Мишки, ей было всего тридцать два… с копейками.
Зачем Таня надела брюки? Нет, женщине молодой… пусть моложавой, вполне можно было бы надеть мини-юбку. У нее в гардеробе такой не было. Леня сразу предупредил: «Не потерплю! Для кого тебе коленками сверкать? Я и так знаю, что ноги у тебя — класс. Но зачем знать об этом другим мужикам?»
И вспомнила реакцию Мишки на ее мини-юбку: «Носи, серденько, нехай завидують!»
Он порой в шутку вставлял в речь материнские словечки.
Таня поколебалась и отправилась в комнату Александры. Конечно, дочь ее постройнее. Да чего там, Саша не в пример изящнее матери, но у нее есть юбка, в которой на поясе резинка.
Оп-па! Совсем другое дело. На высоких каблуках эта юбка смотрится прекрасно. Таня в какой-то момент заколебалась. Сравнила: себя и дочь, совсем спятила! Но юбку не сняла. В крайнем случае ее можно будет слегка приспустить на бедрах, и она станет подлиннее.
Однако как меняет человека его наряд! Таня закрыла дверь и стала посреди двора так, чтобы с веранды ее было видно. Позвала:
— Маша!
Сестра, увидев ее, непроизвольно ахнула.
— Ну, и как я тебе?
— Класс! — искренне сказала Маша. — Кстати, я позвонила на работу и на два часа отпросилась. Через пять минут тоже выхожу. Поеду в больницу.
— Спасибо, сестренка!
Таня помахала ей рукой, так, как машут на трибунах вожди, и, взглянув на часы, чуть ли не побежала. Чтобы успеть на встречу с Мишкой, ей придется брать такси. Можно было бы приехать на свидание на Ленькином «форде», но сегодня ей хотелось хотя бы на время позабыть и о Каретникове, и о пяти с лишним годах их разлуки с Мишкой. Что там говорили древние? Нельзя войти дважды в одну и ту же реку? Похоже, что нельзя. Но вспомнить-то прошлое можно?
Глава девятнадцатая
Солнце вальяжно разбросало по небу свои лучи и, казалось, распаренное собственным теплом, снисходительно посматривало на одинокое облачко, которое, как заблудившийся кролик, медленно, с опаской проплывало мимо этого роскошного и опасного господина.
Становилось не тепло, а жарко. Таня же надела довольно плотный батник, чтобы он прикрывал ее пополневшую талию. Ничего, пар костей не ломит! Ради дела можно и потерпеть.
Она беспокоилась напрасно. Такси подкатило почти тотчас, едва Таня встала у обочины. Не совсем такси, какой-то частник, решивший подзаработать мимоходом.
Сев на первое сиденье, Таня искоса посматривала на водителя и мысленно рисовала его портрет. Женат, но не прочь завести романчик. Вроде невзначай скосив глаза на ее коленки, он игриво спросил:
— На свидание?
— На деловое, — чуть улыбнувшись, ответила Таня. Ей вовсе не хотелось с ним кокетничать, но таким образом она себя как бы подбадривала, проверяла, может она все еще нравиться мужчинам.
Ее свидание с Мишкой можно с большой натяжкой назвать деловым, ведь она идет просить его об одолжении…
Она хотела казаться женщиной, у которой нет никаких проблем, которая просто радуется лету и жизни вообще. Словом, храбрилась, потому что волновалась.
— Я могу отвезти вас обратно, — вроде невзначай проговорил таксист, — когда скажете.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики