ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– А я вас видела. В начале зимы. Вы шли мимо нашего дома, без шапки. Разве можно так? Вы же простудитесь!
– Я там тренируюсь, у нас зал в школе, в пристройке.
Вика отставила свой бокал на низкий столик, заваленный картонами для эскизов, карандашами и всем тем хламом, который сам собой заводится в мастерских.
– Андрей, у вас так спокойно. Можно, я у вас посижу? – спросила она, устраиваясь в кресле и подложив ладошку под щеку.
– Конечно. А ваши не будут беспокоиться?
– Нет, они же знают, что я у вас, – зевнув, ответила она.
– Тогда оставайтесь.
– Только… только вы еще свечи зажгите, ладно?
Андрей улыбнулся. Добыл из ящика коробку с длинными спичками и стал зажигать свечи – в подсвечниках, в стеклянных подставках, обычные длинные, толстые цветные, маленькие «таблетки» в жестяных поддончиках…
– Так пойдет? – спросил он.
Ответа не последовало. Вика спала, свернувшись в огромном старом кресле.
Андрей попятился к рабочему стулу, хватая со стола карандаш. Р-раз – и вот вам готовый эскиз: спящая Вика. И еще, и еще – он набрасывал с разных ракурсов, ловил уголок скулы, изогнутую бровь, разметавшуюся косу. А тень от ресниц на щеке? А веки? «Были дивны веки – царственные, гипсовые. Милый мертвый фартук и висок пульсирующий – спи, царица Спарты, рано еще, сыро еще…» Что там Пастернак писал о женщинах («О женщина, твой вид и взгляд ничуть в тупик меня не ставит…»)? Стоп – словно дернули за руку, грифель прорвал лист и сломался. Ты что же, браток, в привидение влюбился? Мертвая невеста – или как там? Андрей оглядел стопку свежих набросков, потом глянул на часы – да ведь ночь почти на исходе. Половина свечей уже погасла, оплыла кучками цветного парафина…
А утром Андрея разбудило солнце. Он прикрылся рукой от нестерпимого сияния, позвал тихонько:
– Вика!
Никто не отозвался. Вики не было. О ее приходе напоминал только плед, казалось сохранивший очертания живого теплого тела. Несомненно, живого и теплого.
Анастасия шла по городу. Она даже знала, что это за город. С ней часто так бывало – во сне она знала название города, но не узнавала его. Зато потом, наяву, порой вдруг вспоминала, забредя в какой-нибудь незнакомый переулок, что уже когда-то бывала здесь. Во сне.
Но сейчас она знала, куда идти. Вот улица. Вот дом. Вот горит окно. А на подоконнике сидит одноглазый черный котишка. А в доме тот человек, Игорь. Она сжала в кармане бумажку с телефоном. Зачем телефон – она же помнит и этаж, и квартиру, она сейчас войдет…
Перед ней стояла Красная Женщина.
Игорь вздрогнул и проснулся.
Сердце глухо колотилось в груди. Стояла такая тишина, что громче крика. От такой тишины должна проснуться вся округа, заорать сигнализация у всех машин.
Но было тихо.
Сон. Только сон.
Он больше не смог заснуть.
Он поднял трубку и набрал номер.
На сей раз разговор происходил у психологини дома. На далекой улице Ивана Сусанина в спальном районе Коровино-Фуниково (правда, «Фуниково» уже несколько лет как стыдливо отпало). В гинекологию Игорь ехать наотрез отказался, а в психпомощь к Константину обоим было далековато, хотя Игорь и был сегодня за рулем. Он вообще все чаще и чаще выводил старую «Волгу» из гаража.
– Я видел их во сне. Обеих. Видел Анастасию. И видел Красную Женщину Эвтаназию. Анастасия шла ко мне, а эта, Красная, заступила ей дорогу… Вот…
Елена Прекрасная задумчиво держала в руке стопарик и, поджав губы, смотрела куда-то на стол, блуждая взглядом между закусками и еле заметно кивая – словно, что-то прикидывала в уме.
– И, кроме того, я ведь вижу Красную Женщину наяву, а другие ее не видят. И не видят, кстати, объявлений вашей психпомощи, а я вижу. А еще я вижу на каждом углу объявления «Откровения» и девушек с листовками. Такие девушки, все с одинаковой улыбкой и застывшими глазами… и без теней… Я их вижу, а другие не видят!
Елена досадливо крякнула:
– Эххх… Не люблю, когда много неизвестных. Кто-то очень не хочет, чтобы вы встретились с Анастасией. Возможно, этот «кто-то» стоит за появлением Красной Женщины, возможно, нет. Возможно, он просто воспользовался ею… Если бы знать, кто эта самая Анастасия, тогда можно было бы что-то понять. И что такое вы. – Она посмотрела ему прямо в глаза, и ему показалось, что у нее зрачок узкий, вертикальный, змеиный.
– Кто же я? – хрипло спросил Игорь. – Вы же наблюдали меня.
Елена Прекрасная шумно вздохнула.
– Закусывайте. – Она показала на столик с нарезкой и салатом. – Закусывайте… Вы, – сказала она, еще раз вздохнув, – человек, который видит «зеленых человечков». Не потому, что вы такой особенный, а потому, что готовы их видеть. Вы такой отнюдь не один. Еще вы, как я поняла, «ныряете» в разные слои Москвы, мало того, чувствуете точки, где это возможно.
– Что-что? – переспросил Игорь.
– Ну… – Психологиня насадила на вилку огурчик и, откусив с хрустом, начала вещать, чуть помахивая вилкой: – Москва есть структура многомерная. Существует одновременно множество реализаций города. Некоторые совпадают почти полностью – ну в одной, к примеру, ваш дом желтый, в другой – зеленый. Но существует и Москва, в которой все-таки осуществилась реконструкция 1935 года, и та, которой никогда не было, кроме как в литературе… в общем, есть много вариантов Москвы. В самые близкие попадают, даже не замечая этого, и точно так же выныривают назад. Но вот в достаточно сильно различающиеся слои так запросто не попадешь. Только в конкретных местах. И вы их чуете и, главное, туда ходите. Есть люди, которые могут попадать в разные слои в любых местах. Эдакие сталкеры, понимаете ли. Но таких как раз мало. – Она показала знаком на хрустальную салатницу. Игорь понял. – Спасибо. А еще вы человек, прошедший фильтр.
– В смысле?
– Вы ведь видите нашу рекламу? И «откровенскую» тоже. Видят не все.
– А вы-то кто? – наконец спросил Игорь.
– Лично я горгона Стено, – фыркнула Елена Прекрасная. Игорь понял, что сегодня ему на этот вопрос ответа не дадут.
– А кто они?
Елена мгновенно пронзила его каким-то змеиным взглядом.
– Идите и у них самих спросите.
Игорь выдержал взгляд и покачал головой.
– Пока что-то не тянет, – медленно проговорил он. И правда, не тянуло. Не нравились ему эти девочки с листовками…
Некоторое время слышалось только звяканье вилок.
– И все же что мне делать?
Елена выпрямилась, нахмурилась, прикусила губу.
– Я бы, – сказала она, – искала Анастасию. Если она просит помощи, то с ней беда. Красная Женщина между вами. Так что ищите еще и Красную Женщину.
Игорь вздрогнул. Затем медленно кивнул.
– Я больше не буду прятаться. Вы правы. Если все время бегать, то и с ума сойти можно.
– Герои-одиночки быстро кончаются. – Она явно что-то хотела еще сказать, но промолчала. Игорь понял, что кто-то, наверное, будет ему незаметно помогать. Интересно кто? И заметит ли он их? И какова будет цена помощи?
Давно ему не бывало так хорошо и уютно, как в этой квартире, за разговором, перешедшим к вещам, уж и вовсе далеким от психики. И домой он рулил по ночной Москве, совершенно ничего не боясь: сегодня он был сильнее всех. И тени не преследовали его, и отражения в стекле подмигивали дружелюбно, и никакие черные резиновые лимузины из-за углов не выползали. Зато он то и дело замечал собак и котов, мимо которых обычно скользил взглядом…
Обжитое место в большом городе обладает памятью, д память места подобна маяку для призраков. И не только. Когда я вижу выпотрошенные дома, от которых остался в лучшем случае один фасад, а то и фасад-то выстроен заново, я вижу в окнах этих домов пустоту. Там нет памяти места. Там нет маяка. И пустоту занимает что-то другое. То, что не имело бы дороги в Мой Город никогда, не возникни здесь пустота.
Что это? Безумие людей? Или за всем этим стоит некто? Ах, да что ты задумываешься – за всеми гадостями в этом мире стоит только один «некто». Но действует он руками людей…
Башня растет…
Две Башни есть в мире. Две Башни прорастают многогранными кристаллами сквозь все бытие, проступая гранями во всех башнях мира.
Над стеклом и бетоном,
где облака прошли,
кремний поет карбону
на языках земли.
Звон двоичного кода,
мед восьмигранных сот –
и – кольцами световодов
башня растет.
Первая Башня, чья основа – верность и память, а вера и надежда скрепляют любовь… Как она незаметна, как медленно она поднимается, медленнее миллионолетних сталактитов…
И вторая. Башня, что не раз поднималась и падала, увлекая за собой народы.
Башня, что встает там, где срыта память. Лишь на земле без памяти можно возвести ту, вторую Башню. И потому они лишают памяти Мой Город…
Мой Город погружается в иное пространство, а на месте домов растут Башни. Башни пронзают пространство города, Башни подобны выгрызенным в Моем Городе норам, вражеским подкопам…
Башни домов, башни офисов, могучие, уверенные, надменно возвышающиеся над старыми домами. И кажется мне, что призрачно встает над Моим Городом силуэт иной башни. Такой же, что рухнула много тысяч лет назад…
Время погибель множит,
но, возвратясь, найдешь –
гнев Твой, Господи Боже,
снова включен в чертеж.
Ангел с трубой и чашей
на перекрестке ждет.
Но – кратной памятью
нашей башня растет.
Да, это так горько – когда радость, труд, объединение в едином возвышенном порыве оказываются подчинены той силе, что вечно хочет зла. Она не совершает блага, она заимствует его у людей. Все доброе, светлое она способна вывернуть наизнанку… и я испытывал бы отчаяние, читая этот гимн Вавилонской башне, если бы не знал, что все можно обратить ко благу. Повинуясь гордыне, люди строят башню – но ради нее, ради своей мечты отрекаются от себялюбия, становятся со-работниками, горят созиданием. Все обратится к вящей славе Творца, и, освященные лучшим, что есть в людях, эти проросшие через Город иглы станут его частью. Зеркальное стекло и сияющая сталь сменят кирпич и штукатурку, как некогда кирпич и штукатурка сменили дерево, и Город мой переменится снова, станут зрячими окна пока безликих зданий – когда из них станут смотреть наружу горожане…
А мне нравятся башни.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики