науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Утром кто-нибудь придет сюда и найдет нас.
Талис постоял, подумал, потом отошел еще подальше от нее — настолько далеко, насколько можно было в тесном помещении. Он думал о том, что она говорит. Он думал: Калли еще так невинна! Она все еще думает, что они дети и что они могут спать вместе с той же невинностью, с какой спят дети. Вне всякого сомнения, она воображает, что они зароются в солому, обнявшись, и заснут в мире.
Но стоило ему только посмотреть на нее, и он понял, что, по крайней мере, ему не удается остаться невинным. Плащ
Калли распахнулся, и под ним тонкое платье облепило нежное тело, на котором в последний год появилось так много новых плавных округлостей. Да, вот у нее и появились настоящие женские груди. Неужели они не могли быть поменьше, хотя бы из чувства приличия? Все мужчины Англии будут на нее смотреть, и все будут…
Нет, лучше выбросить эти мысли из головы, приказал он сам себе. Он снова повернулся к двери. У него с собой меч, так что, может быть, можно попробовать как-нибудь отогнуть железную обивку. А может быть, дверь можно прорубить? Или, возможно, в какой-нибудь стене шатается камень…
Услышав какие-то звуки, он повернулся опять к Калли — ее плащ уже лежал на соломе, и, кажется, она распускала завязки платья. Девушка стояла на одной ноге, поджав другую так, что подол поднимался. Ее груди уже вывалились наружу.
— Ты что делаешь? — В его голосе был настоящий страх. Она ответила таким тоном, как будто это и так было каждому ясно:
— Снимаю мокрую, одежду. Я же говорю, я жутко замерзла.
«Логично, — подумал Талис. — Я должен оставаться логичным… Если голова будет думать логично, она останется холодной».
— А как ты собираешься согреться, если ты совсем разденешься?
Она остановилась. Ее руки замерли, держа завязки платья, которое было распущено до талии. «У нее что, под платьем совсем ничего нет?» — подумал он.
Калли искоса посмотрела на него:
— Я как-то не подумала. Я… Можно нам было бы… — И она поморгала ресницами.
С ее стороны это, конечно же, проявление величайшей невинности, подумал Талис, представив себе несколько способов, которыми они могли бы сейчас согреться. Потом он воскликнул:
— Солома! — так радостно, как будто его посетила самая величайшая из всех идей, какие только могут быть. — Заройся в солому. Глубоко-глубоко в солому. Очень глубоко, как в нору. Чем глубже ты в нее зароешься, тем теплее тебе будет.
— А ты? — тихо спросила она. — А ты как же согреешься?
— Я? — Он сделал небрежное движение, показывая, как мало значит для него его собственный комфорт. — Я-то, разумеется, всю ночь будут пытаться отсюда выбраться.
Лицо Калли больше не выглядело так безмятежно-соблазнительно.
— Ты что, Талис! Нельзя же всю ночь не спать! Я же тебе говорю: стены сложены из камня, а дверь…
При этих словах он понял, что она сомневается в его силах… Он должен доказать, что он способен позаботиться о ней. И он докажет ей это во что бы то ни стало. Он даже не рассердился на нее, как сделал бы еще недавно. Просто он знал, что наступило время доказать, что он — взрослый человек, а не ребенок, каким она по-прежнему его считает.
Подойдя к ней, он обнял ее и поцеловал в холодную щеку:
— Послушай меня, любовь моя. Я ведь тебя еще никогда не подводил, правда? И сейчас я тебя тоже не подведу. Я не хочу тебя расстраивать, но, честно говоря, вряд ли сюда кто-то придет утром. Мы с слишком далеко от всех деревень. Мы здесь можем просидеть несколько дней, и никто не придет. Сейчас, пока у меня еще есть силы, я должен сделать все, чтобы выбраться. Ты мне веришь?
Калли, все также полураздетая, прильнула к нему:
— Талис, мой милый, я совсем не хотела сказать, что ты не можешь выбраться отсюда. Уж если кто-нибудь и может, то это ты. Но просто…
— Да? Что «просто»?
— Да ничего, — резко ответила она, отворачиваясь. — Давай иди, возись всю ночь, прошибая дверь и царапая руки о камни. Мне-то что? Мне-то какое дело? Давай иди, совершай свои рыцарские подвиги.
Талис понятия не имел, на что она рассердилась, но в последнее время он очень часто не мог понять; что с Калли происходит. Отодвинувшись от него, она почти что упала, но стоило ему протянуть руку, чтобы ей помочь, как она с силой оттолкнула его. Тогда Талису еще сильнее захотелось выбраться. Он должен вернуть себе ее доверие! Она должна понять, как раньше, смотреть на него глазами, полными веры в то, что он может все. Он решил выбраться любой ценой, даже если это будет стоить ему жизни.
Но по прошествии часа Талис был ничуть не ближе к решению задачи. Калли пыталась привлечь его интерес к чему-нибудь другому или заставить обратить внимание на то, что она делает. Но Талис был так собран и сконцентрирован на своей миссии, что даже не оглядывался. Он, не оглядываясь, знал, что она зарылась в солому по самый подбородок и что она злится на него. Она так злилась, что он явственно ощущал ее злость. Так же явственно он ощущал, что у него вся одежда промокла. Но чем явственнее он ощущал ее гнев, тем сильнее была его решимость выбраться из этой холодной тюрьмы, в которую они попали. Он был готов перенести все что угодно, но скорее умер бы, нежели допустил, чтобы Калли казалось, что он на что-то не способен.
Наконец его внимание привлек ее крик. Резко обернувшись, он увидел, как она вылезает из соломы. Обезьяна, которая все это время спала рядом, с интересом уставилась на нее.
— Блохи! — завизжала она. — Тут блохи!
Талис инстинктивно шагнул к ней, чтобы схватить обнаженную Калли в объятия, когда она выпрыгнет из соломы, как неведомое золотое существо, вынырнувшее из глубины моря.
— Помоги, — плакала она. — Они на моем теле, повсюду. Помоги мне найти их!
Прошло всего лишь несколько секунд, пока Талис ощупывал руками ее восхитительное тело, пытаясь отыскать блох, которые, как она утверждала, сидели повсюду.
Но долго он не мог вынести эту пытку. Бледный, дрожащий, от отпрянул от нее. По его лбу градом катился пот, несмотря на то, что было холодно, а в своей промокшей одежде он совсем замерз. Он отскочил от нее одним прыжком, и как будто он был каким-то неведомым животным чудесной силы, взмахнул своим мечом и со всей мощью обрушил его на крышу. И сразу же прорубил в ней огромную зияющую дыру. Везде посыпалась грязь. Потолок опадал вниз огромными клочьями, так что Калли вынуждена была закрыть лицо руками, чтобы защитить его от грязи, а Кипп протестующе завизжал.
Еще несколько раз рубанув мечом, чтобы расширить дыру в размер своего тела, он подпрыгнул, схватился за стропила, подтянулся и вылез на холодный ливень. Через несколько секунд он уже открывал снаружи дверь. Калли все еще стояла, обнаженная, в соломе по колено. Но он встал к ней спиной, чтобы ее не видеть.
Он произнес твердо и сурово, таким тоном, как будто у нее не было выбора:
— Одевайся, Калли. Мы идем домой.
— Но Талис, — начала она. — Я, наверное, останусь… Я, наверное…
Он по-прежнему стоял к ней спиной.
— Хорошо, тогда я пойду, приведу лошадь и вернусь за тобой.
— Не надо, это же так далеко. Это же так долго… — В ее голосе появились слезы.
— Я бегом.
— Но не можешь же ты пробежать несколько миль! Он воздел руки к небу.
— Калли, — заговорил он проникновенно. — Я могу пробежать тысячу миль. Я мог бы добежать до края земли! Я мог бы… — Но он не договорил Он бросился прочь, торопясь увеличить расстояние между собой и прекрасным обнаженным телом подруги.
Но далеко бежать ему не пришлось. Очень быстро он нашел лошадь Калли, поводья которой запутались в кустах.
Позже, уже когда все трудности были позади и он наконец мог спасти ее, Талиса охватила гордость за то, что он совершил. Но по какой-то неведомой причине Калли на него так злилась, что отказалась с ним разговаривать. Эта ее необъяснимая злость страшно раздражала его. «Когда девчонки — нормальные люди, с которыми можно прекрасно проводить время — превращаются в женщин, они становятся совершенно непереносимыми», — с грустью подумал он.
Всю дорогу обратно в Хедли Холл они ехали в молчании. Калли даже не поблагодарила его.
38
- Чего ты улыбаешься? — спросил Джеймс у Талиса. Они лежали все рядом, бок о бок, Джеймс с одного бока, Филипп с другого. — Надо заметить, в последние несколько недель ты выглядишь чем-то очень и очень довольным.
Поскольку Талис не отвечал, Филипп тоже вступил в разговор, принявшись уговаривать:
— Давай-давай, скажи нам. Мы же твои братья. Талис лежал на спине на песчаном берегу реки, которая бежала неподалеку от Хедли Холла, заложив руки за голову, и мечтательно смотрел в небесную лазурь. Рядом Хью поил из реки свою лошадь. Все утро Талис прилежно тренировался, но братья замечали, что временами его мысли витают так далеко, что он едва может уследить за тем, что делает.
— Говори, — потребовал Джеймс.
Но Талис не зря наслушался историй, которые рассказывала Калли. Он знал, как важно в этом деле заставить слушателей помучиться ожиданием.
— Калли пытается меня соблазнить.
И Филипп, и Джеймс ожидали услышать что-нибудь совсем другое. Но когда услышали именно это, у них в головах быстро завертелись мысли. Они-то всегда сами пытались соблазнить какую-нибудь девушку — из служанок или тех, что работали и жили поблизости, — и тут вдруг Талис утверждает, что женщина сама пытается его склонить к… к… к чему?
— А что она сделала? — прошептал Джеймс в таком ужасном замешательстве, что его голос был едва слышен.
Талис продолжал глядеть в небо, и выражение на его лице становилось все более и более мечтательным.
— Подстроила так, чтобы мы оказались запертыми вдвоем в старом подвале… К тому же приказала навесить новую дверь…
Джеймс переглянулся с Филиппом поверх неподвижно лежащего Талиса и выразительно приподнял брови:
— Ну, разумеется. Это, конечно, очень верно замечено. Если я встречаю подвал с новой дверью, я сразу понимаю: какая-то красавица хочет меня соблазнить. А как ты, брат, также считаешь?
— Ясное дело. Это уж как Божий день понятно. Новая дверь — это значит, женщина хочет.
Талис улыбнулся еще шире:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики