науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

С восточной стороны колокольни был установлен мраморный памятник. Это были статуи Калли и Талиса в натуральную величину, лежащие на украшенных бахромой подушках, высеченных из белого мрамора. Вокруг ноги Калли свернулась маленькая обезьянка. Их головы были повернуты друг к другу, их руки соединены, и они смотрели друг другу в глаза взглядом, который будет длиться вечность. Над их головами белые голубки держали в клювах тоже высеченный из мрамора полог, как будто зритель видел что-то личное, что не предназначено было для всеобщего обозрения.
Внизу была прикреплена латунная доска, на которой было высечено:
Рожденные в один час,
умершие в один час,
разлученные в жизни,
они соединились в смерти

42
Я очнулась вся в слезах. Оглядевшись вокруг, я увидела, что надо мной склонились двое людей, но кто это, я узнала не сразу. Один был молодым человеком, с бледным, ужасно измазанным лицом. Постепенно я поняла, чем было измазано его лицо: это был аляповатый, слишком дешевый и неумело наложенный грим, который весь потек от пота.
— Мы-то уж думали, вы Богу душу отдали, — проговорил он. Судя по тому, как он говорил, он не отличался высоким образованием.
— Ты умирала на самом деле! — еще не придя в себя от ужаса, прошептала красивая девочка, которая стояла с другой стороны от меня.
Я повернула голову в ее сторону, и мои глаза встретились прямо с глазами Эдит — той женщины, которая в шестнадцатом веке была моей старшей сестрой. Я с большим трудом вспомнила, что в настоящее время ее зовут Эллен и что она безумно хочет выйти замуж. «Ничего удивительного», — подумала я, припомнив, сколько испытаний досталось когда-то на ее долю из-за интриг ее лживой матери.
Я уже собралась встать, но голова у меня закружилась, и я упала обратно на твердую кушетку. Когда же была изобретена мягкая мебель? И еще — почему мне кажется, что я как бы помню экипажи без лошадей?
— Катрин, — позвала меня Эдит-Эллен. — Нам пора домой. Сейчас уже поздно, а у тебя сегодня был, э… ну… тяжелый день.
«После того, как совершишь самоубийство, обычно устаешь», — думала я, позволяя ей поднять меня на ноги. Уж не говоря о том, что сам по себе гипнотический транс оказался таким глубоким, что я едва не умерла. Молодой человек уже суетливо открывал перед нами дверь. Вне сомнения, он был счастлив избавиться от нас обеих, пока никто не прибежал и не обвинил его в попытке убийства.
Я сама точно не помню, как Эллен довела меня до кареты и как мы доехали до дома ее брата. Я стояла неподвижно и молча, пока служанка меня раздевала, так как пребывала в состоянии истощения и оглушенности. Когда меня уложили в постель, я тотчас уснула.
Проснувшись утром, я почувствовала, что мне стало намного лучше, только я голодна как зверь. Ко мне медленно возвращалась память. Я постепенно вспомнила все, что было: как я жила в 1994 году, как я жила в начале века, во времена короля Эдуарда, и как я жила с Талисом.
Я позвонила служанке, а потом опять, расслабившись, позволила себе ни о чем не думать. Обычно я так делаю, когда сочиняю новую книгу. Сейчас я так сделала, чтобы все окончательно вспомнить.
Теперь мне стало понятно, почему старая няня Тавистока так меня ненавидит и почему я испытываю какое-то необъяснимое желание заставить ее полюбить меня. Айя — это Алида, которая на самом деле моя мать. В этой жизни наконец-то ей удалось сделать Талиса почти что своим сыном, если можно так выразиться. По крайней мере, она была к этому очень близка. И, вне сомнения, Тависток держал ее при себе потому, что Талис, когда умирал, все еще верил, что Алида желает ему только самого наилучшего.
Дядя Тавистока, Хьюберт — это был Хью Келлон, который в течение всех этих лет по-прежнему старался способствовать тому, чтобы мы были вместе.
Улыбаясь, я смотрела вверх, на полог постели. Дороти — это была Дария, которая по-прежнему любила слушать мои истории и по-прежнему хотела, чтобы у нее было много мужчин. Ее желание, чтобы все мужчины восхищались ею и обожали ее, исполнилось. Не было такого мужчины, который бы не обратил внимания на Дарию! Так что мы с ней в течение нескольких веков были подругами.
Потом, покривившись, я сообразила, что, хотя я никогда и не видела эту Фиону, но это, без всякого сомнения, леди Фрэнсис. Несколько сотен лет прошло, а она, конечно, все по-прежнему мечтает отнять у меня моего мужчину.
Вошла служанка и поставила поднос мне на колени. Я пристально рассматривала ее. Интересно, а ее я знала в прошлой жизни? Но, насколько я смогла определить, нет, не знала.
— Будут еще приказания, мадам? — спросила она
— Да нет, больше ничего не надо. Когда я проспала целую ночь, мне стало намного лучше. Служанка улыбнулась:
— Не ночь, а две ночи и день, вот сколько вы спали. Его светлость приказал вас не будить.
Когда служанка вышла, я набросилась на еду и съела все, что было на подносе. Но не наелась, и от голода мне захотелось съесть даже цветы, которые стояли в вазе. «Две ночи и день», — думала я, улыбаясь. Ничего удивительного, что мне кажется, будто меня сверху придавили тонной одеял.
Когда я доела, в комнату вошел мой муж. В тот момент, глядя на него, я вся задрожала от волнения, вспоминая все, что мы перенесли, чем мы были друг для друга и что он когда-то не захотел жить без меня. И я сейчас не буду жить без него.
— Рад, что вам сегодня лучше, — равнодушно произнес он.
Теперь-то я знала, какой он на самом деле, какой он внутри нежный и ранимый. «Как и сама я, — подумалось мне. — Люди вокруг думают, что я человек жесткий и циничный, но на самом деле я другая».
— Талли, — произнесла я, не подумав, и протянула ему руку. Но он ее не взял.
— Теперь вы забыли, как меня зовут.
— Нет-нет, не забыла. Просто дело в том, что…
— А в чем же дело? В том, что теперь я столько знаю?
— Тэйви, я хочу начать все сначала. Мы любим друг друга. Я же знаю, что вы меня любите. Вы меня всегда любили и всегда будете любить только меня.
В какой-то момент мне показалось, что в его глазах мелькнули слезы. Но он тотчас овладел собой.
— Да, — отрывисто сказал он. — Я вас всегда любил, но я не могу с вами… мы не можем . — Не договорив до конца, он резко повернулся и быстро вышел из комнаты.
Я осталась одна в комнате.
— Да, — сказала я вслух. — Знаю. Мы не можем. «Чтобы ты никогда не любила никого кроме меня», — вот что сказал Талис.
«Чтобы ты всегда меня любил и хотел, но никогда не имел», — вот что сказала Калли.
Как мне объяснила Нора, эти проклятия не дают мне и моей половине встретиться, из-за них мы ненавидели друг друга и не верим друг другу. И из-за того, что в начале века мы не смогли ничего решить и сделали столько ошибок, в 1994 году мы не можем встретиться вообще.
После того, что я видела в шестнадцатом веке, во времена королевы Елизаветы, после того, как я насмотрелась на то, как другие люди манипулируют Талисом и Калласандрой, я была готова все забыть и все простить.
— Здесь и сейчас я отменяю свое проклятие, — громко произнесла я, наполовину, конечно, в шутку. Но внутри у меня появилось какое-то странное чувство, будто холодок побежал под кожей. Проклятия, произнесенные всерьез — это, конечно, серьезнее, чем проклятия, отмененные в шутку.
Итак, как же мне отменить свое проклятие?
Первым моим желанием было, чтобы Нора сейчас как-нибудь оказалась здесь и я спросила бы у нее, что мне делать. Может быть, отменить проклятие можно с помощью магического кристалла, или игрушечных куколок, которые похожи на человечков. Или, может, лучше попробовать дохлых лягушек или истолченные в порошок рога единорога?
Посмеиваясь таким образом, я вдруг случайно заметила, что на подносе лежит свежая газета. Я газеты обычно не читаю, но в тот момент мой взгляд упал на дату. Восьмое июня. Я вздрогнула, как ужаленная. Сначала я сама не понимала, чего так испугалась, но потом вспомнила.
Сегодня Тависток и я умрем. Сегодня кто-то нас убьет, или мы убьем друг друга, и мое тело никогда не будет найдено.
Когда я это вспомнила, моего веселья как не бывала. Убийство — дело серьезное.
Поэтому самый первый вопрос, который следует себе задать: как мне предотвратить смерть, свою и его? А если предотвратить смерть никак нельзя, то в такой случае как мне отсюда заранее смыться?
Мне на ум пришла вещь, которую мне однажды сказала Нора: «Вы будете очень счастливы вместе. Но прежде, чем вы найдете его, вам нужно еще очень многое понять».
«Понять, — подумала я. — Что же мне такое нужно понять? Что все зависит от прошлых жизней? Или что никому на голову нельзя обрушивать проклятие, в какой бы гнев ты ни пришел?»
И вот, пока я так лежала, до меня дошло, что же я должна понять: что любовь — это самое главное в жизни. Нора была совершенно права: я хотела выйти замуж за Стивена, потому что я испытывала страх одиночества. Скоро я уже не смогу родить ребенка, думала я тогда, и решаться на замужество нужно именно сейчас… Я не любила Стивена на самом деле. Одним из доказательств этого было то, что я считала его истинным совершенством. Тависток совсем не был совершенством. На самом деле он был настолько несовершенен, насколько только можно придумать. Он был горд, тщеславен, высокомерен, дерзок и к тому же думал, что я — это продолжение его самого. Да он был попросту ужасен!
Я уткнулась лицом в ладони и принялась горько плакать. Может, он и ужасен, может, несправедлив и во всем неправ. Может, он требует от меня в тысячу раз больше, чем дает сам. Но он мой! Он мой, и больше у меня нет никого и никого никогда не будет.
«Чтобы ты не любила никого кроме меня», — сказал он, и я больше никого не любила и не полюблю.
— Нужно снять проклятия! — закричала я, обращаясь к самой себе. — Нужно их снять!
Но как? Я же ничего не знаю о том, как снимаются проклятия. Я умею только сочинять истории и развлекать людей. Ну, а если бы такое произошло в какой-нибудь истории? — спросил голос у меня внутри, и я улыбнулась. Да, если бы я это сочиняла, что бы я придумала?
Я подпрыгнула в кровати. Вот оно! Мой талант — сочинять истории, и я должна использовать этот дар, данный мне от Бога, чтобы придумать выход.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики