науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Тависток засмеялся:
— Она-то, наоборот, меня понимает слишком хорошо! А можно мне еще этого твоего напитка?
В этот раз она уже не стала приподнимать его голову и прижимать к груди, а поднесла кружку ему к губам на расстоянии вытянутой руки. Поскольку он ничего не видел, ему пришлось пошарить вокруг себя руками.
Женщина молчала, и он попытался по звукам определить, где она, но шум у него в ушах заглушал все звуки. Ее появление, ее странные манеры, ее акцент — все в ней страшно заинтриговало его.
— Как я здесь очутился? Послушай, пожалуйста, расскажи мне все.
— Я тебя сюда принесла, — ответил ее голос. С каждым глотком теплого напитка, который вливался ему в горло, акцент казался все менее ужасным, и он все лучше понимал, что она говорила.
— Нет, — сказала она тихо, и он услышал, как она садится рядом с ним. — Сперва ты мне все о себе расскажи. Ты почему ехал на лошади-то так быстро? Ты ж ее почти что загнал до смерти.
Она тихо фыркнула, и, когда он услышал этот ее смешок, его сердце почему-то заныло. Но боль проходила от волшебного эликсира в кружке.
— Ну, если я сейчас начну тебе рассказывать обо всех своих жизненных проблемах, я никогда не остановлюсь, — ответил он.
— Я умею слушать, — ответила она, забыв на мгновение изобразить свой преувеличенный акцент. Тависток этого, казалось, не заметил.
В странности всей этой ситуации, в его слепоте, в том, как было тепло в комнате, и в том, как в этой женщине, несмотря на ее попытки казаться чужой и холодной, прорывается что-то знакомое и теплое — во всем этом было что-то такое, что ему захотелось говорить.
— Ты когда-нибудь любила кого-нибудь так, что, кажется, ничего другого на свете не существует? Такая любовь, что не можешь ни есть, ни спать, ни работать?
— Да, — ответила она, и он понял по этому ответу: она это знает. — Когда в этом человеке весь смысл жизни…
— Да. Все в ней.
— А, — понимающе пробормотал голос. — Это та самая твоя леди Фиона.
Тависток улыбнулся в окружающую его темноту.
— Фиона.. Это ничтожество. Пустое место. В некоторых статуях, которые стоят у меня в доме, и то больше души, чем у нее.
— Тогда кто же это? — прошептала женщина. — Не жена твоя, конечно. Все знают, что вы не сегодня-завтра разведетесь.
— Нет, она. Я люблю ее и только ее.
— Так почему ж…
— Надо, — сказал он твердо, и его сердце при этих его словах заныло. — Надо. Надо. Надо.
— Ш-ш-ш, — сказала она и снова притянула к своей груди его голову, но на этот раз она сидела, чуть отодвинувшись от него. К своему ужасу, Тависток почувствовал рядом со своей ногой ее голую ногу.
— А что же не так? — тихо прозвучал ее шепот около самого его уха. Тависток слышал его сквозь шум в голове, и ее голос показался ему от этого каким-то далеким и нереальным, как будто, может быть, он ему только чудится.
— Я не могу сделать так, чтобы она стала моей, — сказал он. До этого момента он не говорил это ни единому человеку в жизни.
— Не можешь… — еще тише произнесла она, придвигаясь бедрами к его боку, и в то же время почти касаясь губами его уха.
В последние несколько лет ему приходилось спать с несколькими женщинами, некоторые из которых были хорошо известны своим искусством в любовных утехах. Но таких волн возбуждения, как посылала ему эта женщина, он никогда ни с кем не испытывал.
— А кажется, как будто ты все можешь, что захочешь, — почти промурлыкала она, скатываясь с постели.
Тависток сам не знал, почему он колеблется, , почему сразу не возьмет эту женщину. Резким неожиданным движением он сорвал с глаз повязку. В первый момент он ничего не видел, и его даже охватила паника — он подумал, что и вправду ослеп. Но потом что-то увидел, однако как будто сквозь дымку. У него начало создаваться впечатление, что он находится в маленьком однокомнатном павильончике. В одном углу комнатки мерцал слабый огонек. Почти нет мебели, и та, которая есть, самая простая и грубая, какая бывает. За окном темно — наступила ночь. Дубовая дверь основательно заперта на тяжелый металлический запор.
Когда зрение у Тавистока начало проясняться, он увидел и ее. Она сидела на кровати сбоку, широко раздвинув ноги и упершись руками в бока в одной из самых вызывающих поз, которые только ему доводилось видеть. Он все видел очень смутно, даже несмотря на то, что несколько раз протер глаза руками. На ней была прозрачная красная блузка, которая небрежно прикрывала грудь, тонкая талия была перевязана широким красно-черным поясом, а длинная широкая черная юбка была высоко подколота с одного бока, обнажая ногу.
— Ну, а я подойду? — дерзко осведомилась она, и ее ярко-красные губы изогнулись в такую усмешку, от которой у него мурашки побежали по коже.
В голове у него пронеслась мысль, что он ни в коем случае не должен ее трогать, что, возможно, где-нибудь в темноте подсматривает ее муж, который хочет дождаться, пока она его соблазнит, застать их в таком виде, и потом шантажом вымогать у него что угодно. До сих пор он никогда не имел никакого дела с такими женщинами как… как она. Но в ней есть что-то, чему очень трудно сопротивляться… Вне сомнения, решил он, его так возбуждает сама обстановка. Он видит словно сквозь дымку, а слышит, как будто все происходит в отдалении. И еще…
Она прервала его мысли, подойдя ближе к нему. '
— Каким любовником может быть такой джентльмен, как ты? — поинтересовалась она, прижимаясь своим телом к его телу. — Небось даже не раздеваешься? Небось снимешь с дамы халат, бросишь куда-нибудь, потом быстренько сделаешь дело, и бежать?
— Точно, — ответил он, улыбаясь. Улыбался он, чувствуя, как она прижимается сверху к нему, лежащему на кровати. Потом добавил шутливо: — В любви знают толк только низшие классы, аристократы в ней ничего не смыслят.
Она положила руки ему на лоб. Открыв глаза, он увидел, как вокруг ее лица, почти совсем его заслоняя, струятся черные волосы. В неверном мерцающем свете огонька, казалось, она была почти совсем как Катрин, его возлюбленная жена. Но, если на то пошло, ему все женщины, к которым его влекло, казались похожими на Катрин.
Он вздрогнул от испуга, когда она резким движением разорвала у него на груди рубашку, так что пуговицы с треском разлетелись по комнате. Пальцами она провела по его груди, почти расцарапав ногтями живот:
— Ну, что, красивый? А не испугаешься заняться любовью с женщиной?
Тавистоку казалось, что он в жизни никогда не бывал так возбужден, как в ту секунду, когда он захватил руками роскошные волосы этой женщины и с силой потянул на себя, притягивая ее губы к своим. После этого в его голове совсем не осталось мыслей. Он ослеп уже не от пороховой вспышки, но от волны вожделения, которая охватила все его тело. Ему казалось, он в жизни не хотел ни одну женщину, кроме этой. Ему казалось, он умрет, если не овладеет ею прямо сейчас, прямо здесь же. Он больше не в состоянии был задумываться о том, к каким последствиям приведут его действия; его желание было сильнее всех его мыслей.
Он всегда гордился тем, что он прекрасный любовник. Поскольку до сих пор он спал всегда с чужими женщинами, а не с собственной женой, и у тех женщин, с которыми он спал, тоже был не он один, он понимал, что они тут же примутся сравнивать его с другими известными им мужчинами. Сознание того, что после него останутся сплетни и слухи, заставляло его всегда помнить об ответственности и держаться на высоте. Он был обязан так показать себя, чтобы женщина потом говорила всем, что он редкий мужчина, такой умелый, такой нежный, так внимательно относится к тому, чтобы удовлетворить партнершу.
Но с этой женщиной, к которой он испытывал такое огромное желание, он не мог думать ни о чем. Он мог помнить только о том, что было нужно самому ему. Он вел себя, как никогда себя не вел, но она в этом, пожалуй, даже превзошла его. В тот момент, когда он срывал с нее одежду, он почувствовал, что его собственная одежда уже почти снята с него. Она ничуть не стеснялась.
Через несколько минут они оба были обнажены. Она не стала тратить времени на предварительные условности. Его чувства в этот раз были примитивны, почти как у животного. Просто голод, который требует удовлетворения.
Когда он вошел в нее, он смутно удивился, что чувствует, как разрывается какая-то тоненькая пленка, и услышал слабый вскрик боли. Но он был слишком сильно удален от всяких посторонних соображений, чтобы задумываться о том, что это может означать. Она была так нужна ему, и так немедленно, что он был готов излить в нее свое семя почти тут же.
Когда он вошел в нее, ему показалось, что в его жизни еще никогда не было ничего подобного. Он вдруг почувствовал, что какая-то его часть умерла, но какая-то другая ожила, которая была мертва до этого момента. Он почувствовал освобождение, которого, как ему казалось, он ждал всю жизнь. Происшедшее было концом чего-то, и в то же время оно было и началом чего-то.
Он дрожал с головы до пят. Он прижимал ее к себе со всей силой, обнимая ее, стремясь покрыть своим телом все ее тело. В его глазах были слезы, но он не знал почему.
— Я это сделала, — произнесла женщина. — Я это сделала. Ему казалось, он не сразу понял, что происходит. Ему казалось, он забыл все, что произошло до этого. «Ах, да, — вспомнил он. — Какая-то вспышка пороха… Какая-то женщина с черными волосами…» Когда она попыталась высвободиться из его объятия, первой его реакцией было схватить ее, не дать ей уйти, вообще никогда не отпускать ее.
— Нет, — прошептал он. Ему хотелось умолять ее никогда не покидать его.
— Все хорошо, — ответила она и стала целовать его в шею. — Все теперь в порядке. Все кончилось. Проклятия сняты.
Голова у него все еще болела, перед глазами по-прежнему была дымка, а в ушах по-прежнему шумело, но этот голос он узнал. Схватив ее за плечи, он отодвинул ее от себя, чтобы рассмотреть. Он смотрел ей прямо в глаза. Из-под разноцветных пятен косметики и из-под черных волос на него смотрела Катрин.
На какую-то минуту он рассердился. Как ей удалось сыграть с ним такую шутку? Что его жена делает в одежде, как у какой-нибудь шлюхи?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики